Кровь драконов - Маккефри Тодд - Страница 36

— Вы не должны так поступать! — бросила Цветок Ветра. Зорка отмахнулась от ее возражения.

— Я слышала, что вам очень нужны трупы…

— И я сказала вам, Зорка, что только не ваш, — перебила ее Цветок Ветра.

Никто уже давно не видел на ее лице такого явного проявления эмоций.

— Мы должны сделать так, как будет лучше для Перна, — заявила Зорка. — Именно таково мое последнее желание, Цветок Ветра, — чтобы вы провели вскрытие трупа и исследовали его на предмет раннего появления старческого слабоумия, признаки которого вы с недавних пор стали замечать. Используйте мое тело для любых медицинских целей, которые сочтете целесообразными. Я слышала, что вы хотели попрактиковаться, чтобы прооперировать Тьерана…

— Мать! — Это слово, вырвавшееся у М'халла, прозвучало хрипло и отрывисто, словно его произнес какой-то совсем незнакомый человек.

Цветок Ветра помотала головой.

— Я не хочу этого делать.

— Мальчик заслужил новое лицо, — сказала Зорка. — Я думала об этом последние две недели. В ночном столике вы найдете мое завещание с совершенно определенными указаниями на этот счет.

Зорка обвела взглядом комнату, встречаясь с глазами каждого по очереди.

— Мои любимые, я буду защищать вас всеми способами, какие только смогу придумать. Очень скоро я перестану ну ждаться в своем теле. Позвольте людям Перна найти для него последнее применение. Прошу вас, выполните это мое желание. — Она строго взглянула на своего старшего. — Тебя, М'халл, я назначаю своим душеприказчиком.

— Мать… Мама… — М'халл закрыл лицо руками.

Торен ласково обняла Зорку, бросила неприязненный взгляд на старую ученую, но тут же снова повернулась к умирающей.

— Моя леди, все должно быть так, как вы пожелаете. Я даю вам слово в этом как ваша невестка и как госпожа Бенден-Вейра. Все будет исполнено.

— Спасибо, — негромко ответила Зорка. Она глубоко вздохнула и снова повернулась к остальным: — А теперь позвольте мне посмотреть на вас всех. Расскажите мне, как у вас дела.

Разговаривая со своими сыновьями и дочерьми, Зорка даже сумела в какой-то момент заставить всех рассмеяться. Кто-то принес перекусить. Но постепенно разговор истаял, и Зорка приказала всем, кроме М'халла и Цветка Ветра, снова покинуть ее.

— Я хочу, чтобы вы остались со мной, Цветок Ветра, — сказала Зорка, слабым движением похлопав по одеялу. — Вы и М'халл.

Стояла глубокая ночь. Старуха-врач и всадник тихо сидели у кровати Зорки, а первая на Перне всадница золотой королевы незаметно погрузилась в дремоту. М'халл неслышно поднялся и обошел комнату, погасив все светильники, за исключением одного. Время от времени Цветок Ветра проверяла пульс Зорки, почти неощутимо прикасаясь к запястью подруги.

Когда уже приближалось утро и серый предрассветный свет начал проникать в комнату, Зорка чуть слышно вскрикнула. Цветок Ветра бессильно всплеснула руками, и в тот же миг тишину нарушил отчаянный вопль Фарант'ы, к которому почти одновременно присоединился тонкий стонущий крик Герцога. Почти сразу же этот плач отчаянной скорби прекратился — первая запечатленная огненная ящерица Перна и первая королева-дракон Перна вместе ушли в Промежуток, чтобы больше не вернуться оттуда. Теперь уже не только госпожу Вейра, но и их оплакивали все драконы Форт-Вейра.

М'халл порывисто склонился над матерью, но Цветок Ветра уже заметила остановку пульса и поняла, что первая госпожа Вейра присоединилась к давно ушедшему мужу. Она поднялась — пришлось напрячь все силы, чтобы преодолеть сопротивление суставов, закостеневших от долгого сидения в одной позе, — и опустилась на колени рядом с М'халлом.

— Позволь мне еще несколько минут поухаживать за нею, а потом ты сможешь возвратиться, — обратилась Цветок Ветра к осиротевшему всаднику.

М'халл, словно не понимая, уставился на нее сквозь слезы, а потом медленно кивнул.

