Обреченные на жизнь (СИ) - Ханнанов Рустам - Страница 19

- Ринат… Как же… - он с трудом глотнул. – Как же башка болит.

Где-то в лесу послышалась автоматная очередь. Дима перевернулся и сумел встать на колени. Затем, схватившись за мешки, поднялся на ноги. Ринат в это время уже не в силах бороться с болью, опрокинулся на бок, но на этот раз он не потерял сознания. Дима несколько раз покачнулся, но ухватился за мешки и устоял. Он взглядом что-то искал вокруг. Наконец, он присел у одного тела и с трудом вытащил из-под него свой дробовик.

-Сейчас, сейчас, дружище. – прошептал он. – Сейчас. Не спи только. Хорошо? Я сейчас.

Вместо ответа Ринат издал только хрип, горло пересохло, ему жутко хотелось пить.

- Эй! – крикнул Дима, но крик сорвался, поэтому он еще раз набрал воздуха и снова крикнул: - Кто-нибудь! Эй!

В ответ послышались только стоны. Ринат увидел, как из-за гаражей выбежали несколько женщин с носилками. Они положили одного раненого на носилки и так же бегом скрылись, крикнув напоследок:

- Сейчас, ребятки, потерпите чуть-чуть.

Спустя минуту, к ним прибежала Лилия. Она тут же кинулась к лежащему Ринату. Вся ее одежда было в крови. По счастью чужой.

- Идти сам можешь? – не оборачиваясь, спросила она у Димы.

- Ага.- хрипло произнес он.  – Значит, выдержали? – по его лицу скользнула злорадная ухмылка.

- Выдержали, выдержали. Брось ты уже свою пушку. Иди к главному входу, там осмотрят.

Дима покачиваясь, побрел за угол, но дробовик из рук так и не выпустил. Лилия, громко охнув, приподняла Рината с земли. От боли он снова потерял сознание.

Ринат не знал, что бандиты прорвались было в основное здание, что, озверев от потерь, они резали беззащитных женщин, которые пытались собой закрыть раненых, что детей они выбрасывали в окна или убивали ударом приклада. Он не знал, что Сергеич погиб, когда пытался защитить раненых и медиков. Его тело, изрешеченное пулями, нашли на лестничной площадке между вторым и третьим этажами. Вокруг него лежало пять трупов бандитов и его любимый пес, в последний миг своей жизни, сомкнувший челюсти на шее одного из нападающих. Он не знал, что майор Галеев остался жив и раненый, полз вдоль железнодорожных путей, где его подобрали жители маленького полустанка. Там в день катастрофы встал грузовой состав, и неподалеку работала бригада монтеров пути. Бандитов они не встречали, выживали своим узким кругом, практически не покидая пределов полустанка, питаясь мукой из одного вагона и теми продуктами, что давали пара коров, мелкий домашний скот и птица. Они узнали от майора о выживших в городе и решили присоединиться к ним. Майор вооружил их оружием с охотничьей базы, о которой он узнал до этого от Валеры. Именно эти тридцать человек спасли оставшихся в живых в больнице и рассеяли остатки банды. В то время, как Ринату делали операцию, они, совместно с отрядом из числа бойцов Самсонова и милиционеров, зачищали логово банды в сельской школе. Но Ринат этого ничего не знал.

7.

- Ну, все, герой. Еще немного и будем тебя выписывать. – сказала Лилия, проверив анализы Димы. Он получил серьезную травму головы от удара прикладом, и ему пришлось две недели лежать в постели. Ринат лежал на соседней койке. По счастливому случаю осколок не задел позвоночник, и не повредил внутренние органы. Но все же лежать ему нужно было дольше. Он с завистью посмотрел на радостного друга, который выделывал какие-то движения руками в воздухе и радостно напевал.

- Если будешь шуметь и мешать остальным, пропишу тебе самый больной укол. – притворно строго сказала ему Лилия. Кроме нее все остальные врачи погибли. Вообще потери в тот день составили шестьдесят два человека. Остальные, за исключением единиц, были ранены. Бандиты в тот день потеряли почти сотню людей. Особенно жалко было тех несчастных, что открывали дорогу банде. Практически все они погибли в тот день, многие умирали на больничной койке от истощения, обморожений и ран. Лилия подошла к Марату. Его только на днях перевели из реанимации. Он был ранен буквально в самом начале второй волны штурма, но после того, как бандиты ворвались в палаты, они зверствовали именно по отношению к милиционерам. Марата выбросили в окно третьего этажа, сильно избив.

- А вас, молодой человек, я бы попросила задержаться. Вам еще долго испытывать мои пытки. – ласково улыбнулась она.

- Мне бы Алю увидеть. – негромко произнес Марат. Лилия немного смутилась. Марат еще не знал, что Альбина пыталась защитить своего жениха, и была убита выстрелом в голову, когда бандиты избивали раненого Марата.

- Она не может, Марат.

- Лиль. Скажи честно, что с ней. – он пристально посмотрел ей в глаза. Лилия не выдержала его взгляд и со слезами в голосе произнесла:

- Ее убили. Когда она тебя спасала. – она закрыла лицо руками и, всхлипывая, вышла из палаты. Тяжелое молчание повисло в палате.

