Обреченные на жизнь (СИ) - Ханнанов Рустам - Страница 15

Совет был создан сразу после того, как выжившие стали жить в больнице. Майор Галеев и стал инициатором создания хоть какой-то власти. Несмотря на то, что военных на момент создания Совета на территории больницы было только трое (кроме самого майора здесь оказались двое рядовых - срочников, находившихся в отпусках), его первым избрали в Совет. Туда же вошел лейтенант Харисов – от милиции. Гражданскую власть представляли Кречетов – врач и Шамеев – он работал инженером в гортопе. Всем людям нашли применение. Мужчин распределили между милицией и группой военных. Женщины, старики и дети ухаживали за больными, влившись в ряды медперсонала, занимались уборкой территории, обслуживали котельную, работали на кухне и в прачечной.

- Интересно, а чего это ваши с вояками не сольются? – вроде все силовики, а две фракции.  – задумчиво спросил Ринат брата. После совещания они сидели на перилах возле входа и курили.

- Тут военные что-то вроде спецназа. Их всего-то пять человек. Плюс майор. Если бы не они, тут давно бы все медным тазом накрылось. Наши-то что? Ну, умеют оружие держать, ну, стрелять умеют и что? Военные практически в одиночку справлялись с бандитами и сдерживали их пыл, когда те уж слишком расходились. Наши на постах наблюдения только, да за порядок отвечают. Пойдем Лилию навестим.

Типичная палата: светло-зеленые стены, белоснежный потолок, потертый линолеум на полу. В палате кроме Лилии никого не было. Она лежала на койке, уставив невидящий взгляд на потолок.

- Ты как, Лилек? – спросил Ринат, присаживаясь на край постели. Она не отвечала. Даже взгляд не поменялся. Немигающими глазами она продолжала смотреть в потолок. Ринат сжал ее руку и встал, уступая место Алексею, который вошел следом за ними. Остальные расселись по пустующим койкам.

- Их нет. – вздохнула Лилия, не сводя взгляда с потолка.

- Мы не виноваты в этом, милая. Что мы могли сделать? – как можно нежнее ответил Алексей.

- Ты не понимаешь. Мы – есть, а их нет. Мы живы, а они… - слеза скатилась по ее щеке и пропала в беспорядочно лежащих на подушке волосах.

- Но мы должны жить. Понимаешь? Жить. Ради них, ради их памяти. Ради…

- Уйдите, пожалуйста. Я все понимаю. Мне просто нужно время. Пожалуйста, ребята, – она, наконец отвела взгляд от потолка и оглядела всех. Рината испугал этот взгляд. Столько тоски и боли в одном взгляде он никогда не видел. Марат встал первым и предложил всем выйти из палаты, где остался только Алексей. Пустота вновь окутала Рината. Он сидел на улице, и не ощущал вкуса сигарет, холодного ветра и снега.

- Парень, простудишься. Зайди внутрь. – перед ним стоял майор Галеев в белом маскхалате с автоматом за спиной. Следом за ним из железных дверей вышли еще трое бойцов в таком же обмундировании. Они расчехляли лыжи и проверяли снаряжение.

- Вы куда? – спросил Ринат, обнаружив, что пока он сидел, сигарета сотлела до самого фильтра.

- Военная тайна. – ответил Галеев и загадочно подмигнул. – А ты давай дуй внутрь. Молодым у нас не положено болеть. Все ясно?

- Да. Ясно. – только сейчас он осознал, что замерз и быстрым шагом зашел в помещение.

С момента ухода Галеева прошло уже почти двое суток. Ни вестей о них, ни их самих не было. Люди начали волноваться. Температура за окном в эти дни опустилась до минус 25 градусов и без нужды на улицу никто не выходил. На третий вечер после того, как группа Галеева покинула больницу Ринату, Диме и еще двум солдатам из отряда Самсонова выпала очередь дежурить на южной окраине города. Местом для дежурства было здание заправочной станции, которое стояло на выезде из города. Место было удобным – сразу за зданием начиналось поле, которое отлично просматривалось.

- Пойдем, сменим ребят. Они уже два часа на морозе сидят. – сказал Ринат, поднимаясь со скамейки. Дима подкинул еще пару поленьев в буржуйку и нехотя поднялся. За окном шел снег. Ветра не было, и белые хлопья падали практически отвесно.

