Кровь драконов - Маккефри Тодд - Страница 118

Лорана вскочила и взглянула на Майнит'у. Королева из золотой сделалась почти оранжевой, ее голова вяло свисала на обмякшей шее, она дышала с трудом.

— Ну что, добилась своего? Убила еще и моего дракона? — сказала Туллеа, угрожающе занося руку.

— Все не так! — раздался решительный голос Б'ника. Обернувшись, обе женщины увидели входящего быстрым шагом предводителя Вейра, за которым следовал М'тал.

— Лекарство подействует.

Из небольшой сумки, висящей у него на боку, он достал маленький шприц, как две капли воды похожий на тот, которым недавно пользовалась Лорана, и решительно направился в вейр Карант'а. Там он разбудил дракона и, что-то ласково приговаривая, сделал ему укол.

У М'тала был необычный для него самодовольный вид.

— Знаете, — вкрадчивым голосом сказал он, — я никак не мог понять, с какой это стати Вейр Плоскогорье так странно вел себя несколько Оборотов тому назад.

Шаги у него за спиной известили о прибытии Киндана, Кетана и Салины.

Б'ник с самым естественным весельем улыбнулся своему предшественнику. Зато Лорана смотрела на обоих всадников с величайшим недоумением.

— Там, откуда я только что вернулся, тебя называют не иначе как спасительница драконов, — ласково сказал ей М'тал.

— Плоскогорье! — воскликнул Киндан, хлопнув себя по лбу.

— Да, — согласился М'тал. Он повернулся к Лоране. — Твое лечение удалось. Но вылупиться из яиц здоровыми — для драконов этого мало.

— Они должны быть достаточно взрослыми, чтобы летать! — воскликнула Лорана и застонала от отчаяния.

— Туллеа, пора отправляться, — сказал Б'ник, указывая своей непокорной спутнице на Майнит'у.

— Она не может никуда летать! — возразила Туллеа.

— Может — потому что она уже улетела, — поправил ее М'тал.

— Куда я должна отправиться? — спросила, смиряясь, Туллеа.

— В Плоскогорье, — сказал Б'ник. — На три Оборота назад во времени. Ты должна предупредить их и убедить Д'вина закрыть Вейр.

— Назад во времени? — переспросила Туллеа, переводя взгляд с Б'ника на М'тала. — В Плоскогорье?

— Болезнь туда не проникнет, потому что ты заставишь их закрыть Вейр, — объяснил М'тал.

— Я не могу одна! — снова разрыдалась Туллеа, отчаянно озираясь.

Кетан шагнул вперед.

— Я полечу с тобой, — сказал он.

Как только Туллеа и Кетан отбыли, оставшиеся — половина из них изнемогала от усталости после прыжка во времени, а вторая половина не могла прийти в себя от изумления — отправились в кухонную пещеру, чтобы немного перекусить. Но не успели они съесть по свежему мясному колобку, как снаружи донесся хлопок, извещавший о прибытии дракона из Промежутка.

Лорана опрометью выбежала в чашу.

— Майнит'а! — громко крикнула она. — Что с тобой случилось, почему ты вернулась?

Туллеа легко спрыгнула наземь. Всадница королевы улыбалась, у нее был приветливый взгляд, которого Лорана никогда еще не видела.

И она стала старше, поняла Лорана.

Туллеа взволнованно глянула на Лорану, а потом улыбнулась.

— Лорана, — сказал она, — я знаю, что для тебя и для всех вас прошло лишь одно мгновение. — Она вдруг словно охрипла, и ей пришлось откашляться, прежде чем продолжить. — Ты спасла драконов, всех драконов Перна, — сказала она, немного помолчав. — Ты спасла мою Майнит'у. — Она обернулась и нежно посмотрела на королеву. — Прости меня за все те ужасные вещи, которые я говорила и делала, ты совершенно не заслужила ничего подобного.

— Она провела более трех Оборотов сразу в двух временах, — объяснил подошедший сзади к всаднице Кетан.

— Все это время я чувствовала себя так, будто разорвана надвое или что я тонкая-тонкая, как масло на куске хлеба у скупердяя, — сказала Туллеа начавшим собираться вокруг них обитателям Вейра. — Но оно того стоило. Кетан сумел приготовить сыворотку для всех драконов Бендена, — радостно продолжала она. — И мы послали всадников в Форт и в Исту.

