Марсианское путешествие (сборник) - Гигевич Василий Семенович - Страница 59

Батя, выйди на улицу, взгляни хотя бы одним глазом, что происходит в подъездах, на танцевальных площадках, в магазинных очередях, пройдись по ресторанам, хотя бы раз съезди в Сочи и кутни по-настоящему, а не копайся месяцами в своих никому не нужных Курганах… Надо жить как набежит, а не утешать себя вымыслом или сладкой легендой. Эх, батя, батя…

— Как же это случилось, сын мой? Когда все это вошло в тебя? — наконец выдохнул я. Я ничего не понимал. Ошеломленный, я ничего не мог сообразить. А тем более — не мог ему перечить.

И тогда сын стал неторопливо объяснять мне все, как когда-то на уроке Гаевский объяснял строение Земли: вот она, будто железный прут, земная ось, а вот и сама Земля — круглая, день и ночь вращающаяся вокруг наклонной оси…

— Батя, вы же сами все время выпускаете джина из бутылки. Не кто-то, не чужой дядя, а вы — ты, Валесский, Олешников, открыли адаманов, после чего все в мире и завертелось. Так что же ты сейчас кричишь и удивляешься? Не кто-то, а сами вы, наши родители, протаптываете нам стежки-дорожки, по которым мы смело и уверенно топаем. И не наша беда, что вы боитесь шагать по этим стежкам-дорожкам.

Эх, батя, батя, как же отстаешь ты от современной жизни!..

Все это настолько меня удивило и оглушило, что я совсем не заметил, когда жена успела снюхаться с гениальным режиссером. После услышанного от сына это меня уже не волновало.

…А тем более у меня не было желания выслушивать ее такой же правдивый и такой же правильный монолог».

Раздел четвертый

КОМУ — СМЕХ, А КОМУ — БЕДА

Адаманами интересовались разные люди, и богатые и бедные, и умные и дураки, и верующие и неверующие.

Представитель Ватикана, известный теолог святой римской католической церкви Иоанн XXI, обратился к верующим всех континентов с очередным важным посланием, опубликованным в средствах массовой информации.

Приводим начало этого послания.

Не первый год и не первое столетие вера наша искушается дьяволом, который в образе Змия искусил когда-то Еву, за что человек был наказан Всевышним, и сказано было человеку:

— Проклята Земля за тебя; со скорбию будешь питаться от нее, во все дни жизни твоей. Терние и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться травою полевою. В поте лица своего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят; ибо прах ты и в прах возвратишься.

И на этот раз, мои дорогие братья и сестры, мы снова сталкиваемся с испытанием, которое Всевышний посылает нам за грехи наши и за блуд наш, как в делах земных, так и в мыслях наших. Снова и снова Всевышний хочет испытать Веру нашу и показать нам, что кара Его всегда поджидает слабого человека как ныне, при жизни земной, так и потом, на Великом Суде, когда ничего не изменишь…

С не менее важными посланиями выступили представители других вероисповеданий и религий.

«О мудрый из мудрейших Богов, о Великий Аллах, ты когда-то послал нам Магомета, а ныне, посылая адаманов, ты испытываешь нашу Веру», — так начал свое послание всемирно известный представитель ислама Али Махмуд III.

А вот что, например, писал верующим представитель всемирно известной Йоги прославленный Радж Синг:

«Великий и мудрый Патанджали когда-то говорил нам, что в каждом человеке есть Атман,[40] которая все время стремится к слиянию с Брахман.[41] Великий Патанджали в своей «йога-сутре» показал нам реальные пути перехода Атман к Брахман. Мудрость великого Патанджали в том, что он, ничего не зная о существовании адаманов, своей «йога-сутрой» показал нам самый краткий путь к Брахман, и поэтому, с помощью «хатха-йоги» овладев «раджа-йогой», каждый человек уже в реальной жизни — и в этом доказательство сущности нашей веры и преимущество ее перед другими верами мира — может становиться малым и невидимым или разрастаться до огромных размеров, переноситься в любое место как на земле, так и во вселенной, знать как свое прошлое, так и будущее, разговаривать с умершими и слушать их советы…»

Новый мощный толчок получило кришнаитское движение, по городам и деревням, по бесконечным дорогам бродили кришнаиты и в полузабытьи, не обращая внимания на человечью суету, шептали сутру,[42] в которую само собой вплелось новое слово:

Как видно из вышеприведенных отрывков, верующие не открещивались от факта реального существования адаманов, иное дело — отношение к адаманам… Представители различных религий и вероисповеданий по-разному относились к адаманам; побаиваясь справедливого гнева верующих, вызванного оскорблением их глубоких первородных чувств веры, помня, что романист Салман Рушди из-за подобного оскорбления и до сегодняшнего дня вынужден скрываться неизвестно где, мы в своем правдивом сочинении не беремся навязывать читателю нашу оценку этих сложных отношений, отметим лишь главную тенденцию: так случилось, что существование адаманов словно бы лишний раз доказывало истинность и неповторимость всякой веры и религии…

Атеистический мир тоже реагировал на открытие адаманов не менее заинтересованно и не менее оригинально. Появилось бесчисленное множество научных статей, научно-популярных книг, проводились международные конференции по проблеме адаманов. В газетах, журналах как публиковались, так и продолжали публиковаться дискуссионные материалы по проблеме адаманов.

А сколько защищено кандидатских, докторских диссертаций, темы которых в той или иной мере были связаны с адаманами! Конечно, как и следовало ожидать, все эти кандидатские и докторские защищались в специализированных научно-исследовательских институтах по изучению адаманов (НИИИА).

Для интересующихся товарищей приводим типичный материал одной из таких дискуссий, которая в свое время велась во всемирно известном журнале «Literature and life». Дискуссия началась под броским заглавием:

Учитывая огромный интерес наших дорогих умных читателей к многочисленным проблемам, связанным с фактом открытия адаманов, форма которых, как всем известно, напоминает людей, в этом номере журнала мы начинаем новую очередную дискуссию, которая, надеемся, заинтересует не только литераторов, художников, композиторов, но и вообще всех людей, озабоченных судьбой современного человека в сложном противоречивом мире, всего человечества в целом.

Сегодня в нашей дискуссии принимают участие писатель Ив Мясцовый и всемирно известный критик, публицист Эд Глоблевый.

Помню, как сегодня…

Деревню, где родился и рос, широкий простор как передо мной, так и над моей головой, материнская песня за рекой, где мать собирает в лесу ягоду, соловьиные трели в кустах у нашей хаты, туманный луг.

Помню, как сегодня, помню своего отца, еще крепкого и веселого, помню тот день, когда впервые он взял меня на сенокос, еще совсем малого и сопливого. Косить тогда, известное дело, я не умел, да и когда мне было учиться, и поэтому отец смастерил мне специальную маленькую косу-семиручку, с ней я и учился косить, мучился, обкашивая лозовые кусты, и время от времени вспарывая косой кочки… Покос мой был, конечно же, узенький и вихлястый. Однако каким широким казался он мне тогда!

Помню, как сегодня, помню чувство простора, это ощущение Праздника, которое нынче мы, забитые цивилизованной деятельностью, теряем. Хорошо помню, издалека и сверху, словно глас божий, слова отца: «На пятку, на пятку, сынок, старайся нажимать, тогда легче будет».