Поддерживая за талию, она вывела М'халла из комнаты и передала в руки жены и товарищей по Вейру.

— Мне нужно всего несколько минут, — сказала она Торен.

Управительница Форта еще с вечера приготовила новенькие простыни и туалетные принадлежности. Цветок Ветра, стараясь не замечать слез, непрерывно струившихся по лицу, сделала последний врачебный осмотр тела Зорки, а потом аккуратно омыла и одела умершую, как она делала это прежде для своей родной матери и Эмили Болл.

Почувствовав некоторое внутреннее удовлетворение — она сделала все возможное, чтобы избавить детей Зорки от части скорбных обязанностей, — Цветок Ветра открыла дверь и пригласила войти всех, кто пришел попрощаться с усопшей.

М'халл первым опустился на колени возле матери. Дочери, Орла и Зорка, замерли с другой стороны. Л'кан, П'дриг и Шеймус стояли в изножье кровати.

В дверях появились Д'мал и Нара, предводитель и госпожа Форт-Вейра, но Цветок Ветра неслышным шепотом попросила их подождать, пока семья Зорки не закончит прощание.

— Пожалуйста, попросите Торен сообщить нам, когда будет удобно подойти, — попросила ее Нара.

Цветок Ветра кивнула. Через несколько минут появился один из обитателей Вейра. Госпожа Вейра прислала для гостьи стул и блюдо с фруктами. Цветок Ветра поблагодарила, села в коридоре и с неизменным изяществом съела несколько плодов.

На протяжении следующего получаса дети Зорки по одному и по двое медленно покидали комнату.

Когда оттуда вышла Торен, Цветок Ветра передала ей просьбу Нары. Торен оглянулась в комнату, где все еще оставался один М'халл.

— Пусть побудет еще несколько минут, — сказала она. — А я спущусь в пещеру и поужина… — Она растерянно посмотрела на окна, в которые вливался рассвет, и лишь после этого вспомнила, что Бенден был отделен от Форта шестью часовыми поясами. — Э-э, перекушу.

Цветок Ветра продолжала сидеть в коридоре, пока не услышала изнутри голос М'халла. Решив от усталости, что он зовет ее, она переступила через порог — и застыла на месте.

М'халл все так же стоял на коленях рядом со смертным ложем матери, держа в ладонях ее мертвую руку. Слезы текли по его лицу и капали на кровать.

— Что же мне теперь делать, мама? — вполголоса повторил М'халл.

Цветок Ветра увидела в этом взрослом сильном мужчине маленького мальчика, не знающего толком, как ему пережить ужасную потерю — смерть матери, после которой он остался круглым сиротой.

Она понимала, что до М'халла начинает доходить страшная истина: он больше не имеет некоего высшего авторитета, к которому мог бы обратиться, которому мог бы безоговорочно доверять, он утратил человека, чью похвалу ценил больше всего на свете и у которого мог спросить: «Ты меня любишь?» — не боясь услышать ответ.

М'халл обернулся на звук ее шагов, поднялся на ноги, и Цветок Ветра поспешно опустила взгляд, не желая встречаться с ним глазами.

— Что… — М'халл сглотнул подступивший к горлу комок и, собравшись с силами, продолжил чуть громче: — Что вы делали… — Ему не потребовалось добавлять: «Когда умерла ваша мать».

Цветок Ветра ненадолго задумалась. Потом она посмотрела в лицо всаднику и честно сказала:

— Моя мать никогда не любила меня. Когда она умерла, настала моя очередь принять на свои плечи ее груз, и она наслаждалась тем, что я окажусь именно в таком, а не в лучшем положении.

Она указала на Зорку.

— Она уделила мне часть своей любви. С ней я поняла, что может чувствовать иссохшая земля, когда на нее внезапно проливается летний ливень, — негромко проговорила она, затем ее голос окреп. — Для моей матери я никогда не стала бы достаточно хорошей.

М'халл кивнул и вытер глаза.

— Она была великим человеком.

— Да.

— Она отдала всю себя этой планете, — сказал М'халл. Он посмотрел вниз, на неподвижное безжизненное тело. — Теперь мне кажется, что я понимаю ее последнее желание.

— А я — нет, — отрезала Цветок Ветра, — Я предпочла бы оставить ее в покое и хранить память о том, каким было ее тело при жизни, а не после смерти.

М'халл вскинул на нее пристальный взгляд.