Связующие нити (СИ) - Татьмянина Ксения - Страница 34

— Уже давно хотела тебя про него расспросить. Он же сам не распространяется, а мне интересно…

— Что? — Тристан схмурился и с недоверием посмотрел на меня. — Я секретов не выдаю.

— Если секрет, то не выдавай. Они жениться собираются?

Ужин мы уже закончили, теперь сидели за столом с большими кружками вишневого компота, который Трис выпил со вкусом и залпом, а теперь только доставал чайной ложкой вишенки. Переложил в мою кружку:

— Я не ем.

— Я знаю. Так что тебе Нил о своих планах говорил? Они вообще вместе живут или порознь?

— Порознь, но по нескольку дней и вместе. Он говорит, что Дине его новый график сна и бодрствования слишком непривычен. Правда, представь какая какофония?

— Это ты мне говоришь? Мы с тобой уже полгода здесь жили, прежде чем ты меня в агентство привёл. Уж я‑то знаю, каково провожать мужа на работу к двенадцати ночи и видеть его спящим по полдня.

— Правильно. Пошли спать.

Глава 30.Совет

На следующую рабочую ночь выходной был у Тристана, так что если бы я захотела пойти с Нилом искать семью Тома, мне бы не пришлось ни у кого отпрашиваться, делая умоляющее выражение лица. Но всё же я решила не вмешиваться, не смотря на такое сильное желание увидеть всё своими глазами. На подходе к Зданию, в Вишневом переулке я увидела Вельтона, и догнала его. Это было не трудно — он шёл неспеша прогулочным шагом.

— Ты всегда так на работу ходишь?

— Как?

— Неторопливо.

— А я весь по жизни такой, — Вельтон улыбнулся мне. — А тебе бы, Гретт, когда ты без Триса добираешься до агентства, следует приходить пораньше хоть на часик.

— Это зачем ещё?

— Затем, что безопаснее…

— Да ладно, чего ты, а как на дежурство меня ставить и в три часа ночи в магазин гонять, это безопасно? А чем я лучше Зарины и Пули, их вообще никто не провожает, и добираться им дальше.

— Да это я так… это я вообще за тебя беспокоюсь. Что‑то ты последнее время странная, и с тобой случаются всякие неприятности. Почему ты в каморке стала запираться?

Я задумалась. Конечно, Вельтон был не так стар, как Гелена, он не годился мне не только в дедушки, но даже в отцы, но что‑то заботливое и отеческое в нём чувствовалось всегда, и не только по отношению ко мне. Хоть он и рассказчик был изрядный, но никогда мне не доводилось слышать от него сплетен. Вельтон умел хранить секреты. Или потому что, действительно, был нем как рыба, или потому что с ним никто секретами не делился.

— У меня, наверное, кризис личности.

— Да ну! А что так рано?

— А когда должен быть?

— Не знаю. Я психологию не изучал, но мне кажется рано. С Трисом у вас всё в порядке?

— Да, всё хорошо.

— Вы уже не голубки…

— Во всех отношениях есть взлёты и падения. Ты не обращай внимания.

Вельтон согласно кивнул, а после некоторого молчания сказал:

— Хочешь, я дам тебе один совет?

— Давай.

Мне стало вдруг интересно, что он скажет.

— Кризис личности это полная чушь. Просто нужно наслаждаться тем, что у тебя есть и быть довольным этим. Трезво себя оценить и принять. Я не знаю, какая там у тебя проблема, я только расскажу тебе о себе. Помнишь, Пуля на меня как‑то налетела, что я весь такой неудачник и прочее?

— Это после того случая, как Трис её рукопись порвал?

— Да — да. Думаешь, мне обидно было? Нисколько. У меня нет выразительной внешности, нет талантов, нет даже выдающихся способностей. Я ничего не добился на своем трудовом поприще. У меня в жизни не было приключений, не было необыкновенной любви, не было никаких житейских бурь, непредсказуемостей. У меня очень скучная должность, в агентстве я всего лишь Архивариус, жена у меня типичная и живем мы типично, даже без любви. И я ни о чём не жалею и ни о чём не сокрушаюсь. Меня не гложут по ночам мысли о несовершенных деяниях, непризнанных талантах, о том, что я не великий. Я самый заурядный человек!

