Камень третий. Дымчатый обсидиан - Макарова Ольга Андреевна - Страница 93

— И то, что Карина и Лайн счастливы, его не разубеждает? — спросил Кан с сомнением.

— Нет, — отрезал Орион.

— Ну я так и сказал: он ничуть не изменился… — заключил Кангасск.

— Да-а уж… — протянул Джовиб. — Ну сейчас мы, вроде, установили нейтралитет. Он со мной даже здоровается, с ума сойти… Было время, грозился запретить мне появляться рядом с его дочерью и внуком. Я тогда просто позакрывал все комнаты в Башне. Подействовало… Понял, что, если он хочет продолжать свои научные дела, со мной придется считаться… Потом, пока я дома не был три месяца из-за дел, он взялся настраивать против меня Лайна; магию и фехтование запретил изучать мальчишке еще… — Орион замолчал.

— И что ты? — спросил его Кангасск.

— На этот раз я ничего на закрывал, — угрюмо отозвался Орион. — Просто пригрозил старому упрямцу, что увезу Карину и Лайна в Пиратские Гавани. Я был здорово зол тогда и не шутил ни грамма.

— Не дело это, когда нейтралитет держится на страхе, — заметил Кангасск неожиданно профессиональным тоном.

— Лучше так, чем никак, — возразил Орион. — Поверь мне, больше всего его злю даже не я, а закрытые комнаты. Девять из десяти комнат Башни закрыты для всех, кроме Астэр, тезки да нас с тобой. Там древние книги и много чего еще, что Нэю давать не следует… сам понимаешь… Я вот думаю, — голос Джовиба смягчился, — Лайн подрастет, я тезку уговорю — откроем мальчишке комнаты. Из него тоже ученый, похоже, получится. Только не такой, как дед его… Я б и Карине все открыл, да тезка не велит. Впрочем, понятно же, отцу она не откажет. Дай ей старинный фолиант сегодня — и завтра на него Нэй лапу наложит, точно знаю… Ну… — он тряхнул головой и произнес уже веселее: — Давай расходимся до утра. Иди в свою комнату; там ничего не меняли с тех пор, как ты в ней жил. Только заклинанием ресторации проходились раз в неделю.

— Спасибо… — ответил ему Кангасск.

— Тебе спасибо, — вернул благодарность Орион.

— Мне-то за что? — Ученик миродержцев беззвучно рассмеялся в ответ.

— Я часто вспоминаю ту битву на «Ювеле»… — Джовиб оборвал фразу, не договорив. — Ну, спокойной ночи тебе, Кан.

— Спокойной ночи…

Глава сорок первая. Последний

— …а здесь мы изучаем влияние массы харуспекса на его стабилизирующие свойства, — сказала Карина, перейдя с Кангасском в очередную белую комнату. Несколько молодых ученых, сидевших там, обернулись к ней и дружно поздоровались. — Этим занимаются самые молодые наши коллеги, — продолжила Карина. — Вот, например, Аглайн… конечно, в пересчете на человеческие года его возраст впечатляет, но по драконьим меркам он еще совсем юн, а в человеческом облике живет всего четыре года.

Аглайн с Каном переглянулись; понимающе кивнули друг другу, не сговариваясь — мол, случай в горах останется между нами. На вид парню можно было дать лет шестнадцать… белокурый, с юношеским пушком над верхней губой; необычайно и трогательно серьезный. Конечно, ему как дракону ничего не стоит резко сменить облик, но вряд ли он будет это делать — из уважения к своим человеческим друзьям и коллегам.

Не сказав ни слова, молодой дракон вернулся к своей работе: он чинил некий несложный магомеханизм, периодически касаясь его то магией, то инструментом.

— Ты не устал, Кангасск? — заботливо осведомилась Карина. — Мы прошли уже кабинетов десять; наверное, многовато на один раз?

— Устал немного, — честно признался Кан и добавил шутя: — Я старый любопытный неуч, но тут любопытства явно не достаточно: надо и знать кое-что.

Дочь Нэя покинула лабораторию и неспешным шагом двинулась вперед по коридору; Ученик шел рядом. Определенно, лабиринт коридоров был задуман для того, чтобы на досуге тихонько бродить в нем, предаваясь размышлениям. Каменные стены, местами серые, местами узорчатые, к этому очень располагают.

— На самом деле все это ужасно скучно, Кан, — с доброй улыбкой сказала ему Карина. — Рутина это все. Но, думаю, мы с тобой родные души, потому я могу поделиться с тобой кое чем интересным, — она хитро прищурилась. — Ты готов?

— Да, — незамедлительно ответил Кангасск.

— Я считаю, у ученого должна быть большая мечта, — Карина вновь улыбнулась и развела руками. — Ну, то, что придает смысл всей его долгой и скучной работе. У меня такая есть, я счастливый человек… Отец, конечно, ее не одобряет нисколько. Коллеги относятся доброжелательно, но всерьез не воспринимают. Ты появился как раз тогда, когда я отчаялась найти того, кто меня поймет.

— А что это? — с легким недоумением произнес Кан. — О чем ты мечтаешь?

— Я с детства люблю древние сказания, — ответила Карина чуть смущенно. — И считаю, в них содержится много правды. Что это не просто сказки, как говорит отец. Так уж получилось, что всю жизнь я поднимаю сказания по любой теме, которую берусь изучать. В них много тайны, и мало прямых ответов… Особенно касательно харуспексов.

Мне всегда была интересна такая параллель: три Хоры и три Обсидиана. Первые составляли магическую систему и работали взаимосвязанно. Мне кажется, Обсидианы должны быть как-то связаны тоже. Или их возможно связать. Иными словами, я верю, что существует Триада… и что у каждого из видов обсидиана — холодного, горящего и дымчатого (нарра, если не ошибаюсь) есть в ней свое место.

И, Кан… — она остановилась и посмотрела ему в глаза. — Мне кажется, ты — человек, несущий Триаду.

— Триада… — отрешенно повторил Ученик.

Оллардиан, пропавшая дочь… и — грандиозная паутина судьбы в темной глубине вселенской пропасти…

— Тебе есть, что рассказать мне? — с надеждой спросила Карина.

— Пожалуй, да, — Кан опустил глаза. — Однажды я прочувствовал, что значит, когда все три харуспекса работают одновременно… И это ни на что не похоже.

— Расскажи! — не удержавшись, воскликнула дочка Нэя, и в голосе ее прозвучала мольба.

— Я расскажу, — чуть отстранился Кангасск. — Сразу же, как только найду нужные слова. Мне… непросто выразить, что я тогда почувствовал. Дай срок до завтра.

— Хорошо, — согласилась Карина. — Конечно, я не буду тебя торопить… — она возобновила шаг. — Тебя все утро искал Лайн. Он от тебя в полном восторге…

— Да ну? — Кангасск рассмеялся. — Я, кажется, обещал рассказать ему что-то… где он?