Путь (СИ) - Канощенкова Алена - Страница 36

— Какого лешего ты тут делаешь?

— Ты не поверишь, но я здесь живу. — Хорт зашагал рядом, насвистывая какую-то песенку и отчаянно фальшивя.

— Отлично. — Эльф пощупал свои уши, проверяя, не скатались ли они в трубочку от этих завываний. — Живи. Но какого… лешего тебе надо от меня?

— От тебя? — натурально удивился оборотень, переставая свистеть. Ничего. Я всего лишь возвращаюсь в стаю. Нужно рассказать Оту о событиях в Данноре.

— А он не знает? — Тарриэль ни на секунду не сомневался в том, что у оборотней есть какой-то свой способ связи, хотя никогда ни о чём таком не слышал. Двуликие вообще всегда старательно охраняли свои секреты, не подпуская к ним не только людей, но и — о ужас — эльфов. С некоторых пор, когда все его способности вдруг начали расти, дивный стал подозревать, что секретов этих у них немало и хранить их действительно стоило.

— Он знает не обо всём. — Выкрутился Хортивой.

Ехидное фырканье было ему ответом.

— Здравствуй, эльф. — Это казалось невозможным, но вожак оборотней выглядел сильно постаревшим и не особенно счастливым. Он встретил Тарриэля и Хорта один, просто выйдя им навстречу у спуска в долину. — Сын…

Хортивой поклонился

— Здравствуй, От.

— Твоё имя Тарриэль?

Дивный молча склонил голову. Вожак вызывал у него ничем не обоснованное чувство симпатии. И от этого было только сложнее.

Оборотень какое-то время просто шёл рядом. Пока скалы не остались позади и над ними не сомкнулись кроны деревьев.

— Ты хочешь что-то спросить. — Тарриэль покосился на крупную жёлтую бабочку, севшую ему на плечо.

— Хочу. Но ты едва ли будешь рад этому.

— Ничего.

— Что ж… Как погибла Иффен? Ты видел это?

— Да. Я видел.

Бабочка улетела, на прощанье мазнув по щеке крыльями.

— Ты расскажешь мне позже. Сейчас — отдохните. Через час будет пир в честь установления мира. Это большой праздник для нас. — От лишь исполнял свой долг. И, что хуже всего, эльф и Хортивой это видели.

— Мы придём. — Улыбнулся беловолосый оборотень.

Вожак махнул рукой и свернул с тропинки, направляясь к деревне. Хорт покачал головой и повёл Тарриэля в свой дом. Им действительно стоило отдохнуть. И подумать.

В доме неуютно и пусто. Чего-то не хватало. Или кого-то. Хорт понял, что отчаянно тоскует по Заре. Без её голоса, мягких, спорых движений, запаха трав ощущение уюта и безопасности родного логова никак не желало появляться. Даже когда магические светильники разогнали полумрак, и воздух стал золотисто-прозрачным. «Пора менять логово. Заре здесь не место. Лучше я построю для неё дом» — отстранённо прикинул Хорт, переодеваясь в чистую одежду. Эльфу он тоже предложил, но тот лишь попросил показать, где можно вымыться. Оборотень и показал. Ручей. Тарриэль возражать не стал. Холод его не смущал.

В долине всё было в порядке. Спокойная, мирная жизнь. Радостная суета началась чуть позже, когда вожак объявил всем о празднике. Но, как видно, это не стало ни для кого новостью. Во всяком случае, суетились жители… организованно, как это ни странно. Все знали, кому что нужно сделать. Участие приняли все не занятые на охране границ, мужчины, женщины. Дети активно помогали, добавляя суеты и беспорядка. Их никто не прогонял.

Через час всё действительно было готово. Эльф даже не поверил, когда в пещеру, куда они вернулись после отмывания пропылившихся тел, прибежал мальчишка и, страшно гордясь полученным заданием, позвал их на пир. Тарриэль растерянно посмотрел на оборотня

— Ты уверен…

— Что мы должны туда идти? — удивился Хорт. — Да.

— Леший…

— Боишься, что будешь пировать с убийцами?

Настала очередь дивного удивляться

— Ты знаешь? Кто они?

— Знаю лишь одно, их тут нет.

— Тот, кто казнил Яровоя, должен…

— Ничего он не должен. Если это не было сделано по приказу Ота.

— А если так, то что?

— Ты думаешь, вожак в этом замешан? — сдвинул брови оборотень. Это меняло всё… или не меняло ничего. Он всё равно не пойдёт против Ота. И против стаи. А для стаи вожак необходим…

— Да. Теперь я в этом уверен.

