Кровь драконов - Маккефри Тодд - Страница 44

В ушах у нее неожиданно раздался негромкий жужжащий звук. Нос уловил слабый запах пищи, а в животе громко заурчало.

«Не волнуйся, ты получишь пищу», — сказала Лорана своему животу.

«Но я так хочу есть!» — вдруг возразил живот. Лорана чуть не подпрыгнула от изумления: она не могла припомнить, чтобы живот хоть когда-нибудь отвечал ей. Она постаралась отрешиться от этого странного события, решив, что его причиной может оказаться что угодно — слабость после недавней болезни, расстроенные нервы…

По мере того, как она приближалась к концу коридора, жужжание становилось громче, а запах жарящегося мяса — сильнее. Ее живот напрягся в ожидании. И лишь когда Лорана вышла в освещенную факелами котловину Вейра, она внезапно поняла, в чем тут дело.

Рождение! На площадке Рождений вылуплялись драконы, и новые всадники проходили Запечатление. А вокруг сидели взрослые драконы; они-то и издавали этот странный звук, пением поддерживая новорожденных.

На мгновение Лорана допустила мысль, что ей следует пойти на звук Увидеть Рождение! Вряд ли ей еще когда-нибудь выпадет такое счастье!

Но нет, ей надо уйти, прежде чем кто-нибудь увидит ее. Прежде чем они узнают…

«Но я хочу есть!» — пожаловался ее живот.

«Я накормлю тебя, обещаю», — ответила Лорана, задумавшись мимоходом, с каких это пор ее живот стал таким требовательным, и успев удивиться, что ей так хорошо удается уговаривать его.

Она услышала со стороны площадки Рождений звуки голосов, эти голоса становились все громче, быстро приближаясь к ней.

— Никогда не слышал ни о чем подобном! — сказал кто-то, уже неподалеку от нее.

Голос, похоже, принадлежал Киндану.

— Неужели никогда не было такого, чтобы только что вылупившийся птенец покидал площадку Рождений? — спросил женский голос.

Впереди в темноте сформировались три еще более темных пятна. Два совершенно явно представляли собой фигуры людей, шедших следом за… За только что вылупившимся птенцом!

«Что может новорожденный птенец делать в этом коридоре?» — удивленно подумала Лорана. Она прижалась к стене, надеясь остаться незамеченной, но малыш уверенно направился прямо к ней.

«Я же говорю тебе, что хочу есть!»

Лорана остановилась как вкопанная. От страха и потрясения у нее перехватило дыхание, глаза замерли в орбитах. Этого просто не могло быть. Птенец дракона никак не мог говорить с нею — это, конечно же, был ее разболевшийся живот.

«Ну, пожалуйста, у меня крыло болит». К жалобному голоску, звучавшему у нее в голове, прибавился писк боли, который Лорана услышала наяву.

Наконец-то в дело включились ее инстинкты. Никогда в жизни она не могла допустить, чтобы хоть какое-то животное испытывало страдания. Она подбежала к нетвердо державшемуся на ногах дракончику, приподняла его ногу и освободила кончик левого крыла, на который новорожденный умудрился наступить в темноте.

— Так лучше? — спросила Лорана вслух, не обращая внимания на толпу, которая быстро собиралась вокруг них, сосредоточившись исключительно на прекрасном новорожденном золотом дракончике, который просил у нее помощи.

«Да, мне совсем хорошо, — ответила малышка, тычась лбом ей в бок. — Я Арит'а».

В этот момент Лорана наконец поняла, что свершилось невозможное. Она произвела Запечатление.

Пробудившийся материнский инстинкт окончательно вывел Лорану из состояния шока. Она покачнулась, но удержалась на ногах, поспешно присела на корточки и принялась сначала гладить, а потом почесывать морду дракончика вокруг глаз.

— Прошу вас, — сказала она, впервые поглядев на собравшихся вокруг людей, — Арит'а очень хочет есть. Вы можете достать ей какой-нибудь еды?

— Конечно, — немедленно отозвался незнакомый голос.

Кто-то отделился от толпы и сломя голову помчался туда, откуда доносились ослабленные расстоянием сочные запахи.

— И принесите заодно что-нибудь и для Лораны, — красивый сочный голос Киндана разнесся над всей огромной бенденской котловиной.

