Кровь драконов - Маккефри Тодд - Страница 92

Киндан умолк, очевидно, пытаясь припомнить слова. Несколько секунд было тихо, а потом послышалось гневное рычание, звук нестройного удара по струнам и гул, с которым отброшенная гитара упала на кровать.

— Я смотрю, арфист, тебя потянуло на жалобные мелодии, — громко сказал К'тан, входя в комнату.

Киндан повернулся, некоторое время смотрел на целителя Вейра, словно не узнавая его, а потом нахмурился и тряхнул головой.

— Я не могу ее вспомнить!

— А что, это настолько важно? — мягким тоном спросил К'тан.

Киндан, похоже, хотел ругнуться в ответ, но сдержался, смолчал и лишь потом ответил.

— Я не знаю, — признался он. — Мне только кажется, что эта песня очень подходит к временам, в которых мы живем.

— Как мог кто-нибудь знать о нынешних временах и событиях? — возразил, понурившись, К'тан. — Я думаю, это всего лишь песня. Возможно, ее сочинили после очередной лихорадки или чумы…

— Нет, здесь все не так просто, — упорствовал Киндан. — Не было еще такой лихорадки или чумы, которая затронула бы драконов. Ты знаешь это не хуже меня. Мы же вместе просмотрели все Записи.

— Возможно, это было… — Он осекся, заметив выражение лица Киндана.

Арфист шагнул мимо него, резким движением схватил гитару с кровати и крикнул:

— Вот оно! Вот!

С торжествующим видом он ударил по струнам и запел:

Вздрогнув, словно от боли, арфист Бендена закончил песню:

— Это потрясающе, Киндан! — воскликнул К'тан, хлопнув арфиста по спине. — Просто изумительно. Я рад, что ты вспомнил целиком. — Он немного помолчал и добавил; — Но что она все-таки означает?

Веселье сразу исчезло из взгляда Киндана.

— Я не знаю, — печально признался он. — Только, Я уверен, что она что-то значит.

Он нахмурился, погрузившись в мысли.

Резко прогремел барабан с сигнальных высот. Киндан вскинул руку, призывая своего собеседника к тишине, и прислушался, разбирая поступившее сообщение.

— Что там передают? — спросил К'тан. Он, в отличие от арфиста, почти не знал барабанных кодов.

— Сообщение из Форт-Вейра, — ответил тот. — Они минувшей ночью летали на Падение над Руатой и своим собственным Вейром.

Продолжая прислушиваться, арфист вдруг раскрыл рот от удивления и широко улыбнулся, его глаза ярко сверкнули. К'тан решил придержать свое любопытство до тех пор, пока барабанщик Вейра не продублировал сообщение, извещая, что оно благополучно принято.

— И? — спросил он наконец. Киндан улыбнулся ему.

— И стражи порога тоже боролись против Нитей, — сказал он и улыбнулся еще шире, увидев, что глаза целителя широко раскрылись от удивления. — Их вела Нуэлла, — с довольным видом продолжал Киндан. — Похоже, что у созданий Цветка Ветра есть и другое предназначение…

— Что случилось? — спросил К'тан, увидев, как у арфиста вдруг в буквальном смысле этого слова отвисла челюсть.

— Песня, — медленно проговорил Киндан, словно не веря самому себе. — Я, кажется, вспомнил ее название.

К'тан уставился на него, но Киндан замер, углубившись в свои мысли.

В конце концов целитель не выдержал:

— Ну же, Киндан, как она называется?

Киндан мотнул головой, словно отгоняя наваждение, и умоляюще взглянул на К'тана.

— «Песня Цветка Ветра».

— Я сказала: выйди отсюда! — уже в третий раз прикрикнула Туллеа на Тилару. — Когда ты понадобишься, я сама тебя позову.

Тревожно взглянув на Лорану, Тилара вышла за дверь.

Никто в Вейре не решился бы слишком долго испытывать на себе гнев Туллеа.

— Что-то не похоже, чтобы ей так уж нужна была охрана, — пробормотала себе под нос Туллеа, услышав удалявшиеся по коридору шаги Тилары. — Сейчас пойдет ябедничать Миккале. Ну и пусть! Я госпожа Вейра. Даже Салина не посмеет спорить со мной.

