Северные сказки - Сборник Сборник - Страница 163

Старик сказал:

– Иди. Хорошо мне помог.

Уходя, песец залаял: Кау-кау-кау!

Тяртекан домой пришел, старухе сказал:

– Жир внеси.

Старуха его шила. Обрадовалась и выбежала. Пустая посудина только в нарте лежала. Войдя, она сказала:

– Ты зачем человека обманываешь? Жира нет. Тяртекан выбежал, к нарте подбежал-ничего лет. Зуб песца только на нарте лежит.

Тяртекан сказал:

– Песца я хитростью убью, когда приглашу его к себе.

Тяртекан позвал лося, дикого оленя, барана, бурого медведя, белого медведя, лису, песца, зайца, белку, горностая, мышь и других животных.

Все приглашенные пришли.

Тяртекан стал шаманить, запел: Кхуди-кхудиэ, кхуди-кхудиэ!

В то время как он шаманил, штаны его вниз упали. Все засмеялись. Увидели-у песца во рту не хватало зуба. Тяртекан подбежал к песцу, схватил и стал бить. Гости испугались, убежали, переломав все в доме.

Тяртекан бил песца, бил-бил, а потом выгнал.

Мальчик находит свою мать

Был один человек, имел он двух жен. Собрался он однажды идти на промысел. Свою старшую жену спрашивает:

– Что для меня в подарок приготовишь? Старшая жена говорит:

– С головы до ног одежду приготовлю. Свою младшую жену тоже спрашивает:

– Что для меня приготовишь? Она говорит:

– Я ребенка приготовлю, на лбу его солнце будет всходить, на темени звезда будет всходить, на затылке луна всходить будет, – такого ребенка приготовлю!

Парень на промысел ушел. В его отсутствие баба родила. Старшая жена сказала:

– Если полюбит ребенка, меня, должно быть, разлюбит. Убью ребенка моей подруги.

Подруга вышла, а ее ребенка старшая жена в воду бросила. Ребенок вниз по течению поплыл.

Ниже их одна старуха заездок имела. В морду того заездка ребенок попал. Слушает старушка: с реки детский плач слышится. Вышла она из дому, к берегу спустилась, к заездку подошла, а там в морду, оказывается, ребенок попался… Взяла его, стала воспитывать. Вырос, своей названой матери сказал:

– Кто мой отец будет?

– Старушка сказала:

– Я тебя мордой в заездке поймала, выше меня по реке твой отец имеет дом. К твоему отцу иди, – говорит, – до дома его дойдешь, старшая жена его тебя кормить будет-не ешь. Младшая жена отца твоего-это и есть твоя мать. Сварит твоя мать-поешь. Когда стемнеет, лягут спать, тебе скажут: На хорошей шкуре ложись – ты не ложись. Возле своей матери ложись. Твой отец скажет:

Сказку сказывай. Ты так расскажи: Давно было, один человек, собравшись на промысел, старшей жене сказал: Ты что приготовишь? Старшая жена сказала: Одежду приготовлю. Младшей жене сказал: Ты что приготовишь? Младшая сказала: Я ребенка приготовлю. Такую сказку расскажи.

Ребенок к своей матери пошел. Дошел до ее дома. Когда он пришел, старшая жена сварила ему поесть. Сваренное ею он не ел. Мать сварила; он это поел.

Стемнело. Старшая жена хорошую шкуру внесла, – не ложится на нее. Лег к своей матери. Отец его сказал:

– Сказку сказывай.

Тогда он начал рассказывать:

– Был один человек. Собираясь идти на промысел, своей старшей жене сказал: Мне что приготовишь? – Одежды, говорит, приготовлю. Младшая его жена, когда он спросил сказала: Я ребенка приготовлю.

Старшая жена говорит мальчику:

– Спать хочу, не рассказывай. Ребенок, продолжая сказку, говорил:

– Старшая жена ребенка своей подруги в воду бросила, а старушка его в морде поймала, вырастила. Рассказав это, он крикнул:

– Вот я здесь!

Когда шапку сбросил, на его лбу – солнце, на темени – звезда, на затылке-луна.

Муж свою старшую жену на двор выбросил. На место своей младшей жены сел. Младшая жена сказала:

– Мой ребенок пришел, теперь я не умру. Своему мужу сказала:

– Живи со своей старшей женой. Когда ребенка не было, то вы меня постоянно били.

Муж ответил: – Как она тебя раньше била, так бей ее теперь ты.