— Уже, — откликнулся совсем рядом другой голос — женский. — Надень это.

Лорана почувствовала, как ей на плечи накинули теплую куртку.

— Ты, наверно, такая же замерзшая, как и голодная. Лорана, подняв глаза, увидела перед собой женщину.

Оборотов на шесть-семь старше себя, со светлыми волосами и проницательным взглядом ярко-синих глаз. Рядом с нею стоял рыжеволосый мужчина. Он стоял в позе защитника, хотя Лоране не показалось, что женщина хоть сколько-нибудь нуждается в покровительстве. Девушке еще не доводилось встречать представительниц своего пола, от которых исходила бы такая уверенность в себе.

— На какое-то мгновение мне показалось, что она может искать меня, — со смешком сказала женщина. — Ты даже не представляешь себе, как я рада, что это оказалась ты. Две… Нет, это было бы просто невозможно.

Наверху послышался хлопок, не похожий на тот, который издают при появлении из Промежутка драконы, и с ночного неба, часто взмахивая маленькими крылышками, спустилась не очень большая, но странно массивная, почти уродливая золотая фигура. Это оказалась королева — страж порога. Опустившись на дно Котловины, она сразу же подбежала к женщине.

По пути королева-страж торопливо обнюхала Арит'у, которая с величайшим любопытством сделала то же самое, а потом страж порога издал явно довольное и очень мелодичное щебетанье и сунул голову под локоть белокурой женщины.

— Я знаю вас! — воскликнула Лорана. — Вы Нуэлла.

— Я же говорил тебе, что твоя слава разошлась по всему Перну, — подхватил Киндан, кланяясь Нуэлле.

— Это предводитель Вейра М'тал, — продолжал Киндан, указав на седого, очень сухощавого пожилого человека, стоявшего рядом с ним.

— Мой лорд… — Лорана очень смутилась; в первую очередь из-за того, что пробыла в Вейре столько времени и ни разу не встретила самого главного здесь человека.

— Теперь — М'тал, — перебил ее пожилой всадник, резко взмахнув рукой для убедительности. — Или, если хочешь, предводитель. Ты теперь одна из нас, Лорана.

Вдруг у Лораны из глаз хлынули слезы и ручьями потекли по щекам. Встревоженная Арит'а растерянно уставилась на вновь обретенную подругу всей своей жизни.

«Тебе плохо?» — спросила новорожденная королева, готовая броситься на защиту напарницы, которая была намного больше ее.

«Мне хорошо. Все в порядке. Я просто очень счастлива», — заверила ее Лорана. Это была чистейшая правда. М'тал сказал именно то, что ей было необходимо услышать. У нее появился дом. Она стала Лораной, всадницей золотой королевы Арит'ы, всадницей Бенден-Вейра.

— Я не могла даже представить себе большего счастья, — сказала она вслух.

Лорана оказалась в последнем незанятом королевском вейре. Кто-то принес туда ее пожитки, о которых она совершенно забыла, она и Арит'а набили живот так, что было трудно дышать, и все это время она ощущала себя потерянной в волшебном плену глаз золотой Арит'ы, с любопытством разглядывавшей мир.

Глаза ее дракона.

Вся боль, все потери, все, что было прежде в жизни Лораны и бесследно исчезло, все получило искупление, стерлось, сделалось ничем в теплом ореоле любви Арит'ы.

И Лоране показалось естественным как дыхание то, что она подтащила свою постель к ложу своего новорожденного дракончика и уснула, свернувшись и грея собственным теплом свою королеву.

На следующее утро ее разбудил звучный голос Киндана. (После долгих дней разговоров вполголоса она еще не успела привыкнуть к его сочному тембру и энергичному звучанию.)

— Совсем рядом со спальными помещениями есть бассейн с теплой водой. Сдается мне, что он будет тебе часто нужен. — Манера его обращения к Лоране тоже изменилась.

Лорана потянулась и болезненно поморщилась. Твердый камень логова Арит'ы был, конечно же, очень удобен для дракона, но не слишком подходил для всадницы. Все мышцы и кости Лораны так болели, что она испугалась судороги, когда очень осторожно, так, чтобы не разбудить дракончика, отодвигалась.