Кровь драконов - Маккефри Тодд - Страница 54

Неспешно шагая по лестнице, Киндан думал, могли ли первые поселенцы Перна, те самые, которые создали драконов из огненных ящериц, выдумать лечение от того, что убивало и огненных ящериц, и драконов. Проблема казалась чересчур сложной для людей его времени, если исходить из тех знаний и умений, которыми обладали периниты в конце Второго Интервала и начале Третьего Прохождения. Как первопоселенцы чувствовали бы себя, если бы узнали, что созданное ими великолепное оружие против Нитей будет уничтожено Оборотов этак через пятьсот, что все плоды их удивительного мастерства и немалых, наверное, усилий окажутся жертвами страшной болезни, а уцелевшие будут добиты Нитями, и Вейры останутся лишь безжизненными пустыми скопищами ячеек, величественными и оттого еще более жалкими памятниками прошлой грандиозной неудачи?

Киндан добрался до Первой южной лестницы, располагавшейся совсем рядом с площадкой Рождений, спустился на Второй уровень, повернул направо и вошел через второй проем в зал Архивов.

— Ну, нашел что-нибудь? — спросил он, сразу увидев К'тана.

Целитель Вейра сидел возле окна, смотревшего на чашу Вейра, перед ним на столе лежал наполовину развернутый старый пергамент. Уже заговорив, Киндан понял, что голова целителя свесилась на грудь, глаза были закрыты. Услышав слова арфиста, задремавший всадник тревожно вскинулся.

— Что? А, это ты, Киндан, — сказал К'тан. Он помотал головой и указал сразу скрутившимся свитком в сторону окна. — Я попытался отыскать место посветлее и, похоже, заснул.

— Ничего удивительного, — отозвался Киндан. — Ты не спал самое меньшее семидневку и практически живешь здесь. Твой дракон хотя бы знает, что ты еще жив?

К'тан, которого насмешка совершенно не позабавила, кисло взглянул на арфиста.

— У Дрит'а, по крайней мере, хорошие манеры. Увидев на столе в середине комнаты кувшин с кла, Киндан пощупал его бок: совсем холодный.

— Ты хоть помнишь, что кла пьют горячим? — упрекнул он целителя.

— Он был теплым, — рассеянно ответил К'тан, откладывая Запись в сторону и расправляя на столе следующий пергамент.

— Когда? Вчера?

Киндан схватил со стола поднос с кувшином и полупустой кружкой и выбежал в коридор, где находился люк подъемника обслуживания. Поставив поднос на площадку, двигавшуюся вниз, он дернул за шнурок колокольчика и крикнул в шахту:

— Кла и чего-нибудь поесть для двух человек!

Через несколько секунд он услышал приглушенный расстоянием голос Кьяри:

— Уже отправила, Киндан! Немного побольше, чем ты просил, — на всякий случай.

Киндан дождался, пока к нему не выплыл снизу поднос с дымящимся кла, выхватил его с площадки непрерывно двигавшегося подъемника и крикнул:

— Спасибо!

Вернувшись в зал Архивов, он налил свежего кла в кружку и вручил его К'тану, который за это время успел пересесть от окна в кресло, но все равно продолжал клевать носом.

— Очень благодарен, — сказал К'тан.

Он прикоснулся губами к кружке, отхлебнул немного, и его глаза сразу раскрылись.

— Очень благодарен! — повторил он, на сей раз с большим энтузиазмом.

— Ты нашел что-нибудь? — снова спросил Киндан, наливая себе кла и выбирая на подносе, что бы взять поесть.

— Ничегошеньки, — отозвался целитель, досадливо поморщившись.

Он тоже протянул руку к тарелкам. Несколько секунд оба молча жевали.

— Я обратил внимание на то, что холдеры, похоже, болели чаще, чем обитатели Вейров, — сказал наконец К'тан.

Киндан вскинул голову и ободряюще взглянул на всадника, не прекращая жевать.

— Да, — продолжал К'тан. — Я тут кое-что выписал. Похоже, что каждые двадцать Оборотов среди холдеров и ремесленников распространяется та или иная болезнь.

— Что ж, если вспомнить, когда это было в последний раз, нам еще Оборота четыре, а то и пять ничего не должно угрожать, — прокомментировал Киндан.

— Эти поветрия никогда не задевали обитателей Вейров, — добавил К'тан.