— Это ещё почему?

— Сложно объяснить.

— Ладно. Идём на пир. После поговорим.

— Угу.

Пир был действительно радостным. Не пышным или показушным, а дружеским. Оборотни смеялись, перебрасывались шутками. Ничего хмельного на столе нет, но это никому не мешает веселиться. Когда заиграла музыка и начались танцы, в небе загорелись разноцветные огни. Хортивой успел перетанцевать с несколькими девушками, не выпуская, впрочем, эльфа из поля зрения. Но Тарриэль ничего безумного не предпринимал, ни на кого не бросался и вообще вёл себя, как полагается вежливому и скромному гостю. Даже слушал рассуждения пожилого оборотня о нравах современной молодёжи. Ну или делал вид, что слушает. Ему неплохо удавалось удерживать на лице вежливо-заинтересованное выражение, думая при этом о чём-то другом. Постепенно Хорт расслабился. В конце концов, пока пир не завершится, ничего не произойдёт. А там… посмотрим.

Только эльф не хотел дожидаться окончания праздника. Наверное, он один увидел, как вожак поднялся со своего места и скрылся в сумраке. Извинившись перед «собеседником», дивный отправился за Отом.

Музыка была действительно красивой. Хорт знал эту мелодию — её исполняли часто, чуть ли не на всех торжествах. Но название он почему-то вспомнить не мог. Оно ускользало, но оборотень снова и снова прокручивал в голове связанные с этой музыкой воспоминания. Всё равно не выходило. Он рассеянно улыбнулся девушке, с которой танцевал, и неожиданно заметил, что у неё зелёные глаза и светлые волосы. Странно, разве он танцевал не с тёмненькой?

Партнёрша неверно истолковала его улыбку, и прошептал

— Лунный цветок распустится в эту ночь.

— Правда? — улыбнулся Хортивой, думая о неуловимом названии мелодии. Она уже подходила к концу, звучали последние аккорды.

— Мы можем его увидеть. — Мурлыканье в голосе девушки стало слышаться отчётливее. — Ты и я.

— Знаешь, я обещал моему другу пойти с ним на совет.

— Другу? Боюсь, он тебя не дождался.

— Что? — парень осторожно высвободился из объятий партнёрши.

— Он ушёл. — Она опустила ресницы, пряча разочарованный взгляд. — Минут десять назад.

— Прости. Мне пора. — И, не дожидаясь возражений, Хортивой бросился по следу. Благо, запах эльфа он мог отличить от других даже в человеческом облике. Запомнил уже. Это было несложно, учитывая проведённое вместе время — а его было вполне достаточно. Запах Иффен он и вовсе почуял бы… Нет, об этом он думать не будет. Хорт увернулся от хлестнувшей лицо ветки и выбросил из головы посторонние мысли. Он найдёт Тарриэля и они вместе придумают какое-нибудь решение. Не может же его не быть. Этот бой не должен случиться. Одно лишь ему не нравилось — эльф шёл следом за вожаком, и вели их следы к площадке для поединков.

«Нет. Прошу, нет!» — шептал на бегу Хортивой, всё отчётливей понимая, что время безвозвратно упущено. Пока он танцевал, они могли уже… Ерунда, ничего они не могли успеть за несколько минут. Поговорили если только. Поговорили? Ему пришлось признаться самому себе — без приказа вожака Ярового никто не посмел бы тронуть. Его ученики? Никогда. К тому же, что-то подсказывало Хорту, что этих самых учеников никто больше никогда не увидит. Если только какой-нибудь некромант решит их вызвать…

«Леший! Нельзя же так глупо, когда всё уже…» а что, собственно, «всё уже»? Людвиг стал императором, но кто знает, что выйдет из его правления? Оррон тоже не был ни тираном ни злодеем, однако успешно тянул империю к гибели. Мир между оборотнями и людьми? Так подписание договоров тянется и тянется. Советники всякий раз находят новые предлоги, чтобы снова отложить встречу, придираются к каждому слову. Возможно, Людвиг сумеет это исправить, когда немного разгребёт остальные накопившиеся дела, а их немало. С некромантом управились, но какой ценой? Стоило ли оно того? А теперь, почему из-за какой-то мести должен погибать Тарриэль? Он же не справится с вожаком. Если только… оборотень выругался и помчался ещё быстрее. «Если только От сам не хочет умереть».