Она посмотрела на Лорану, которая неподвижно лежала на спине.

— Я пыталась сделать так, чтобы тебя туда не пускали, — сказала Туллеа почти извиняющимся тоном. — Но тебе понадобилось все это сделать. Никому ничего не сказав! И среди ночи мы все услышали, как вы обе страшно завопили, ты и твой дракон.

Она продолжала говорить; ее гнев нарастал, а голос сорвался на крик.

— Ты не заслужила этого дракона, хотя бы это ты понимаешь? Ты была такая самоуверенная, все знала лучше всех, готова была рисковать чем угодно! Ты заслужила, что потеряла ее, ты меня слышишь?! Ты это заслужила!

Туллеа вдруг сообразила, что во всю силу легких кричит прямо в ухо Лоране, и отшатнулась, испуганная своим собственным поведением и пораженная отсутствием какой бы то ни было реакции Лораны.

— Ты не должна умирать, — сказала Туллеа. — Салина была с Брет'ой в десять раз больше Оборотов, чем ты со своим драконом месяцев, и она не умерла. Ты не можешь умереть. Я тебе не разрешаю, ты меня слышишь? Это будет неправильно. Я тебе не разрешаю, тебе нельзя…

Туллеа осознала, что стоит на коленях у кровати Лораны, обнимает лежащую без чувств в постели женщину и ее слезы дождем сыплются на волосы Лораны.

— Пожалуйста, не умирай, — умоляюще прошептала Туллеа. — Пожалуйста.

К'лиор был уверен в том, что, как ни старались всадники Форта, несколько Нитей во время ночного Падения все же сумели прорваться и упали за Южным Боллом. Он даже содрогнулся при мысли о том, какой предстанет земля там с утра.

«Давай, Райнет', слетаем в Холд, — сказал К'лиор своему дракону. — Я должен поговорить с лордом-холдером».

Вопреки опасениям К'лиора лорд Эгремер так и рассыпался в похвалах драконам и их всадникам.

— Как только можно будет разглядеть, что делается вокруг хотя бы на одну длину дракона, я немедленно вышлю наземные команды, это я вам обещаю, — сказал Эгремер. Он нервно взглянул туда, где, по его предположениям, находился север и куда упали Нити. — Как по-вашему, будет очень плохо?

К'лиор покачал головой.

— Мы сделали все, что могли, — сказал он. — Но погода была теплая, а это значит, что все Нити выжили. Стражей порога было слишком мало, к тому же мы никогда не учились действовать вместе с ними, так что координации с ними не получилось.

Глаза леди Ивалы широко раскрылись от волнения.

— С рассветом мы вышлем поисковую группу, — пообещал К'лиор. — И как только что-нибудь увидим, сразу же известим вас.

— Мне не хотелось бы терять массивы строевого леса на севере, — сказал лорд Эгремер. — Вообще-то лес достаточно зрелый, чтобы валить его уже сейчас, но я надеялся сохранить его до середины Прохождения, когда мы действительно будем нуждаться в стройматериалах.

К'лиор кивнул.

— Мы приложим все усилия, — сказал он.

— А мы благодарны вам за все, что вы сделали, — ответил Эгремер.

К'лиор устало забрался на шею Райнет'у и передал ему образ чаши Форт-Вейра.

Утро было серым, холодным и облачным. Даже Сайска была не так оживлена, как обычно.

— Пришел рапорт от Т'мара, из поисковой группы, — сказала она, протягивая только что проснувшемуся К'лиору кружку со свежим дымящимся кла, — Пять нор.

К'лиор застонал. Сайска поморщилась, и он кивнул ей, предлагая продолжать.

— Две хорошо закопались. Придется жечь рощу строевого леса.

К'лиор расправил плечи и сделал большой глоток кла. Долго смотрел в лицо своей спутнице и лишь потом спросил:

— А жертвы? Сайска нахмурилась.

— Двадцать три ушли в Промежуток, кто от болезни, кто от Нитей. Ф'дан и П'ред изранены так, что не смогут вылетать самое меньшее шесть месяцев. Трот', Пайет', Кадорт', Варт' и Бидант' — все они получили серьезные раны и тоже должны будут поправляться не менее шести месяцев. Еще у одиннадцати всадников и драконов не столь сильные повреждения, но они месяца на три выбыли из строя.