Воин северной пустыни (СИ) - Северский Стас "stasseverskiy" - Страница 6

– Он будет стараться убить нас. Будь наготове.

– Скингеры не нападают, когда им не угрожаешь прямо… И раненные – они не нападают, когда

нет прямой угрозы… Они стараются скрыться, сберечь силы, которые никогда не отдают врагу,

имея выбор… А этот зверь может уйти, держаться подальше от нас…

– Неужто ты не понял, что этого зверя разъедает зло?..

– Он зверь… Его зло коротко и просто, как и его память…

– Ангрифф помнит запах смерти… смерти врага… Он будет стараться убить нас…

Бйерн остановился, разворачиваясь… Но его излучатель наводку не взял, угнетенный

помехами… Клич зверя разнесся с ветром и зазвенел с бьющими мне в лицо ледяными

осколками… Ангрифф нападает… Нет, сложное оружие бессильно против него… Его излучение

11

сбивает все настройки… А навестись на него без автоматики… Его не видно – слишком темно… А

ментальный фон… Взять точную наводку в таких условиях – слишком сложно… Я подключил бич,

едва удерживаемый обмороженной рукой… Поднял глаза, но не увидел…

– Бйерн! Остановись! Вернись!

Он ушел против ветра… Но меня встречный ветер просто сшибает с ног… Вьюга оплетает

меня снежными вихрями, кружа голову… Но я не останавливаюсь, хоть Бйерн отходит все дальше

и дальше… Я не должен потерять его – выпустить из зоны ментального восприятия…

– Бйерн! Три метра! Не подпускай его ближе, чем на три метра! Иначе он сожжет тебя без

труда!

Бйерн не отзывается, отдаляясь… Я потерял сигнал – и его, и зверя… Я стою один среди

бушующих ветров и, как завороженный, смотрю в грохочущую тьму, объявшую замерзшую

вечным холодом пустыню… Я не найду его… Его занесет снегом, и я не найду его, как бы ни

искал…

Зверь… Он увел охотника, отдал его буре… забрал его себе… Зверь… Он сбил настройки

моего браслета… Я потерял ориентиры, координаты… Я не знаю, где я, куда мне идти… Зверь…

Он остановил время, сокрушив пространство…

– Ангрифф! Сразись со мной!

Я разрубил ветер искрящим бичом, но не услышал ничего, кроме воя ветра…

Запись №5

Я очнулся с тяжестью, навалившейся на мою грудь неподъемной тушей зверя… Он душит меня,

обрушившись на меня с неподвижностью мертвого, и я не могу подняться, смотря в его застывшие

открытые глаза… Я помню, что мы схватились, что я убил его… ценой жизни… Но я живой! Я

живой! А он и мертвый убивает меня! Он и мертвый смотрит мне в глаза, кормя вечно голодный

дух моей ненавистью! Моим страхом… моей болью… Утихающий ветер еще разносит метель, но я

не могу вдохнуть его холод… Душный жар давит мою грудь… И мой крик рвется из горла огнем…

зажигая глаза зверя злом…

Бесчувственные пальцы впились в косматую шкуру, но звериные когти врезались в наст,

пригвоздили к нему мои спутанные волосы… Бич вырубился, он не в порядке и нуждается в

перезагрузке… А клинок… Клинок блеснул окровавленным клыком – зверь отпрянул от меня, и я

рванулся от него…

Я замер, стараясь подавить озноб… Ближний бой… с этим зверем… Что ж, пусть ближний бой,

я готов…

Сгибаясь в спине, крадусь к нему – следя за ним обоими глазами, обхожу его, огибая кругом…

Зовя его, кричу надсадно…

– Ангрифф! Мы старались убить друг друга! Но мы оба живы, спасенные друг другом! И не зря

огонь нашей ненависти не позволил вечному холоду забрать нас обоих! Мы сразимся еще раз! И

смерть заберет одного! Один будет сожжен огнем и погребен холодом! Один, Ангрифф! Только

кровь – мост между льдом и пламенем, Ангрифф!