При этих словах Вельтон вскинул руки и засмеялся. И лицо его выражало неподдельное удовольствие и умиротворение одновременно.

— Да, я всего лишь винтик в системе, всего лишь необходимый администратор, я не оставлю свой след в веках, меня никто не запомнит, да и самому мне перед смертью будет мало что вспомнить о своей жизни. Ну и что? Я тот, кто я есть и всё моё счастье заключается в том, что не нужно быть кем‑то большим. Это рецепт. Вот что тебя мучает, Гретт? Тебе что‑то в себе не нравится?

— В принципе да.

— Тебе не нравится что ты не кто‑то, кем тебе хочется быть? Тебя мучает осознание твоих недостатков или недостаточности достоинств? Так вот тебе мой совет, — посмотри на себя, и прими всё, что есть и будь этим довольна. Страдать от мысли "ах, если бы… ах, почему же у меня нет… ах, почему же я такая…" пустая трата времени.

— Очень убедительно звучит.

— Намотай на ус. Вот увидишь, как только ты примешь себя и свою теперешнюю жизнь, тебе станет намного легче и счастливее, и не будет никакого кризиса личности.

Мы уже прошли под фонарями весь переулок, и разговор закончили в тёмном подъезде Здания. Всю ночь я размышляла над его словами, и даже когда Нил ушёл на поиски, меня это уже не так занимало.

А если Вельтон прав? И вся моя беда в том, что я не могу себя принять такой, какая я есть? Приму, и не будет печалей.

Интересная у нас подобралась компания в "Сожженном мосте" — столько работать вместе, а я только сейчас по — настоящему стала узнавать своих коллег — какая Зарина, какая Пуля, какой Вельтон… Нил и так достаточно открыт, хотя зарекаться, что о нём всё ясно и понятно, тоже не стала бы. А Тристан? Тристан моя родная душа.

После всех прошедших событий, после всех переживаний, в эту ночь я подвела черту под собой и пришла к неутешительным выводам — я скучная, неженственная, не творческая. Я безынтересный, заурядный и совершенно невыразительный человек. Мастеровой. Конечно, такое резюме не порадовало меня, но следующим этапом я нацелила для себя смирение с этими фактами. А после будет счастье.

Тем более всё было не так уж и плохо — некий осадок радости от поездки к Виоле у меня ещё оставался, и от прогулки под дождём тоже. Нил вот вернулся от поисков с благополучным исходом. Потом Тристан нарисует чертёж моста, потом Томас на него посмотрит и ещё одна счастливая судьба будет восстановлена. Я тоже винтик в системе, но я занимаюсь хорошим делом — я готовлю учеников к поступлению, реставрирую воспоминания. Я всего лишь этап на чьих‑то путях, веха, ну и что?

Мысленно я улыбнулась этим доводам. В самом деле, я же не страдала манией величия и не была столь амбициозна, чтобы переживать за то, что я винтик. Я и дальше согласна быть винтиком, только вот жалко, что не рисую ничего для себя…

Женственность? Я не особо тоскую по любви, и отсутствие личной жизни меня не угнетает. Эмоционального тепла мне хватает и от Тристана, продолжением рода я тоже не озабочена… наверное, чувства материнства во мне тоже нет…

Вздохнув, я решила, что все мои попытки в последние дни отдохнуть, перестать думать, расслабиться и успокоиться пошли прахом. Я всё равно чувствовала себя в подвешенном состоянии. Или мне нужно было время, или я ещё не нашла той истины для себя, которая дала бы мне покой до конца жизни.

Глава 31.Королева

Был четверг, и мы заранее договорились с Трисом после моих классов идти искать подарок родителям. Но планы провалились, — накануне днём он сказал, что к ним в фирму приплыл очень крупный заказчик. Частное лицо, богатая дама, желающая восстановить свой родовой особняк. Землю с руинами она выкупила, и Тристану в свой выходной день пришлось ехать за город делать предварительный осмотр. Ещё была работа со старыми фотографиями этого особняка, сохранившимися фрагментами чертежей и эскизами скульптур и лепнины. Заказ Тристана очень заинтересовал, поэтому я ходила по магазинам одна, но в компании с его извинениями и мысленной поддержкой.