Эртан. Дилогия (СИ) - Середа Светлана Викторовна - Страница 110

Когда– то я была готова отдать весь мир, чтобы мужчина посмотрел на меня таким взглядом. Теперь бы отдала целый мир –и еще немножко в придачу – чтобы он никогда не смотрел на меня

так

. Только пусть будет жив.

А взгляд меж тем продолжает плавиться и менять цвет: в них уже не лед, а два осколка неба, пронзительно-синего вечернего августовского неба. "Ты нужна мне", – говорит взгляд. Я знаю. Я пришла. И снова хочется позабыть про все и раствориться в этом ультрамариновом небе…

Поздно.

- Ael as'far in'khash tha, dan'nahel? – горько спрашиваю я у своего синеглазого барда.

Взгляд уже начинает подергиваться пеплом, но стынущие губы успевают выдохнуть:

- Ael'ta… elmah.

Кто ты, полуэльф? Кем ты стал для меня за неполные два месяца? Любимым? Другом? Братом? Я же визуал, типичный визуал, но почему-то ты для меня навсегда сохранишься в ощущениях: робкое прикосновение губ, на которое с предательской покорностью откликается мое тело, ускользающий запах вереска и тугое сопротивление плоти, в которую входит узкий серебряный стилет…

- Я не знал, что ты говоришь на древнеэльфийском, – заметил Джанис, бесшумной тенью вырастая рядом.

"Я тоже не знала, – безразлично подумала я. – Разве это важно теперь?"

Вампир опустился на корточки, провел пальцами по рукояти стилета, все еще торчавшего из груди Вереска. Сказал с непонятной горечью:

- Ты победил, полукровка.

Я даже не стала вдумываться в смысл этих слов. Мне было все равно.

Женька положил руку мне на плечо.

- Не вини себя. Ты все сделала правильно. Он знал, что так будет.

"Зачем ты звал меня, менестрель?" – "Чтобы… умереть."

Сволочь. Синеглазая эльфийская сволочь. Холодный, расчетливый, эгоистичный полукровка. Если ты все знал заранее – зачем пошел в Долину? Зачем бросился на оборотня? Чтобы

спасти

меня – или чтобы принять смерть из

моих

рук?

Я выдернула из раны стилет, вложила в ножны, не заботясь о том, чтобы вытереть кровь. Схватившись за Женькину руку, с усилием вытолкнула себя вверх. В глазах потемнело – то ли от резкого движения, то ли от сдерживаемой ярости.

Ну же, будь мужчиной, менестрель! Ты звал меня – я пришла.

Ты обещал вернуться. И только попробуй не сдержать обещание!

Глава 15

- Черт, ну где же они? – вполголоса пробормотал Игорь, поглядывая на часы. – Тридцать четыре минуты.

Сейчас он впервые со времени учебы в Академии пожалел, что бросил курить: было бы чем занять руки.

Что могло их задержать? Заблудились? При наличии карты – маловероятно. Даже если один проход оказался закрыт – должны быть альтернативные пути, маршрут тщательно выверялся. Убиты? Ранены? Вряд ли охрана будет стрелять в ценную заложницу. Хотя… в такой суматохе все возможно… Нет. Он отогнал эту мысль. Куда более вероятно, что побег не удался, и Ваську с Михаилом перехватили в самом начале. Это скверно, ох, как скверно – второго шанса не будет. Но лучше уж так, чем…

Внезапно со стороны поворота раздался едва различимый звук. Игорь замер, прислушиваясь. Звук повторился совершенно отчетливо: скрежет металла о металл. Идут!

Он с трудом подавил первый импульс – бежать к повороту, помочь беглецам вылезти. Это лишнее. Крышка люка открывается легко – в этом он сам неоднократно убедился, гораздо важнее быть наготове, чтобы без промедления сорваться с места. Он плавно повернул ключ зажигания. Мотор, еще не успевший остыть, послушно заурчал.

Из– за поворота выскочили две человеческие фигуры. Василиса бежала впереди –хорошо бежала, быстро, технично – как на соревнованиях. В другое время он бы залюбовался. Мужчина с трудом поспевал за ней – он двигался тяжело, покачиваясь, словно был изрядно навеселе. Что за черт?! Беглецы приближались, и Игорь с возрастающей тревогой рассматривал Васькиного спутника: незнакомый парень, возраст определить трудно – ему могло быть и двадцать пять, и тридцать пять, одет во что-то странное – не то больничную пижаму, не то тюремную робу, босой. И абсолютно лысый. Кто это?!! И где Михаил?