Зверь молча обходил меня, смотрел на меня пристально, как я на него… Но он вскинул голову

на мой крик и посмотрел мне прямо в глаза – он потерял свое время, сведя взгляд с моих рук… Я

решил напасть со спины и коротким рывком кинулся в сторону… Обошел его сбоку, собираясь

обрушить на него все свои силы, сбить его с ног и всадить свой клинок в его горло… Но он

сообразил, что я заставляю его терять время, забираю его время, отводя от угрозы его глаза и

мысли… Он оборотил ко мне гордую голову, требуя взглядом благородного духа белого безмолвия

открытого боя… И я склонил голову, соглашаясь… Нас окружает метель, отсекая нашу вражду от

пространства, от времени, заключая в клетку бессрочной бесконечности…

– Олаф!

Я вырвался из клетки измененного для боя пространства – измененного сознания… И зверь

исчез, скрытый белой мглой, из которой явился Грелл, гонящий разрядником звенящих когтями

скингеров…

12

– Олаф!

Грелл притормозил платформу, подключая тягу и осадил зверюг…

– Олаф… Ты жив… Черт…

Он спрыгнул возле меня, сдирая с лица маску, хватая меня за плечи…

– Жив… Олаф, а я ведь тебя сначала за зверя принял – издали… из-за шкуры…

– Ты видел его?

– Кого, Олаф?

– Ангриффа?

– Нет… Ты потерял упряжку?..

Я кивнул. Грелл, посуровев, всмотрелся мне в лицо…

– А где?..

– Он мертв. И упряжки мы потеряли.

Грелл, мрачнея, надел маску, скрывая лицо…

– Я знал, что этот шторм… Такую бурю и опытному охотнику преодолеть непросто…

– С бурей пришел Зверь… Он забрал охотника… увел в буран… в белую пустоту…

– Ты сказал – “зверь”?.. Ты сказал – “увел”?..

– Увел, Грелл…

– Тоска уводит людей в снежную пустыню… Это призрачное мерцанье чарует людей,

опустошенных вечным холодом… Их манит сияющий далеким маяком Хантэрхайм… Звезды, снег

– все, но не зверь… всех, но не его – не этого охотника… Что здесь произошло, Олаф?..

– После, Грелл… Надо уходить… Скорее! Дай мне бич! Я буду править!

Грелл с неохотой отдал мне бич, смотря на меня с неясным недоверием…

– Ты будешь вынужден держать ответ, если не объяснишь добровольно.

– Не сейчас! Вперед! Скрывающая нас метель стихает! Скоро будут подняты в воздух

разведчики, высланные искать меня! Скоро за мной придут бойцы северных армий! Скоро явятся

по мою душу “черные вороны” – охранники системы!

– Да что здесь случилось, Олаф?!

Бич прорезал свистом присмиревший воздух и затрещал разрядами…

– Я убил офицера “золотых драконов”, нужного системе. Но не принял скупой дар системы.

Мне не нужно такой пощады. Я дал отказ, я не намерен служить цепным псом этой бесконечной

войне. Теперь меня не будут считать обычным изгоем вне закона. Меня будут искать не так, как

прежде. И карать, когда найдут, будут не так…

Грелл повернулся к встречному ветру, перевел с меня напряженный взгляд, смотря на

простертую перед нами плоскость, сломанную лишь далекими скалами… Но я вижу, как сильно

сжимает он руку на поручне с разгорающейся панелью управления…

– И не думай ссадить меня, Грелл…

– Ты выдашь системе нас всех, Олаф…

– Мы уйдем с этой базы и скроемся.

– Подходящую базу найти не так просто. А завтра мы должны будем забить упряжных зверей…

– Что за глупость ты придумал, Грелл?!

– Не я… Мы все решили так – скингеры стали слишком тяжелы в управлении.

– Решили без меня?! Стоило мне уехать, как вы!..

– С тобой или без тебя, Олаф, мы с упряжками не справляемся.

– Их придется распустить. Но не сейчас… Без них нам подходящей базы точно не найти…

– Распустить?..

– Да, Грелл. Теперь мы не сможем хранить столько мороженых туш. Нам придется уходить от

погони – постоянно…

– Олаф, я не могу доставить тебя на нашу базу, когда “черные вороны” системы следят за тобой.

Я дам тебе снаряжение и сухой паек на месяц, и ты сойдешь – здесь и сейчас.

– А что ты будешь делать, Грелл, потеряв охотников? Они ушли, и могут не вернуться, как

Сигурд… как Бйерн… Ты останешься один… Ты один не сможешь бить дикого зверя…

– Обо мне не думай, Олаф. Я и защиту охотников Хантэрхайма добуду, когда надо будет.

13

– Теперь одному охотнику против скингеров не поможет и такая защита… А “вороны” системы