- Вы-то чего себя вините? – нарушил эту тишину Марат. – Я все понимаю. Вы не причем, нечего на себя пенять. Ясно?

- Мы просто… - начал Ринат.

- Братишка, я все понимаю, но мне легче будет, если вы меня поддержите. – наконец он не выдержал и уткнулся лицом в подушку.

Ближе к вечеру в тот же день к ним в палату зашел Алексей. У него была сломана нога. Он вовремя заметил, что в него целятся из гранатомета, он выстрелил, но в последний момент бандит тоже успел выстрелить. Леха прыгнул прямо с башни вниз. Заряд пролетел в десятке сантиметров выше башни, Алексей же упал в сугроб и получил открытый перелом голени. Он еще отстреливался, пока не закончились патроны, затем он самостоятельно дополз до еще отстреливающихся солдат, где и потерял сознание от потери крови. Очнулся он уже в больнице.

- Так, дамы и господа. Прошу приветствовать нашего гостя, своими руками добывшего свободу из лап коварных и беспощадных бандитов. Встречайте! – торжественно произнес Алексей. Ринат приподнял голову с подушки и увидел, что в дверях, смущенно улыбаясь со слезами на глазах, стоит Миша.

- Мишка!!! Ми-и-и-и-ишка!!! Живой!!! – как сумасшедший завопил Дима, вскочив с постели, но тут же рухнул обратно – закружилась голова.

- Ты как? Ты это, садись, рассказывай. Давай. – сказал Ринат, указывая на стул.

- Вы не поверите, как я рад вас видеть. Сколько раз я пожалел, что сглупил в тот день. Останься мы с вами, все было бы по-другому. Все Макс… - Миша осекся. Собравшись, он продолжил. – Дошли мы до деревни, где машину оставили. Деревня была пустой, а может просто, никто не выходил. Доехали до села, там нас и взяли. Все отобрали, заставили собирать и хоронить трупы, рубить дрова, копать канавы. В общем, за рабов нас держали. Лену мою… - он снова замолчал, на этот раз надолго.

- Если трудно, не рассказывай, мы не настаиваем. – сказал Ринат, заполняя повисшую паузу.

- Нет, нет. – Миша поднял мокрые от слез глаза. – Чтобы вы знали, чтобы вы знали, что к этим нелюдям жалости быть не может. Они изнасиловали мою жену. На моих глазах. Они заставляли меня смотреть, понимаете? Этой же ночью она повесилась. Я поклялся, что выживу и отомщу. Бежать было глупо. Тех, кто пытался бежать, они на столбах развешивали… живьем гвоздями прибивали. У них старший был повернут на этом. Все говорил об античности, да о каком-то диктате и примате. Козел! Так и жил, надеясь когда-нибудь перегрызть этой скотине глотку. Жили, конечно, это громко сказано. Держали нас в амбаре под замком. Есть давали только зерно и воду. Когда холода наступили, подкинули пару дерюг и все, хотя кормить стали лучше – чтобы не передохли.

- Как ты спасся-то? – спросил Дима, когда Миша замолчал.

- Я со всеми рабами бежал. Вы, конечно изверги – такую полосу препятствий создать. После первой атаки бандюки вернулись злые как черти. Кричали, мол, перережут всех как свиней, на нас свою злость срывали, ногами били. Но на этот раз они подготовились: к обуви гвозди прибивали, чтобы на льду не скользить, и нас погнали. Сами-то на снегоходах, да аэросанях поехали, мы – следом, пешим ходом. Как добежали, у нас отобрали все зимние вещи. Не спрашивайте, откуда у них аэросани и столько снегоходов. Не знаю я. Не знаю, откуда у них столько оружия, гранатометы. Ну ладно, выяснят еще. В общем, бегу я со всеми, гляжу – по-любому подыхать. Ну ладно, думаю, к своим не побегу, уж лучше на этих прыгну. Тут смотрю – Марат высунулся, да как гаркнет: «Лежать!». Я больше с перепугу на лед и брякнулся. Бок об кол ободрал. Лежу, сам плачу от радости. Думаю, раз вы там, то надо добежать. Как только бандиты нас опять подняли, я и рванул. Как добежал – не помню. Меня солдатик схватил, отправлял назад, да я смотрю – автомат лежит. Рядом еще один солдатик. Мертвый. Я и схватил этот автомат. Троих завалил. Таким злым я себя никогда не чувствовал. Потом нас прижали у дальнего гаража. Меня и еще с пяток солдат. Мы видели, как они вломились в двери, но сделать ничего не могли – плотно нас зажали. Леха подполз, я его за шкирку втащил за мешки. Бандиты подходить не старались – издалека постреливали. Дальше толком ничего не помню. Помню только, что стрелял, бил кого-то, пока у меня автомат из рук не выдернули. Я в беспамятстве на своих, что подошли, бросаться пытался. Вот и все, в принципе. – Миша сидел и продолжал смущенно улыбаться.