Цикл «Пограничник». Рассказ I. Пройти по последней грани (СИ) - Северский Стас "stasseverskiy" - Страница 3

– Я могу его только застрелить. Остановить его можешь только ты.

– Могу! Но не сейчас!

– Я стреляю.

“Защитник” активировал оружие и взял наводку… Черт!

– Не стрелять! Огонь только по приказу! Убить его я и без тебя могу хоть сейчас! Не стреляй!

– Тогда останови его, S9. Он подошел слишком близко к границе.

Остановить зверюгу не выходит никак. Грубыми болевыми командами от зверя удалось

добиться только резких торможений, крутых разворотов и лихих рывков… Следом за нарастающей

злобой поднимается зверская сила… А за растущей мощью бросков этой твари растет и их

скорость… Это черное подземное чудище огромно и тяжело, как обломок горы… Зверь инертен…

Когда он разгонится, его так просто не остановить и не развернуть… Его заносит и теперь – все

больше и больше… И он все сильнее порывается к границам поля… Черт! Гладкая черная шкура

подгорает под искрящей удавкой. По холке зверя бегают дымные огоньки – уже прет паленой

шерстью. Но это только злит его, заставляя нападать на меня и на стабилизационное поле все

яростнее…

– D40, расширяй стабилизационное поле!

– Нам запрещено делать это без нужды.

– Расширь его! Или хоть передвинь! Мне зверя у границ больше не сдержать! Он прет прямо на

чужую территорию!

– Останови его.

– Нет времени! Он влетит в чужое пространство!

– Мы не должны тратить энергию на перемещение полей из-за зверя. Останови его или я его

застрелю, S9.

Черт! Когти со свистом рассекли воздух одновременно с моими клинками… Я отдернул руку от

холки зверя, всадив ему в плечо клинок под мощным током… Руггер рухнул как подкошенный –

его колени подогнулись… Но я успел выдернуть клинок, резко дернув удавку, – зверь чуть не

вышиб мне челюсть запрокинутой головой, но не перелетел через голову, сминая меня…

Удержался и я, хоть силой инерции нас порядком проволокло по земле… Кристаллы этой пустыни

должны бы были ободрать с нас кожу, но чужое пространство сглажено стабилизационным полем

перехода. Я собирался облегченно вздохнуть и упасть на холку поваленному чудищу, но… Руггер

поднялся, кинувшись к вратам пограничной базы с другой стороны…

Ради этого чудища я вспомнил брань, которую не смог вспомнить ради той кристальной

пустыни! Когти лязгнули о серые камни… Мы влетели на территорию пограничной базы,

проносясь по каменистому пустырю под слабым мглистым красным светом. Минуя посты

незримой техники и круша заграждения, пролетели пустырь, оказавшись у врат штабного корпуса.

Зверь бросился в сторону, но влетел грудью в невидимую преграду, ограждающую базу от

безвоздушного пространства и космического мрака… Он понял, что этот барьер для него

непреодолим и направился к вратам, не реагируя на мои жесткие болевые команды. Я, ругаясь

пуще прежнего, припал к холке чудища… Вижу только черноту его шкуры, слышу только свист

осколков разбитых блоков… Мне бы следовало сойти со зверюги и пристрелить эту глыбу тьмы, но

упрямство не дало. Я еще раз разрядил “шнур”. А зверь еще раз бросился на заграждение… Он

пошел на таран, снеся блок, и влетел в запертые врата.

Врата не поддались. Зверь остановился, встряхнув побитой головой. Мы смерили друг друга

враждебными взглядами, принужденно признавая очередную ничью. Я тронул корпус зверя

запыленным сапогом, прижав его шенкелем, – он послушно развернулся… Я стянул “шнур”

ободранной перчаткой, направляя зверя к переходу – он смирно зашагал по заданному мной

маршруту. Выговор… Меня ждет выговор. Надо постараться убраться отсюда тихо и незаметно. Не

намерен я под горячую руку командиру попасть после такого разгрома. Правда, подобие руки моего

командира – подобие камня, как и он сам… Эти каменные великаны холодны, как осколки скал

близ ледников Ивартэна…

Я остановил и развернул мое покоренное чудище. Пусть врата откроются передо мной… Тогда

я посмотрю в глаза каменному великану, а не он мне – в спину…

6

Командир возвысился надо мной, сравнимый по габаритам только с тяжелым “разрушителем”.