Все были заворожены ее словами.

— Сыворотка — это кровь дракона, — объяснила она. — Кетан говорит, что она совершенно не похожа на человеческую кровь и поэтому ее назвали ихором. Несколько капель крови служат лекарством для других драконов.

Она улыбнулась Лоране.

— Это сделала ты! Ты спасла их всех!

Туллеа замолчала и полезла в карман теплой летной куртки.

— Это твое. Я взяла это из первой Учебной комнаты. Она вложила плоский серебряный предмет в протянутую руку Лораны.

Хлопок холодного воздуха объявил о прибытии еще одного дракона. Это оказался молодой бронзовый, но крупнее всех, кого доводилось видеть Лоране.

«Я Кмут', — сказан ей дракон. Его молодой всадник низко поклонился. — Я приветствую тебя».

Лорана посмотрела на то, что держала в руке. Что-то вроде небольшой шкатулки. На верхней крышке изображен символ мастера-целителя, причем в очень древнем варианте. Она перевернула шкатулку, и у нее перехватило дыхание — она увидел там тщательно выгравированный свой собственный символ целителя животных.

Послышался еще один громкий хлопок.

«Лорана, я Алот'», — поздоровался с ней коричневый дракон.

«О, какой ты красавец!» — сказала Лорана коричневому, и тот несколько раз взмахнул крыльями от удовольствия.

Звук, похожий на близкий раскат грома, известил о прибытии самого крупного дракона, какого когда-либо видели в Бенден-Вейре.

«Я Толарт'а», — гордо представилась самая молодая королева Перна.

— Открой это, — сказала Туллеа; ее голос дрожал от переполнявших женщину чувств.

Лорана подняла на нее взгляд и с изумлением увидела, что по щекам Туллеа катятся крупные слезы.

— Пожалуйста, взгляни, — настаивала Туллеа.

Лорана открыла шкатулку. У нее перехватило дыхание и подкосились ноги. Киндан, почуяв недоброе, метнулся к ней и поддержал за талию.

— Смотри! — сказала она, показывая шкатулку Киндану. — Видишь?

Внутри было три отделения. В среднем оказалась серебряная бляшка с упряжи Арит'ы.

— Что… Как… — изумленно пролепетал Киндан.

Лорана его не слышала. В двух других отделениях нашлись прекрасно выполненные картины-миниатюры. На первой была изображена очень старая женщина с лицом, полным сострадания.

— Неужели… неужели это сама Цветок Ветра? — благоговейным шепотом спросил Киндан. — А кто этот мужчина со страшными шрамами?

Лорана мельком взглянула на второе отделение и громко вскрикнула.

— Что случилось? — спросил Киндан, напрягаясь, чтобы удержать свою подругу от падения.

— Это Гренн! — одновременно смеясь и плача, воскликнула Лорана, указывая на маленькую огненную ящерицу, удобно устроившуюся на плече мужчины с действительно ужасно изуродованным лицом. — Это мой файр! Он жив! Он ушел назад во времени, и он жил!

Эпилог

Мне все-таки кажется, что там чего-то нехватает, — задумчиво сказал Тьеран своей напарнице.

— Ты неисправимый романтик, — сказала она.

— Куда бы его положить?.. — бормотал Тьеран себе под нос, оглядывая комнату. — Куда-нибудь на не слишком видное место… Вот сюда! — Он достал шкатулку.

— И чего ты рассчитываешь этим добиться?

— Я хочу, чтобы она знала, что мы ощутили ее боль. Что мы ее поняли.

— Тьеран, кто бы это ни был, до ее рождения еще много сотен Оборотов. Мы не можем даже быть уверенными в том, что это подействует.

— Подействует, — уверенно сказал Тьеран. — Я это точно знаю.

— Откуда же? — спросила Эморра. — Любовь моя, мне иногда кажется, что ты в первую очередь мечтатель.

— Папа! — раздался голос маленького мальчика.

— Мы сейчас придем, — ответил Тьеран.

— А все-таки, Тьеран, откуда? — настаивала Эморра.

— Ты когда-нибудь задумывалась о том, каким образом ей удалось соприкоснуться с разумом твоей матери? А о том, почему этот умник, — он нежно погладил коричневую огненную ящерицу, — появился именно здесь, у нас? Существовала определенная связь.