- Где Михаил? – резко спросил он, когда беглецы, задыхаясь от быстрого бега, с двух сторон плюхнулись на заднее сиденье. Вместе с ними в салон ворвался тухлый душок канализации.

- Поехали, дядь Игорь, скорее! – выдохнула Василиса. – По дороге расскажу. Догонят ведь!

- Пристегнитесь, – сквозь зубы бросил Игорь, вдавливая педаль газа.

Взвизгнули, прокручиваясь по мягкой земле, шины. Машина сорвалась с места и полетела вперед, подпрыгивая на колдобинах сельской дороги.

- Рассказывай, – велел Игорь. – Где Михаил?

- Его застрелили.

- Точно? Или только ранили?

- Ой, ну я не знаю, дядь Игорь, – воскликнула девочка с ноткой истерики в голосе. – В него выстрелили, он упал. Я хотела остаться посмотреть, но он мне не дал.

- Кто – он?

- Ну он.

Игорь догадался, что Васька кивнула в сторону своего спутника. Поправив зеркало так, чтобы видеть обоих пассажиров, он окинул парня внимательным взглядом. Незнакомец был бледен той абсолютной, неестественной бледностью, которая встречается у людей, годами не видевших солнца. Гладкая выбритая голова казалась присыпанной снегом. Взгляд парня бесцельно блуждал по салону, ни на чем не задерживаясь, а сам он сидел, вжавшись в кресло и обхватив себя руками. Его заметно трясло.

Игорь запоздало сообразил, что беглецы, должно быть, изрядно вымокли за время своего путешествия по катакомбам канализации.

- Как тебя зовут?

Парень перевел остекленевший взгляд на Игоря и вроде бы понял, что обращаются к нему, но не ответил.

- Он все время молчит, – пожаловалась Василиса. – Может, немой?

- На багажной полке два пакета с одеждой. Сможете на ходу переодеться?

Мужчина не отреагировал. Василиса достала два пластиковых пакета, заглянула в тот, что поменьше, отложила в сторону. Из другого нервными, дергаными движениями вытряхнула комплект мужской одежды: джинсы, свитер, кожаная куртка, носки, ботинки армейского образца.

- Вам помочь?

Парень помотал головой. Отстегнул ремень безопасности и принялся неуклюже стаскивать с себя пижамные штаны. Василиса деликатно отвернулась к окну.

- Дядь Игорь, у меня только ботинки промокли, остальное сухое. Можно я просто переобуюсь?

- Можно. И рассказывай по порядку, – приказал Игорь.

- Ну, сначала все шло нормально, – торопливо, захлебываясь словами, затараторила девчонка, одновременно расшнуровывая ботинки. – Михаил открыл дверь, спросил, сохранилась ли у меня карта, которую он передавал. Второго охранника не было, я не стала спрашивать, что с ним случилось. Мы побежали. Вернее, сначала просто пошли. В какой-то момент послышался шум – Михаил сказал, что наше исчезновение заметили, – и тогда мы побежали. А потом в каком-то коридоре увидели его, – Василиса махнула рукой, старательно не глядя в сторону соседа, хотя тот уже успел натянуть джинсы и теперь пытался справиться со свитером. – Он… ну, его тошнило, в общем. Мы сначала пробежали мимо – он нас даже и не заметил, кажется, – а потом Михаил внезапно остановился, велел мне ждать и вернулся назад. Сказал: "Тебе надо бежать отсюда". Парень кивнул. Михаил схватил его за руку и потащил с нами. Я еще спросила: "А он нам зачем?" – а Михаил ответил, что это не моего ума дело и чтобы я шевелила ногами. Потом нас увидели охранники, и один из них крикнул: "В девчонку не стрелять, шеф нас убьет!" А еще кто-то сказал, что, мол, стреляйте в Старосельцева, без него им – ну, в смысле, нам – не уйти. Они начали стрелять и попали в Михаила. Я уже говорила: я хотела остаться и посмотреть, что случилось, но он, – снова кивок в сторону соседа, – схватил меня за руку и потянул вперед. А нас уже догоняли, поэтому я не стала спорить. Мы добежали до подвала, дверь была открыта, как Михаил и говорил, спустились в канализацию. Я слышала, что охранники бегут за нами, но в какой-то момент они отстали – наверное, свернули не туда. Там такой лабиринт ужасный! Я немножко заблудилась, а он отобрал у меня карту и дальше сам пошел впереди. Ну, вот и все, так мы и выбрались.