Путь (СИ) - Канощенкова Алена - Страница 74

— Огонь. — Рука легла на шею низкорослого рыжего коня. Он мотнул головой, фыркнул, переступая на месте. Лёгкий, как ветер, а на вид невзрачный, только что шерсть яркая. Как многие степные лошади.

— Посмотрим, на что я гожусь. — Старое потрепанное седло обнаружилось быстро. А Огонь отвык, отвык. Пока седлала, косился и фыркал. Не вырвался — уже достижение. Принуждать коня ведьма не стала бы. Из гордости. Потому что раньше сам прибегал и носил — как император корону. А до этого — его отец. Лошади этой породы живут долго, но всё равно рано или поздно приходится искать табун, ловить и объезжать нового огненного жеребца. Надо уже соглашаться на помощь сыновей или внуков. Если не соберётся перебраться поближе к племени.

— Пошёл.

— Если Власта любила Нарриэля, почему стала женой Ярового?

— Она была уверена, что Нарриэль погиб.

— Так ведь и произошло?

— Не совсем. Оррон всё же разобрался с проблемой военачальников. Потребовалось не больше двух недель, чтобы выяснить, что орки начали побеждать, а людям нечего им противопоставить. Он отправил Права на место этого… чье имя не сохранилось ни в памяти людей, ни в памяти эльфов. Совет хотел оставить принца в Данноре, однако Оррон заявил, что его место там, где решается судьба народа. И управлять войском отказался. Он был честен в этом.

— Власта вернулась к людям?

— Вернулась. Нарриэль не обрадовался, но запрещать не стал. Вскоре она получила под начало отряд. Небольшой — десять воинов. А потом прошел слух, что Нарриэль попал в засаду вместе со своими воинами. Никто из них не выжил. Никто не знает, как Власта восприняла это известие. Вскоре она сумела заслужить признание, как умелый и хитрый воевода, за время вылазок не потерявший ни одного воина. Тогда как раз начались первые настоящие бои. Войско подтянулось и перешло границу. Время топтания на месте подошло к концу. Теперь орки начали отступать. Они оказались не готовы ко вторжению настоящей армии. Через два месяца люди осознали, что победа у них уже в руках. Власта сражалась в первых рядах. А Яровой всё время был рядом. В общем, когда объявили, что победа одержана, она согласилась выйти за него замуж.

Людвиг поморщился. Вслух ничего не сказал, но Эль почувствовала.

— Она была на передовой, понимаешь? Смерть была рядом всё время. И… за два месяца… Никто не знает, что она успела передумать. Известно только, что Власта не была ранена. Ни разу, хотя жизнь свою не берегла. И воины, сражавшиеся в её отряде, погибали редко, забирая с собой по несколько десятков врагов. Как только всё закончилось, они уехали вдвоем — Власта и Яровой.

— Но Война на этом не завершилась.

— Это был первый этап. Тогда казалось, что орки разбиты, хотя ни одного их крупного поселения люди так и не увидели. Мир продлился целый год и ещё два месяца. Армия постепенно оттягивалась с границ и, толстой змеёй проползая по Империи, оседала в городах. На границе остались отдельные отряды — Оррон хотел убедиться, что его землям больше ничего не угрожает. Год покоя. Империя зализывала раны, которых оказалось не так много — всё же, война шла лишь на территории степи и у границ Синего леса. До крупных городов она не добралась. Оррон стал императором. А о Власте и Яровом никто ничего не слышал.

— А потом орки переправились через Сталь и напали там, где никто не ожидал.

— И стало понятно, что всё, что было раньше — всего лишь разминка. Оркам удалось собрать армию. Не те слабо связанные отряды, а войско под предводительством собственного военачальника. Они смели те отряды людей, которые пытались преградить им путь и быстро дошли до границы Синего леса. Армия людей только начала стягиваться к степи, когда священные деревья уже падали под ударами топоров. Эльфы не справлялись с защитой собственной земли и доблестно гибли. Люди шли на подмогу. Молодой император снова сел в седло, игнорируя требования Совета и разума. Он обещал быть среди своих воинов и намеревался сдержать слово, что бы ни случилось. С ним отправилась выпускница Университета — молодая магичка-алхимик по имени Ода. Говорили, что она была любовницей Оррона. И что она была просто шлюхой. И то и другое не соответствовало действительности. Отъезд императора из столицы был встречен негодованием аристократии.