- До сих пор привыкнуть не могу. Я же в этом году и не купался практически. Когда теперь это будет? – сказал Дима, задумчиво глядя на падающий снег.

- Сигарету затуши. Или отойди от окна. Ты чего нас выдать хочешь? – оставил без внимания его вопрос Ринат и начал оглядывать окрестности в прибор ночного видения. – И откуда они ПНВ достали?

- И не один, заметь. – раздался голос Димы откуда-то с лестницы, которая вела из деревянной будки, в которой они сидели, вниз. Эту будку поставили уже после начала зимы специально для дозорных на крыше станции. Единственным минусом в ней было то, что в отличие от самого здания, она не отапливалась ничем, хотя была изнутри обита пенопластом и поролоном. Снаружи для защиты наблюдателя от пуль, да и просто, чтобы будку не сдуло ураганами, которые уже стали в порядке вещей, прикрепили стальные листы.

- Знаешь, Ринат, а не боятся наши, что как-нибудь мы тут все на воздух взлетим из-за печки этой? Ведь на топливе сидим! – после некоторой паузы сказал Дима, оглядываясь в поисках места, куда можно бросить окурок сигареты.

- Да уж… Дим, иди сюда. Смотри! Это мне кажется или что? – теперь они оба разглядели движение на другом конце поля у опушки леса.

- Может животное? – с надеждой спросил Ринат.

- Рисковать не будем. Пойду будить ребят.

Они уже полчаса наблюдали за тем, как что-то медленно двигалось к ним. Разглядеть очертания из-за густого снега было невозможно. Один из солдат внимательно следил за движением неизвестного тела из будки в ПНВ, остальные наготове сидели у выходов. Когда до наблюдательного пункта осталось около двух сотен метров, он сказал:

- Человек, судя по всему. Ползет.

- Мы с Димой вниз. Встретим его. Вы держите его на мушке. – шепотом сказал Ринат и тихо вышел в боковую дверь. Дима так же тихо вышел вслед за ним и пригнулся. Позади раздались сухие щелчки передергиваемых затворов. Несмотря на то, что большая часть помещений заправочной станции не отапливались, на улице все равно было холоднее. Стараясь не шуметь, они направились к точке, где по их предположению должен был находиться неизвестный. Они едва не прошли мимо. Только стон привлек их внимание. Дима тут же взял на мушку источник стона. Ринат осторожно подошел ближе и увидел лежащее на спине тело. Он с трудом перевернул его и отшатнулся. Перед ним лежал один из бойцов, который ушел вместе с майором. Тот открыл глаза, попытался что-то сказать, но сил на это не хватило. Белый маскхалат в нескольких местах был покрыт бурыми пятнами, похожими на кровь.

- Дима, это наш! Помоги. – Дима, неуклюже перебирая ногами в самодельных снегоступах, подбежал к ним. Вдвоем они втащили его в здание дозорного пункта.

- Санек, - крикнул Ринат, обращаясь к одному из солдат, который стоял на лестнице и удивленно наблюдал за происходящим. – Сообщи на базу. Срочно!

- Кто это? Из галеевских? – спросил он, продолжая смотреть, как  Дима с Ринатом пытаются втащить тело в подвал.

- Да! Быстрее! – снова крикнул Ринат. Санек скрылся в дверях, через мгновение оттуда послышалось шипение рации.

- Там… На опушке... Еще… - прошептал разведчик, когда ребята с помощью ножа срезали с него намокшую от снега и крови одежду.

- Что? – не понял его Ринат.

- Там… Егоров… На опушке…

- Понял. Дима, ты продолжай. Вот спирт. Разотрешь его. Я с Санькой туда. – Ринат подскочил и, застегиваясь на ходу, бросился наверх.

Широкие лыжи без труда скользили по снежной целине. Они едва не наехали на Егорова, спасло его только то, что он сумел поднять руку и остановить Рината и Саню в полуметре от себя. Положив его на импровизированные салазки, они как можно быстрее пошли назад.

Перевязанный и прикрытый бушлатом, первый разведчик лежал на спине у печки, и, казалось, спал. А может быть, был без сознания. Второй был ранен куда серьезнее. Пуля прошла через живот. С того самого момента, как они его принесли, он не приходил в сознание. Через какое-то время пришли люди с базы. Они осторожно уложили раненых на сани, прицепленные к старенькому «Бурану», и уехали.