Я – всадник этого огромного зверя, но он все равно вздымается надо мной горой. Принимаю его

ключ и декодирую сигнал его, чуждого мне, ментального фона…

– Айнер, вы перешли границу и покинули пост.

Смотрю ему прямо в подобие глаз… Я вообще начал склоняться к мысли, что каменные

истуканы имеют больше общего с нашей техникой, чем с нами. Мой командир груб, как наши

разрушительные машины – только он грубо высечен из камня, а не собран из металлических

частей. Правда, похоже, что и он собран из каких-то частей – из осколков камней, скрепленных

каким-то полем и какой-то программой… Кристаллы у него в голове или что иное – не знаю, но он

не глупее, чем наши “защитники”.

– Так точно, командир. Пересек границу по причине сбоя программы подчиненного. Но пост не

оставил – “защитник” заступил в полночь по общему времени.

Формы каменные истуканы, подобно нашей технике, не носят… Их корпус – их форма. Их

отличительные знаки насечены прямо на корпусе. Только первый встреченный мной Страж

предстал передо мной облаченным в звериные шкуры. Другие ничего такого не носят. Но и без

шкур эти великаны здорово похожи на обращенных в камень троллей из наших древних северных

легенд. Суровые они. Но под натиском моей чисто человеческой наглости им не каждый раз

устоять удается. Вижу, не устоит командир и на этот раз…

– В сбое программы подчиненного повинны вы, Айнер.

– Так точно. Я дал сбой. Это цепные реакции, командир.

– Вы должны пресекать их.

– Они пресечены. Пусковым механизмом послужила кристальная пустыня. Цепная реакция

пресечена переходом границы.

– Мне известно, что в пустыне не произошло ничего, что способно запустить реакцию.

– Реакцию запустило именно то, что ничего не произошло, командир. Я боевой офицер,

созданный для сражений. И я сражаюсь – есть враг или его нет. Я сражаюсь, исполняя высший

долг. Исполнение конкретных приказов – долг нижней ступени.

Узкие красные глаза вперились в меня холодно и проницательно. Но я прав – моя правда. И

видна она ему только под правильным для меня углом. Обмануть можно всех и все – людей,

технику, каменных великанов… А главное – обмануть без лжи… молчанием с одной стороны и

убеждением – с другой. Опять по лезвию пройду – по грани…

– Вас не зря послали служить на границу, Айнер. Вы всегда находитесь на пограничном рубеже

и никогда не сходите с него, пересекая все границы. Пограничник, который не переходит границы,

где бы он ни был, – это нам и нужно. Возвращайтесь в пустыню по ту сторону. Продолжайте

наблюдение. К этому объекту обращены сейчас наши мысли.

– Там нет ни разума, ни его следов – ничего.

– Мы обнаружили следы действующего и прогрессивного разума в этой пустыне. Но не

обнаружили разума. Ищите его.

– Его нет, командир.

– Возможно его нет. Но возможно, что он скрыт от нас. Тогда он для нас опаснее других.

– Это только силовые поля, вспышки активности излучения.

– Вспышки активности закономерны, Айнер. И рельеф планеты подчинен определенному

порядку.

– Я учел, что разумные объекты могут быть невидимыми для меня, но не обнаружил никакого

излучения мыслей – ничего схожего с кодированным сигналом.

– Это может быть незнакомый нам код, неразличимый нами среди помех. Ищите систему во

всем, что дает вам сигналы.

– Так точно, командир. Только стабилизационное поле глушит сигналы…

– Будьте на границе поля.

– С границы четко, без искажений, до меня дойдет только часть лучей… только

высокочастотный сигнал.

7

– С границы вы не будете видимы и ваш ментальный сигнал не будет различим. Пересечение

границы – это риск быть обнаруженным.