Боец тишины (СИ) - Северский Стас "stasseverskiy" - Страница 6

беспредела всегда приходит или конец, или – жесткая диктатура. Они никогда ничего не понимают

– только хотят или не хотят… А главное, – всегда хотят хорошего и никогда не хотят терпеть

плохого, хоть плохого – всегда столько же, сколько хорошего. Когда хорошего мало, – мало и

плохого, но им не по душе, что хорошего – мало. А когда много хорошего и много плохого, – им не

по душе, что плохого – много. Из-за этого люди и кружат по страницам истории, обжигая, как

мотыльки, свои крылья об одни и те же огни и сгорая, как мотыльки, вдали от своей цели. Из-за

этого жизнями людей и распоряжаются – “волки”… “Волки” ведь видят то, что стоит у них в

глазах, а не – в голове… Мы видим войну, а не мир… видим всегда и везде… и воюем всегда и

везде.

Я остановился, когда расслышал знакомый шаг – широкий, решительный… и при этом –

приглушенный.

– Слава!

– Слава Отечеству, Игорь Иванович! А я вид теряю и от Снегирева скрываюсь.

Генерал выступил из мглы, и всмотрелся в мое лицо, лишенное возраста и отличительных черт,

хитро-прищуренным взглядом. Ничего другого от него и не ждал. Просто, разведчики нелегалы

вроде нас – народ насмешливый, как никто иной… Просто, знания подноготной людей и правды

жизни не позволяют разведчикам вроде нас жить, не насмехаясь надо всем, что остальные люди

считают серьезным… Мы ведь в такой кровавой грязи возимся, что только за счет жесткого веселья

выживаем и высокой цели из виду не теряем.

– Я Слава, на час – спешу… водителя у ворот оставил.

– Ясно.

Игорь Иванович закрыл окно, опустился на подоконник… поднялся, стряхнул палые листья,

принесенные ветром, и снова сел, серея лицом в тусклом лунном свете.

– Скверные у меня известья, Слава…

– Неужто хуже прежних, Игорь Иванович?

Я сел на подоконник подле генерала, прикрывшего глаза, покрасневшие после недолгого сна в

дороге, и прикурил. Он заезженным жестом отмахнулся от дыма, задумался на секунду, стряхнул с

седеющей головы тягостные думы, взял зажигалку, вынул сигарету и закурил… Видно, не судьба

ему бросить курить… как и мне.

– Сложная у нас ситуация. Перейду сразу к… Черт… Слава, ночью Варягова скончалась со всеми

своими людьми – с нашими сильнейшими специалистами-вирусологами. Захоронить их мы не

можем. Мы не знаем, как их захоронить. Мы еще не знаем, как уничтожить этот вирус, грозящий

утечкой при всех старых стандартных вариантах захоронения.

– Ясно. Их тела на объекте. Близко от Москвы… в области. Ясно. Транспортировать их сейчас

никак нельзя. Осталось только закрыть объект, оцепить территории – и все… и ждать…

– Мы закрыли объект. Пока это все, что мы предприняли. Иначе секретности не сохранить. А

риск осложнений – высок. И опасность распространения вируса – велика.

– Ясно. Я закончил. Хоть завтра в Лондон вылечу – и в Уганду.

11

– Операция отменяется… Англичане в срочном порядке покидают Уганду. Сегодня ночью

последние их специалисты полетят прочь от этой чумы – от последнего варианта этого похожего на

чуму вируса. А скоро – они покинут весь черный континент…

– Ясно. Оставят свой полигон на произвол своей заразы. Их специалисты не справились – вирус

совладал с их вакциной. Вы правы, Игорь Иванович, известие скверное. Особенно с учетом того,

что образец их убойной и бесконтрольной заразы на нашем объекте, вблизи Москвы… что наши

вирусологи бессильны бороться с ней своими средствами, а мы с вами бессильны бороться с ней

средствами врага… ведь у врага нет вакцины.

– Слава, ты скоро летишь… Но не в Британию – в Германию.

Я закурил еще сигарету, стараясь скрыть… стараясь скрыть все, – усталость, боль, боязнь за свою

участь и участь своей страны…

– Игорь Иванович, вирус на людях и в лаборатории еще не испытан…

– У нас выбора нет… У нас нет другого варианта. У нас одна дорога! И у тебя одна дорога – в

Германию!