Старушку, поймавшую в морде ребёнка, привели, кормили и поили ее. Так потом жили.

Чужая ураса

Как-то под вечер сидели в своей урасе три брата.

Имя у старшего – Лошийя. У среднего – Лопчуо. А младшего брата звали Акчин-хондо. Делать им нечего было. Старший брат сказал:

– Давайте песни петь, голоса пробовать.

Я первый начну. Начал, запел:

– Лошийя-я! Шийя! Лошийя?

Спел так, похвалил себя:

– Хороший у меня голос. Теперь ты пой, – говорит среднему.

Средний запел:

– Лопчуо-о! Чуо! Лопчуо!

Спел, сказал:

– И я хорошо пою! Посмотрим, как наш младший споет.

Младший запел:

– Акчин-хондо! Хондо-хондо! Акчин!

Закончил. Братья говорят:

– Что ж, и у него получается. Теперь давайте все вместе споем.

Запели. Каждый свое поет. Никак песня не складывается. Старший на младшего рассердился. Младший – на среднего. Средний – и на младшего, и на старшего:

– Зачем свои имена поете?! Мое пойте. Тогда песня сложится.

– Из твоего имени песня не ладится! Мое петь надо! – кричит старший.

– А я ваших имен и знать не хочу! – младший бранится. – Свое знаю! – И затянул:– Акчин-Акчин-Акчин-хондо! Хондо-хондо-до-до-Акчин!

Средний брат и старший брат на него набросились. Бить его стали. И он им спуску не дает.

Котел опрокинули, огонь в очаге залили.

Катаясь по полу, стрелы изломали. Старший сказал:

– Однако в урасе плохо драться. Пошли наружу!

Пошли братья наружу. Принялись на траве драться. Старший младшего на землю повалил. Лежит младший на спине, лицом кверху. Увидел над собой звездное небо, закричал:

– Стойте, братья! Беда идет! – Какая беда? Где беда? – закричали средний и старший.

Младший вскочил, на небо пальцем показал.

– Смотрите, чужие люди сухой тальник зажгли. Дорогу себе огнем освещают! На нас войной двинулись!

Братья испугались.

– Убегать надо! Их много, нас мало! Побежали к реке, в лодку-стружок прыгнули, за весла схватились. Гребут, как песню в урасе пели: один назад, другой вперед, третий весла то опустит, то поднимет – ни назад, ни вперед!

Лодка-стружок на месте крутится. Вода о борта плещется. Кажется братьям, что лодка их быстро идет.

Старший вверх взглянул, говорит:

– Гонятся!

Опять гребут. Средний вверх взглянул, закричал:

– Как будто отставать начали!

Еще веслами помахали. Младший задрал голову, сказал:

– Отстали!

А это уже светает. В сером небе звезды померкли. Не видно горящих тальниковых прутьев в руках у вражеских воинов.

– Знаю, почему отстали, – сказал старший брат. – Они нашу урасу грабят!

– Ясное дело, грабят! – сказал средний.

– Котел унесут, шкуры унесут! Что делать? – убивается младший.

Вдруг видят братья: стоит на берегу ураса. Хорошая, большая ураса.

– Верно, это вражеских воинов жилище, – говорит старший.

– А чье же! – средний отвечает. – Конечно, их.

– Если они наше жилище грабят, мы их урасу разорим! – закричал младший и выпрыгнул излодки.

За ним двое других выскочили. С криком бросились к вражескому жилью.

Шесты изломали, сорвали шкуры. Котел схватили, в лодку унесли. Опять роются на том месте, где чужая ураса стояла. Младший лук нашел. Поднял его и закричал:

– А ведь это мой лук! Я сам его делал!

– Не может того быть! Глупости говоришь, – отмахнулся старший.

Сказал так и свой лук увидел.

– Послушай, – толкнул он среднего, – кажется, Акчин-хондо не совсем глупый. Я тоже свой лук нашел.

А средний брат, по имени Лопчуо, третий лук в руках держит, осматривает, головой качает.

– Луки, выходит, наши. Может, и ураса наша? Разобрали шкуры, что в кучу сбросили, – всеузнали.

– Вот этого оленя я убил!

– Этого – я!

– А эта медвежья шкура нам еще от отца досталась!

Посмотрели братья друг на друга. Друг у друга спросили:

– Как же так вышло? Всю ночь гребли – к своей же урасе приплыли.