Сорвать маску - Макфи Маргарет - Страница 3

Встретить его вновь, после того как она научилась жить с тяжестью происшедшего – и где? Как знать, вдруг он увлечется другими девушками? Возможно. Но будет ли ей легче наблюдать, как он уводит наверх мисс Руж или мисс Верт? Сможет ли она улыбаться, притворно флиртовать и добровольно отправиться в спальню с другим мужчиной, зная, что Доминик здесь? Арабелла покачала головой. Похоже, эта ночь будет самой трудной в ее жизни. Присутствие Доминика сделало осуществление ее планов практически невозможным.

Она ощутила прикосновение к рукаву и, открыв глаза, встретилась взглядом с миссис Сильвер, которая с беспокойством смотрела на нее.

– Сто гиней в неделю, – одними губами произнесла хозяйка. – Думай о деньгах.

Арабелла чуть заметно кивнула, с трудом обретая присутствие духа. Глубокий вдох… И вот она наконец обернулась к гостям.

Доминик стоял рядом с ней.

– Полагаю, вы – мисс Нуар? – Он медленно окинул взглядом полупрозрачное платье, а затем вновь посмотрел ей в глаза. – Арлесфорд, к вашим услугам, мэм.

Значит, он все-таки ее не узнал. Слава богу! Арабелла с облегчением тихо вздохнула и, вооружившись терпением и мужеством, стала играть свою роль.

– Ваша светлость. – Она заставила себя произнести эти слова и поклониться, хотя губы упорно не желали улыбаться. Каждая клеточка в теле ныла от разлившегося по нему нестерпимого холода, кожа заледенела, словно кровь перестала течь по венам. Сначала Арабелла молила Небеса об этой встрече, затем стала просить, чтобы она никогда не состоялась. Уверенность, что Доминик остался в прошлом и ей нет до него дела, рассеялась. Он по-прежнему волновал ее – так сильно, что от одной его близости перехватывало дыхание.

Они смотрели друг на друга, и Арабелле вдруг показалось, что прошедшие годы стерлись и она смотрит на еще совсем молодого мужчину, которого никогда не смогла бы забыть. Она с трудом отвела глаза, опасаясь, что Доминик прочтет в них отголоски неуместных чувств, и окинула взглядом комнату.

Остальные женщины расточали улыбки и кокетничали с мужчинами, разговаривая низкими грудными голосами. Из угла комнаты миссис Сильвер с неодобрением и раздражением посматривала на Арабеллу. Она взглядом указала на Доминика, затем на бокалы с шампанским, которые нервно сжимала девушка.

Выхода не было. Бежать некуда. Арабелла мужественно выпрямилась, подняла голову и заставила себя вновь устремить взгляд на Доминика.

– Не желаете ли шампанского?

Герцог ничего не ответил, продолжая рассматривать ее своими темными глазами, которые она так хорошо помнила. Секунды, казалось, превратились в минуты, пока они глядели друг на друга, забыв о вине. Затем его глаза потемнели, и Доминик принял бокал.

– Мне нужно… – Она окинула взглядом комнату, надеясь отыскать другого джентльмена, которому можно отнести шампанского, однако все остальные уже стояли с бокалами в руках, флиртуя с женщинами. Их ухаживания были настолько откровенны, что Арабелла смутилась, словно невинная девица.

– Полагаю, этот ваш, – произнес Доминик. Он помолчал немного, снова взглянув на нее, и добавил:

– Возможно, мы сможем выпить шампанского вместе… наверху?

Сердце екнуло в груди, пропустив удар, а затем пустилось вскачь. Легкие отказывались работать. Весь мир перевернулся с ног на голову.

Она знала, что означает этот намек.

Доминик выбрал ее.

Она задрожала всем телом, не зная еще, как расценивать это – как лучший или худший из воз можных вариантов. Прошло почти шесть лет, однако ее губы словно до сих пор горели от его поцелуев, а тело приятно покалывало после ночи любви. Снова отдаться ему. И за деньги? Это уязвляло больше всего.

У нее руки чесались от желания выплеснуть содержимое бокала ему в лицо, закричать, отказать самым решительным образом. Образ потрясенного Доминика с лицом, залитым вином, и уязвленной гордостью стал единственным проблеском света в бесконечной тьме происходящего. Но Арабелла не стала предаваться мечтам. Несмотря на бушующий в душе ураган, она не забыла о том, почему оказалась здесь, в «Доме радужных наслаждений». У нее свои обязанности.

