Цикл «Историк». Рассказ V. Кошмары создателя (СИ) - Северский Стас "stasseverskiy" - Страница 5

схемы памяти подойдут.

– Я не могу сделать этого.

– Не можете? Но этот человек призван сражаться на севере. Другого ему не дано. При других

обстоятельствах этот человек будет опасен. Оказавшись не на своем месте, он совершит

преступление.

– Постарайтесь сделать его честным человеком и не дать ему стать преступником.

– Вэймин! Я не беру в разработку этого бойца! Я не приговорю этого бойца быть рабочим!

Вэймин вышел на монитор, не скрывая от меня и моих подчиненных глаз, чернеющих

пропастями… Я впервые вижу его отчаяние, но оно не радует меня – оно касается и меня…

– Поздно – он приговорен.

– Стаг утвердит перестройку этих данных так же, как утвердил эти данные.

– Поздно проводить перестановки. Этого строителя требуют срочно – он нужен для

восстановления разрушенного укрепления. Мне не хватит времени переписать его коды.

Я еще крепче прижал руку к разрывающейся на куски голове…

– Нужно требовать время у Стага. Иного выбора нет. Вы же не собираетесь обречь на страдания

вашего человека.

– Нет, не собираюсь. Вы правы, выяснять придется со Стагом. Но это ничего не даст.

– Попробуйте. Конец связи.

Вэймин оборвал связь, оставляя нас в ожидании, но долго ждать не пришлось. Лей подключил

меня к линии Стага…

– Грабен, офицер переходит к вам.

– Этим офицером должен заниматься полковник Вэймин, командир.

10

– У него нет времени. Займетесь вы.

– Я не имею права писать коды низшей памяти.

– Оно вам и не потребуется! Тело этого офицера составлено и подготовлено к внесению высшей

памяти! И вы сделаете из этого воина – рабочего! На уровне психики!

– Я не имею права, командир.

– Я дам вам право на все, Грабен, когда это потребуется для исправления положения! Сейчас я

передам вам полномочия на нарушение правил!

Я отнял руку от расколовшейся головы, не представляя, как собрать все эти осколки…

– Это невозможно, командир.

– Вы сделаете это! Вы скорректируете его агрессию! Сделаете это сейчас же!

– Его низшая память возьмет верх над всеми внесенными мной поправками.

– У нас нет времени на выяснения! Исправление поручено вам!

– Его сдержит только страх, калечащий его психику.

– Вам не составит труда запугать и черта! Вносите коды, которые сочтете нужными! Вы

получите мое подтверждение на все, что сделает этого офицера пригодным к службе в требуемом

подразделении системы! Работайте, Грабен! Справитесь – я награжу вас достойно! А не справитесь

– окажетесь на свалке вместе с вашими “собаками”!

Я еще не собрал осколки мыслей, а Лей уже прочел приказ, проявившийся на мониторе

приговором… Его, обычно сощуренные в щелки, глаза расширились, а серьезное лицо стало

строгим…

– Как мы это сделаем, полковник?

– Не знаю, Лей… Еще не знаю…

– Дадим ему высокие принципы и твердые устои?

Я опустил глаза к оскаленным вечным злом роботам, затаившимся под моим столом…

– Нет, Лей… На мораль нам не хватит времени… Мы просто запугаем его.

– Но тогда мы покалечим этого офицера…

– Нет… Мы сделаем его пригодным к службе…

– Но мы обречем его на страдания, полковник…

– Он не станет счастливым, но сможет служить системе. Иначе его спишут. Иначе нас всех

спишут.

Лей свел густые брови черной прямой, собираясь ответить, но осекся, когда Хэварт окинул его

презрительным взглядом…

– Это приказ. Этим все сказано, Лей. Или вы собираетесь оспорить приказ полковника? Или не

подчиниться Сигертру Стагу?

Хэварт, не долго думая, вывел на экраны коды общего обучения. Обычно эти данные мы

передаем по одной стандартной для всех схеме, но теперь их придется поправить. Хэварт

подкорректирует курс обучения: часть данных исключит или ослабит, часть – уточнит или усилит.