– Нам про этот вирус-целитель почти ничего не известно!

– Мы знаем о нем все, что знают немцы!

– Немцы про него – почти ничего не знают! Они изучают его! Они знают, что они собирались

создать, но не знают, что – создали! И не узнают, пока не исследуют и не испытают! Нам еще рано

к их вирусологам… За их специалистами еще следить и следить…

– Слава, англичане в отчаянии… Они проводят испытания на подопытных людях на полигоне

черного континента, запуская экспериментальные инфекции, не проверенные в лабораториях. И их

специалисты не справляются с новыми, недавно запущенными, инфекциями. Их специалисты не в

силах управлять своими вирусами, не в состоянии уничтожить свои вирусы… они этого – не

исправят, но это их – не остановит. Слава, средства врага на исходе – его время подходит к концу. А

это значит, что…

– Значит, что над Сибирью и севером Китая зависла угроза распространения черт знает какой

заразы.

– Мы знаем, какой… Зарегистрированы случаи заражения еще неизученной формой энцефалита

со стопроцентным летальным исходом.

– Снова Япония… у них ведь этот вирус на вооружении.

– Скорей всего – Япония… скорей всего – новая версия их старого вируса… но точно неизвестно.

Зоны заражения невелики. Очаги найдены, изолированы и ликвидированы, но – не все.

Распространение инфекции не остановлено, несмотря на все наши старания. А в скором времени

мы столкнемся с угрозой – серьезнее энцефалита. Нас ждет не просто вирусная атака, а атака

вируса, неконтролируемого врагом… неконтролируемого никем… вируса, с которым никто не

совладает и не справится. Думаю, ты догадываешься, каким оружием враг готовятся нанести нам

решающий удар…

– Я знаю, что они замыслили вирусы свиного, птичьего и человеческого гриппа в свинье

скрестить. Решили вывести воистину величайшую военную заразу на свете. Их мысли давно все

вокруг да около свиней вертелись. Они, просто, замкнулись на этой задаче – серьезно этим

занимались. Но мне неизвестно, что у них в итоге вышло.

– У них вышла “величайшая военная зараза на свете”. И мы знаем об этом. Они готовы обрушить

ее на наши головы… на нас – беззащитных и безоружных. И мы знаем, что этого вражеского удара

нам – не выдержать. А это значит…

– Значит, что скрытой войне придет конец, что мы перейдем к открытой агрессии… вооружаясь

всем подряд, атакуя врага всем, что под руку попадет…

– Север, юг, запад, восток… земля, воздух, вода… техника, химикаты, жесткие излучения… Это

все, что будет… больше ничего. Кто выживет, тот и выживет…если кто-то вообще – выживет. Мы

должны заполучить этот вирус, Слава, – это оружие, эту защиту!

– Мы знаем, что вирус-целитель уничтожает все другие вирусы. Но еще неизвестно – может он

уничтожить человека или нет, неизвестно – может человек уничтожить его или нет.

– Иначе мы с вражеским вирусологическим оружием бороться не можем!

12

– Верно, человеку с вирусами совладать трудно… Они не такие сложные, как бактерии, которые

возможно уничтожить, воздействуя и на те, и на иные звенья ДНК, – они так просты, что

уничтожить их сложно… почти невозможно.

– Слава, ты проведешь эту операцию – скоро. И начнешь подготовку к этой операции – сейчас.

– Понял…

– Утром ты перейдешь на четвертую площадку и пройдешь по первому маршруту.

– Площадку не достроили еще…

– Ночью бригада на объект прибудет.

– Я со Снегиревым останусь?

– На ночь на квартиру поедешь.

– А после?

– Со Снегиревым.

– Он знает много.

– Ничего. Я с ним скоро… я с ним сейчас… Слава, слушай… Нам надо…

Игорь Иванович положил руки на виски, прижал пальцы к векам…

– Что нам надо, Игорь Иванович?..

– Сейчас… Я не спал…Старею я, Слава…

– Да и я сдавать стал…

– Сосредоточусь сейчас и скажу…