Арабелла была достаточно честной и практичной, чтобы признаться в этом самой себе. Сегодня ей предстоит соединиться с джентльменом. И пусть лучше им будет Доминик, чем какой-то незнакомец.

Она снова покосилась на его друзей – на потные лица, раскрасневшиеся от вина, жадность и похоть, горящие в глазах. Как бы ей ни было противно это признавать, Арабелла чувствовала горькое облегчение и радость оттого, что Доминик выбрал именно ее.

Если маска останется на лице, Доминик никогда не узнает, за чьи услуги заплатил. От этой мысли ей стало немного легче.

Арабелла подавила гордость. Она встретилась с ним взглядом, понимающе кивнула и направилась в комнату наверху, которую ей отвела миссис Сильвер.

Даже оказавшись в спальне, обитой черной тканью, Доминик не мог оторвать глаз от мисс Нуар. Он знал, что пожирать женщину взглядом неприлично, но ничего не мог с собой поделать. Намерение присмотреть за Норткотом было забыто в тот же миг, как он впервые увидел ее в гостиной. Боже правый, было бы легче перестать дышать, чем отвести от нее взгляд. Как будто не было прошедших лет и перед ним вновь стояла та, другая женщина…

– Что-то не так? – спросила она.

«Будь я проклят, – подумал Доминик. – Даже голос похож».

Мисс Нуар нервно коснулась пальцами маски.

– Простите, если я невежлив, но ваш облик будоражит воспоминания о прошлом. Вы очень похожи на женщину, которую я когда-то знал. – Только по этой причине он сейчас стоял рядом с ней в одной из комнат борделя, хотя должен был развернуться и уйти прочь. Вернулась боль, а с ней и горечь, однако Доминик чувствовал, что хочет эту женщину с силой, которую можно было назвать лишь отчаянием.

Он хотел ее потому, что она была похожа на Арабеллу Тэттон.

Она не улыбалась, не сюсюкала, не жеманничала, не делала двусмысленных намеков. Она не была раздета до расшнурованного корсета, не стояла у огня так, чтобы открыть ноги похотливым взорам, не лежала на кушетке, взбив юбки, из-под которых выглядывали чулки. Вместо этого с серьезным лицом стояла у книжной полки, всем своим поведением обнаруживая трудно скрываемое беспокойство и неуверенность. Сейчас незнакомка – воплощение спокойной неподвижности – молча наблюдала за ним, и только судорожно сцепленные руки выдавали волнение. Рядом с ней на столике среди темных шелковых веревок, перьев и вееров в нетронутом бокале пузырилось вино.

Доминик одним глотком допил шампанское, пытаясь отвлечься от нахлынувших чувств, вызванных поразительным сходством.

– Похоже, вы немного нервничаете сегодня, мисс Нуар.

– Это мой первый день здесь. Простите, но я не вполне знакома с правилами. Я… – Она замолчала и через силу выдавила положенные слова. – Я желаю лишь одного – доставить вам наслаждение. – Высоко поднятая голова и яркий блеск глаз в разрезах маски свели на нет покорное раболепие сказанного. Поза была откровенно вызывающей, словно перед ней стоял противник, которого нужно одолеть, а не мужчина, которого нужно соблазнить. – Желаете ли вы, чтобы я разделась?

Доминик поднялся, поставив пустой бокал на столик рядом с полным.

Она была так похожа на Арабеллу, что у него перехватило дыхание, как от удара в солнечное сплетение. Разгоряченная вином и желанием кровь в два раза быстрее побежала по венам. Как бы он ни пытался подавить воспоминания, они вырвались из-под контроля, яркие, незабываемые, словно все произошло только вчера.

Сила нахлынувшей страсти поразила Доминика, он считал, что испытываемый им гнев уничтожил все остальные чувства к Арабелле. Однако тело уже напряглось, восставшая плоть пульсировала от острого желания, словно с ним в комнате и впрямь была она. Доминик знал, что не откажется от ее предложения. Даже не вспомнив о Норткоте, он скинул с себя фрак.

– Нам обоим будет приятнее, если я раздену вас, – отозвался он, продолжая смотреть на женщину. Та опустила ресницы, не кокетничая, а скрывая что-то от его проницательного взгляда. Он велел себе перестать пялиться на нее. Но не смог.