— Вы, всадники, крепкие парни, — согласился Киндан. — Интересно, может быть, здешний разреженный воздух…

Он чуть не прикусил себе язык, как будто услышал собственный голос со стороны. К'тан задумчиво насупил брови.

— Ты считаешь, что если разреженный воздух идет на пользу всадникам, то еще более разреженный может спасти драконов? — спросил целитель.

— Или повредить тому, что представляет для них опасность, — добавил Киндан. Он немного посидел, обдумывая сказанное, а потом передернул плечами, как будто хотел отбросить это прочь. — Хотя это тоже вариант…

— Стоящий того, чтобы взять его на заметку, — отозвался К'тан. Он взял стилос и что-то быстро записал.

— Если разреженный воздух полезен, то что же можно сказать о Промежутке? — продолжал размышлять вслух арфист.

К'тан наклонил голову набок.

— Похоже, что болезнь нарушает способность драконов к ориентации — ни один из них так и не вернулся из Промежутка.

Киндан еще больше нахмурился и указал пальцем на гору сваленных Записей.

— Но о болезнях драконов ты так ничего и не нашел?

— Киндан, но ведь я углубился только на пятьдесят Оборотов, — сказал К'тан. — Возможно, что-нибудь еще попадется.

— В Доме арфистов я выяснил, что Записи старше пятидесяти Оборотов очень трудно читать.

— И они, вероятно, содержатся там в большем порядке, чем здесь, — сказал К'тан, указывая на шкафы, в которых действительно Записи были свалены кучами.

— В таком случае почему бы не попробовать покопаться в Записях в Доме арфистов? — осведомилась Лорана. Она так внезапно появилась в дверях, что мужчины на миг оторопели. — Прошу прощения, — добавила она, — но я услышала вас от покоев госпожи Вейра.

— Мы слишком громко разговариваем? — встревожился К'тан.

— Нет, — ответила Лорана. — По крайней мере, не настолько, чтобы разбудить Салину. — Она улыбнулась.

Киндан указал на стол.

— Милости прошу. Есть горячий кла и свежие закуски. — Ты слышала много из нашего разговора? — спросил К'тан и, когда Лорана кивнула, добавил: — У тебя есть какие-нибудь другие соображения?

Лорана вошла в комнату и присела к столу. Киндан передал ей кружку, и девушка взяла ее в обе руки, наслаждаясь теплом.

— Я подумала, что в идее Киндана о разреженном воздухе может быть смысл, — сказала она, сделав глоток кла. — Кроме того, холод убивает микробов.

— Значит, если бы нам удалось переместить наших больных драконов в холодное высокогорье…

— Не убив их при этом, — вставил Киндан.

— … Не убив их при этом, — согласился К'тан, — тогда, возможно…

Лорана пожала плечами.

— Это зависит от инфекции.

— Мы слишком мало знаем об этой инфекции, — сказал Киндан таким тоном, будто это было ругательство.

К'тан и Лорана удрученно вздохнули, соглашаясь.

— А как насчет огненных ящериц? — спросила Лорана. — Они когда-нибудь болели?

— Если верить этим бумагам, то нет, — сказал К'тан, указав на кучу просмотренных пергаментов.

— Может быть, мы смотрим не те Записи? — предположил Киндан. — Может быть, стоит поискать в Доме арфистов…

— Или в Форт-Вейре, — добавила Лорана. Когда мужчины взглянули на нее, она пояснила: — Разве Форт-Вейр не самый старый? В таком случае где же быть самым старым Записям о драконах… и огненных ящерицах?

К'тан и Киндан переглянулись.

— Знаешь, она права, — сказал Киндан.

— Н-да… — согласился К'тан. — Но теперь Вейры закрыты от всех, кроме своих обитателей.

Киндан отодвинул кружку и потянулся за следующей Записью.

— Возможно, нам удастся найти ответы и здесь, — сказал он с сомнением в голосе.

На следующий день М'тал разослал всадников на караул во все холды, большие и малые, приказав им немедленно сообщать о появлении даже единичных Нитей. П'гул, наставник молодежи Вейра, отрядил подростков наполнять огненным камнем подвесные сумки для драконов.

— Может быть, нам повезет и во время первых Падений погода окажется слишком сырой или слишком холодной, — сказал М'тал своим караульным. — И все равно постарайтесь не пропустить ни утонувшей Нити, ни черной пыли, и как только что-то заметите, немедленно сообщайте сюда.