Кровь эльфов - Сарджент Карл - Страница 11

Опустившись на скрипящую кровать, девушка поняла, что ужасно устала. Она сняла покрывало, чтобы проверить, что находится под ним, обнаружила чистые простыни и относительно приличный матрас. А еще - и это было лучше всего - здесь, похоже, не водилось никаких насекомых; впрочем, это не означало, что ночью к ней не придет в гости парочка тараканов. Без них было бы даже как-то скучно, однако Кристен надеялась, что ее навестят маленькие и беззлобные.

Стянув брюки и блузку, она решила попробовать заснуть, несмотря на вспышки неоновых огней, проникающих сквозь тонкие занавески, и тут среди своих вещей, разбросанных на полу, заметила металлическую коробочку. Кристен подняла ее и принялась внимательно разглядывать. Оказалось, что это карманный компьютер, миниатюрный палмтоп размером с ладонь. На крошечных клавишах Кристен не нашла ничего похожего на цифры или привычные значки. Впрочем, она все равно не знала, как нужно обращаться с подобной штукой. Из чистого любопытства, просто так, нажала на несколько клавиш, сердито зашипела, когда нечаянно зацепила пальцем две одновременно.

На крышке коробочки неожиданно зажегся экран, и на нем появилось сообщение. Кристен не смогла прочесть, что начался процесс стирания файлов, но сообразила, что произошло нечто нехорошее - в левом углу экрана возникла крошечная иконка с черепом и костями. Тогда она начала нажимать на все клавиши подряд, отчаянно надеясь, что не испортила компьютер окончательно и бесповоротно. Справа налево по экрану пронеслась бегущая строка, состоящая из пар одинаковых символов, а потом экран погас.

"Фрэг его возьми, кажется, сломался, - огорченно подумала Кристен. - А за него можно было получить несколько сотен. Ладно, какого черта! Нечего жаловаться, сегодня был и без того удачный день".

Она швырнула компьютер в сумку, вытащила несколько длинных листков папиросной бумаги и последнюю порцию дагги, надеясь таким образом спастись от неоновых вспышек за окном, которые постараются всю ночь не давать ей спать.

- Я и правда приезжал пару раз, - словно оправдываясь, сказал Серрин. - Ну... после.

Он не знал, каким встретит Тома, но сидящий напротив него спокойный тихий тролль, пьющий минеральную воду, поразил его воображение. В прежние времена он уже приканчивал бы вторую кружку пива.

- Да, приезжал - в июне и сентябре пятидесятого, - но со мной все было по-прежнему, - тихо проговорил тролль. - Наверное, ты решил, что не стоит пытаться склеивать кусочки. Шоковая терапия не дает никаких результатов, если ты к ней не готов.

- Ну, что-то вроде, - согласился эльф.

По какой-то причине он не хотел забывать того, что было тогда. И помнил все так, словно эти события произошли только вчера. Тролль, напившийся до беспамятства, валяется на грязном, заплеванном полу, а сам он стоит и выкрикивает какие-то бессмысленные слова. Тогда Серрин ушел, хлопнув дверью, и больше никогда не возвращался, лишь время от времени - не сам, а через других - интересовался, что происходит с Томом. Сначала потому, что боль была нестерпимой - он не мог видеть, как друг собственноручно уничтожает себя, а потом ему стало стыдно, что он бросил его в беде.

- Не переживай, дружище. Все не так страшно, как кажется. Ты не мог меня спасти. Это никому было не под силу. Однако благодаря тебе я оставался в живых ровно столько, сколько было необходимо... - Тролль неожиданно ухмыльнулся, - Проклятье, вряд ли кто-нибудь, кроме тебя, смог бы на целый месяц запереть меня в каком-то чулане, чтобы я просох. Самая идиотская идея, до которой можно додуматься!

- А лучше мне тогда ничего не приходило в голову, ну разве что купить тебе новую печень - но ты же и так под завязку набит имплантированными органами и железом, - сказал Серрин и неожиданно смутился.

Если Том стал шаманом Медведицы, любой, даже самый небольшой инородный предмет, находящийся внутри его тела, является горьким напоминанием о прошлом, которое он с удовольствием вычеркнул бы из своей памяти. Или нет?..

Казалось, тролль догадался, о чем думает товарищ.