Тогда этот офицер не узнает того, что войдет в противоречие с его личностными установками,

заданными мной. Он не узнает этого до времени, но времени этого хватит для укрепления его

личности – моей программы. Нетронутым мы оставим только курс специализированного обучения.

– Лей, что вы стоите?! Садитесь к компьютеру! Хэварт, подключите к делу лейтенанта

Лисицына! У нас мало времени! Шлак, иди ко мне! Помогай и ты, “щенок”!

Шлак выполз из-под стола и загрохотал, забираясь на стол…

– А что я могу, Грабен?

– Мой “спутник” занят – ты за него.

– Я не предусмотрен.

– Не перечь. Просто, делай все, что я скажу.

Шлак осмотрелся и мотнул гремящей головой…

– Не нравятся мне твои распоряжения, Грабен. Не нравится мне то, что ты собираешься сделать.

– У меня нет выбора.

11

Шлак понурился, клацнув зубами, но снова поднял голову, посмотрев на меня тоскливыми

глазами…

– Да, отправляться на свалку совсем не хочется. Но и такой приказ исполнять – совсем не

хочется.

– Дело не только в свалке, Шлак. Это нужно сделать.

Шлак раскинул тугими мыслями и кивнул головой.

– Да, нужно. Только не делай этого тогда, когда это не будет нужно, когда не будет отдано такого

приказа. Сейчас твой соратник, которого ты считаешь соперником, провинился, и командир

обратился к тебе. Стаг дал тебе свободу, когда у него нет времени для тщательных проверок и когда

техника не отрегулирована. Не злоупотребляй этой ситуацией.

– Я не сделаю ни шагу в сторону, ни одной поправки сверх необходимого. Хватит глупостей,

“щенок”!

Один я не смогу к сроку прописать всю программу со всеми дополнениями и расширениями.

Обычно я задаю исходные параметры и проверяю выходные данные. И сейчас я пропишу только

основные направляющие. Остальное сделают мои офицеры и техника. Я впервые снисходительнее

взглянул на Хэварта, с холодной готовностью исполняющего и такие задачи… А Лея, скрепя

сердце следующего моим указаниям, я думаю заменить Ганнарром – не столь приверженным

морали офицером с воистину волчьим нравом…

Запись №3

Еще одна проверка данных… Подтверждение Стага, отправление данных на завод… Теперь, по

приказу генерала, я должен лично явиться в блок активации. Присутствуя при подключении

офицера, я обязан провести еще одну проверку.

Лей, обычно сопровождающий меня, остался на рабочем месте – со мной отправился Хэварт.

Его холодные глаза сияют гордостью – он почувствовал, что у меня в фаворе, но чувства

обманчивы, что я ему и разъясню в скором времени. Мне не нравится этот человек, несмотря на то,

что сегодня он оказался для меня незаменимым.

Нас встретил капитан S4, и я, пользуясь случаем, оставил Хэварта с ним – разбираться с

данными. Но Хэварт не понял, что я отстраняю его, а рьяно взялся за дело. Что ж, пусть проверяет

данные, которые проверили и мы, и “защитники” нашего контроля, и заводская техника, и офицеры

их контроля… Я проследовал за рабочим рядовым N1 к закрытой еще платформе… И встал спиной

к солдату, косящемуся на Шлака, подмигивающего ему глазом с треснутой линзой и скрипучим

веком…

– Загрузка.

– Так точно.

– Готовность.

– Так точно…

Солдат отвлекается, не сводя глаз с моего “щенка”, и делает все очень медленно, мало внимания

уделяя технике, к которой приставлен, в итоге – для вида, но которая без его участия, в общем,

бесправна… Я повернулся к нему, сверкнув на него примеренным перед зеркалом взглядом.

Должное действие этот взгляд на него оказал, но получил я реакцию, обратную ожидаемой, –

солдат стал торопиться еще более бестолково, чем тормозил…

– Активация.

– Так точно…

– Установка сорок градусов.

– Сделано, полковник…

Я подошел ближе, следя за показателями активированного офицера и отодвигая Шлака,

рвущегося смотреть…

– Отключение затемнителя. Отключение внешнего поля.