— Это было неразумно с его стороны.

— Наверное. Но он сделал это. А вскоре вернулась Власта. Ей казалось, что она в долгу перед Синим лесом и должна его защитить. Ярового с ней не было. Говорили, что он остался с их маленьким сыном, не сумев удержать жену. Военачальники решили использовать её, чтобы поднять боевой дух воинов. И отправили на передовую с небольшим отрядом. История повторялась. Оррон и Власта снова встретились. Ненадолго — они оба шли во главе отрядов. Никто не знает, о чем они разговаривали. Сразу после этого Власта поспешила к Синему лесу. Оррон отошёл в сторону и напал на тех орков, которые двигались прямо к людским землям. С его отрядом ехала Ода.

— Вы приняли помощь Власты.

— И сражались против орков вместе с ней и теми людьми, которые постоянно прибывали. Власта умела объединять людей и вести их за собой. Её отряд не нёс потерь очень долго. А Оррон сражался так, словно хотел лично убить каждого орка, пришедшего на его землю, но его люди не выдерживали сжигающего командира пламени. На этом этапе потери были огромными. Люди не успели стянуть армию в единый кулак, сражаться приходилось отдельными отрядами против массы орков, напирающих из степи. Но никто не собирался отступать. Власта сумела объединить несколько отрядов под своим командованием. Она опасалась, что Оррон вмешается, но он после очередного боя дал ей звание военачальника.

— И сам сражался под её командованием?

— Только в последние дни Войны. До самой битвы на реке Сталь. Легенда о том, что император был простым воином, лжет. Он действительно назначил Власту командиром, и подчинялся ей в бою, но и только. После той битвы появилось много легенд и одна из них послужила поводом для начавшейся вражды людей и эльфов. То, что мы не пришли на помощь, когда Власта позвала и позволили оркам уничтожить человеческое войско… Не совсем ложь. Эльфы действительно не участвовали в той битве, но не по своей вине. Власта позвала на помощь, отправив Оррона к Синему лесу. Хотела защитить императора и по возможности спасти хотя бы часть своего войска, если мы успеем придти на помощь. Но он задержался на целый день. Просто остановился посреди пути и ждал. А потом, когда помогать уже стало некому, поскакал дальше. Оррон никогда никому не объяснял, почему так поступил. Да и знают об этом лишь несколько человек и эльфов. Власте тогда удалось совершить невозможное — её войско, бывшее в четыре раза меньше, чем оркское, уничтожило большую часть орков и в том числе их военачальника. Но и выжили из него очень немногие.

— Поэтому вы поставили ей памятник? Желая так отдать тот долг?

— Это наша благодарность Власте.

— Но ведь это не всё? Какую-то часть этой истории ты всё же не рассказала.

— Ты знаешь теперь больше, чем кто-либо из людей. Этого достаточно.

— На памятнике она не похожа на воина. И меч, лежащий у её ног, сломан. — Тихо договорил Людвиг. Ответа он так и не дождался. Внизу уже были видны деревья Синего леса. Над ними плавал голубой туман, наполненный холодным лунным сиянием.

— Ты опоздала.

Таина остановила коня. Он пробежал еще несколько шагов и заплясал на месте, фыркая и зло косясь на всадницу.

— Они отдали тебе меч?

— Вот он. — Странник показал бабке длинный сверток, который нес под мышкой.

Ведьма протянула руку, но тут же отдернула её, не коснувшись ткани. Коня она отпустила.

— Как тебя назвали?

— До того, как я побил лучших воинов рода, грязной лживой крысой. В процессе… этого тебе лучше не слышать. А после — посланником Создателя. Не знаю, что ближе к правде.

— Вождя ты тоже побил?

— Пришлось. Он приказал меня убить. Не беспокойся, я оставил их всех в живых. И открыл новый источник воды. Старый сильно обмелел за время моего отсутствия. Ещё месяц, и роду пришлось бы откочевывать на поиски воды. Теперь они смогут остаться.