- Все осталось на месте, - проворчал он. - Имплантированные мышцы, улучшенные рефлексы, прямая связь с пистолетом... У меня никогда не было столько денег, чтобы от них избавиться, да и опасно это. Приходится мириться с тем, что мое тело нафаршировано всякой дрянью. Я никогда не смогу бежать наравне с Медведицей, разве что хромать рядышком... Впрочем, меня все это не очень беспокоит.

Но Серрин заметил, что в глазах тролля промелькнула тень страдания, и понял, что каждая минута жизни Тома наполнена болью - вроде хорошо знакомого блюза, звуки которого льются без конца и начала из старенького радиоприемника и заполняют собой такой же знавший лучшие времена бар.

- Как это все произошло? Хочешь рассказать? - Серрин забыл, что приехал сюда, чтобы предложить работу троллю, который спас его в Барренсе много лет назад. Сейчас рядом с ним сидел совсем другой Том.

- Трудно... Не знаю я этих всех красивых словечек, - медленно проговорил тролль. - Ты Анну помнишь?

Эльф кивнул. Том был без ума влюблен в необузданную, дикую женщину-тролля, посвятившую свою жизнь борьбе за права жителей Джунглей. Однажды она попала под перекрестный огонь во время какой-то бессмысленной разборки между двумя бандами. Именно тогда Том, который и так был не дурак выпить, начал надираться до потери сознания, поглощая такое количество спиртного, которое с легкостью прикончило бы полдюжины здоровых мужчин. Многие считали, что рано или поздно он должен завязать. В конце концов, между ним и Анной ничего особенного не было. Она вела себя с Томом, который был моложе ее, дружелюбно, но не более того. Однако пить Том не перестал. Наоборот, погружался в эту пучину все больше и больше.

- Однажды мне показалось, что я ее увидел. Это было в начале пятьдесят первого. Я совершенно спятил, бросился вслед, решил, что она вернулась из царства мертвых. Я тогда успел достаточно принять, а сердце мое переполняло отчаяние... Когда же протрезвел, то вдруг все понял: Анна меня не любила, а я пытаюсь утопить свою душу в спиртном, переживая из-за того, чего никогда не было.

- Анна хорошо к тебе относилась, - тихо сказал Серрин.

- Ты же знаешь, это не одно и то же. Я понял, что вел себя, как полнейший идиот, и у меня ничего не осталось. А что еще хуже - я убил множество людей только потому, что мне за это платили.

- Ну, когда мы с тобой были знакомы, ты этого не делал. Ни разу не слышал, чтобы ты отправил на тот свет кого-нибудь, кто не выстрелил в тебя первым, - удивленно возразил Серрин.

- Есть вещи, которые я не хотел делать достоянием общественности. Ладно, надеюсь, ты понимаешь, как паршиво я себя чувствовал. После того как ты уехал, я еще несколько месяцев был едва жив, а потом мне стало по-настоящему плохо. Тебе лучше не знать, что тогда со мной происходило. Тролль наклонился над столом и заглянул Серрину в глаза. Эльф почувствовал себя ужасно неловко, но его словно заколдовали слова тролля, сказанные едва слышным шепотом: - Я пришел в себя в какой-то канаве в Джунглях, валялся прямо мордой в дерьме. Без цента в кармане. Тогда я вылез оттуда и убил кого-то, чтобы забрать себе мелочь, которая лежала у бедняги в кармане, хватило только на то, чтобы опохмелиться. Знаешь, дружище, я пил так страшно, что у меня начались приступы белой горячки. И тогда я понял, что скоро умру. Я падал в глубокий черный колодец, в конце которого не видно было и проблеска света. Я оказался в самом настоящем аду, приятель. Существуют, конечно, какие-то красивые слова, которые обозначают то, что находится в астральном мире, и нам с тобой известно - там нет никаких демонов. Но я точно знаю - есть нечто, что можно с уверенностью назвать адом; ты сразу это поймешь, стоит тебе туда попасть. Именно там будет гореть в вечном огне то, что осталось от твоей души.

В этот момент Серрин почувствовал, что Том действительно стал шаманом и наделен, пусть и не в полной мере, силой, которая пронизывает его ауру и озаряет лицо. Тролль действительно изменился.