Демон принцу не товарищ (СИ) - Спасибко Яна Анатольевна - Страница 41

  Ближе к обеду заявился некромант, пыльный и замученный, но все равно довольный собой.

  − Никакая она не ведьма. - Прямо с порога заявил он. - Обычная вытьянка.

  − Теперь понятно почему она не стала разговаривать с проклятым. - Тара удовлетворенно кивнула.

  − Зато мне не понятно. - Я приподнялся на локтях, чтобы лучше видеть собеседников. - Что это такое?

  − Вытьянка - самый безобидный из призраков. В отличие от остальных приведений, она остается в этом мире чтобы защищать своих родных и близких, с каждым поколением, мирно умершим от старости становится сильнее. Вы их часто называете ангелами-хранителями. Так кто у нее?

  − В том то и дело, что никого. Насколько я понял, вытьянка сама держится за призрак, которого, она так не разу и не видела. - Мэт запнулся. - В общем, давайте по порядку. Зовут нашу хранительницу Клерия. Лет двадцать назад она при пожаре лишилась родителей и дома. Зима была холодной, и ее приютили соседи. Насколько я понял, по правах гувернантки. Но тем не менее, не дали ей умереть. Прошло десять лет, девочка выросла и расцвела. Уже было замуж собралась - ее звали даже несмотря на отсутствие приданного. Собственно поэтому и был конфликт - одна из дочерей хозяина дома тоже была влюблена в этого парня, и чтобы убрать конкурентку с дороги, наняла местную шпану. И откуда в вас, бабах, столько жестокости?

  − Не отвлекайся. - Одернула его Тара. - Что дальше?

  − В общем, девушку выкрали из дома, и продали проезжавшим мимо кочевникам-работорговцам: после официального окончания войны эти бандиты часто разъезжали по мелким городам и селениям, предлагая услуги своих рабынь. А проезжая мимо этого селения, один из варваров заметил, что у нее подозрительно округлился живот, и Клерию просто выгнали на все четыре стороны, благо было лето, и она успела до холодов выкопать себе землянку. Местные знали кто она и как попала в эти края. И многие брезговали обществом куртизанки, хоть и бывшей. Но не все было так плохо - через два месяца в ее жизни снова появился мужчина, готовый принять и ее прошлое и ее ребенка, помог с построением верхней части землянки и печи. Вот тут то и начались проблемы. Местные вбили себе в голову что она ведьма, и мужика рукастого себе приворожила. Когда была на сносях, шла на рынок за мукой для пирогов, и ее просто закидали камнями. Когда она вернулась домой, вся в крови, ее муж рвал и метал, он отправился лично поговорить с обидчиками, драку он устроил грандиозную. Клерия потеряла ребенка, и через несколько дней умерла от кровотечения, а мужчина спился. Вот пожалуй и все.

  − А ребенка они похоронили?

  − Да, на кладбище, собственно после этого случая кладбище и стало оживленным местом. Я думаю, что тут остаточное проклятие. Или все же посмертное?

  − Возможно. − Задумчиво протянула Демонесса. − Может быть, даже и то и другое вместе.

  − Какое такое проклятие. − Заинтересовалась любопытная дриада.

  − Это такой магический парадокс. − Тара посмотрела на Дрику, словно грозная учительница. − Чем чище душа у человека, тем сильнее она может проклясть своих обидчиков, и обычно это происходит непреднамеренно. В данный момент у нас проклята земля - это факт, плюс остаточное проклятие - тоже не под вопросом, и проклятие посмертное - скорее всего. Гремучая смесь, знаете ли.

  − И что нам теперь с этим делать? − Умом я понимал, что надежда этого селения только на некроманта и на Тару, хотя в основном именно на демонессу - мы даже смутно не представляем, что теперь со всем этим делать.

  − Мы можем совсем не много. − Тара покачала головой. − Все, на что мы способны - это вызвать погибшего ребенка и поговорить с ним. Все остальное зависит от него.

  − Но там же мертвецы! − Осекся некромант. − Как я смогу провести обряд в такой обстановке?!

  − Пусть Тара отвлечет их. − Фыркнула Ярослава, скрестив руки на груди.

  − Не выйдет. − Демонесса продемонстрировала барышне самодовольную клыкастую улыбку. − Если я буду находиться рядом, да еще и колдовать, то чистая душа точно на зов не откликнется, по этому я останусь тут. А вот отвлекать усопших будешь как раз таки ты, я думаю, они польстятся на твои аппетитные во всех смыслах формы.

  Ярослава поперхнулась от возмущения. Я, признаться, тоже. Но как бы мне не хотелось оставить свою невесту в стороне от боевых действий - Тара все равно права. К тому же барышня сама напросилась с нами. Зачем, спрашивается. Только нервы мне тут трепет. Да и всем остальным за компанию. Романтично настроенная дура.

  Тара забрала у меня кольцо, чтобы оно своим фоном не отпугивало детскую душу, а мы вышли на улицу и лениво побрели в сторону кладбища.

  В дневное время суток кладбище ничем не отличалось от любого другого: оно было обнесено небольшим забором, скорее оградкой, которую не то, что взрослы, ребенок мог бы с легкостью перепрыгнуть. По краям располагались надгробия поновее, земля рядом с ними была скопана, будто прополота скорбящими родственниками. К центру - более старые могилы, не тронутые.

  Некромант уверенно вел нас к дальнему краю кладбища, почти упиравшемуся в кромку леса. Наконец он остановился у совсем маленького холмика, не имеющего даже собственного надгробия.

  − Здесь и подождем. Насобирайте веток, чтобы разжечь костер. Нет, тут не собирайте! Несите из леса, и в костер разжигайте вот тут. - Он отошел на несколько шагов от детской могилки и носком сапога нарисовал крест на земле.

  − Этого пока хватит. - Сказал Мэт, когда хвороста было достаточно для разведения небольшого костерка. - Носите, и складывайте рядом.

  Когда огонь достаточно разгорелся, некромант начал сыпать в костер реактивы из своей сумки, и пламя приобрело насыщенный фиолетовый оттенок, а сырые дрова начали на удивление быстро прогорать.

  − Старайтесь не попадать под дым. - посоветовал он, когда мы пришли с очередной порцией хвороста. - И этого мало. Костер должен гореть всю ночь.

  Сам же Мэт подождал, пока костер полностью погаснет, и начал небольшой лопаткой зачерпывать золу, и насыпать ее кру́гом, центром которого было кострище. Когда круг замкнулся, он снова разжег на этом месте костер. На этот раз самый обыкновенный.

  К этому моменту пот с меня лился в три ручья, потому как мы с оборотнем тащили все, что годится в костер, и потому как никто не додумался прихватить с собой топорика, приходилось в ручную ломать особо толстые и большие сучья. За работой мы не заметили как стемнело.

  − Не выходите за пределы круга. - Некромант, несмотря на то, что в таскании бревен не учувствовал, выглядел самым изможденным, словно не спал несколько суток. - Можете даже вздремнуть, если получится, но не выходите. И следите за костром.

  И рухнул в обморок.

  Я попытался привести Мэта в себя, но Миньшек меня остановил:

  − Так надо, пусть лежит. - Выглядел воин обеспокоено, его рука то и дело ложилась на рукоять меча, но он быстро брал себя в руки.

  Прошло не более десяти минут, когда в темноте послышались чьи-то шаркающие шаги. Как я не напрягал зрения, так и не смог ничего заметить. Миньшек же наоборот, немного успокоился, внешне, по крайней мере.

  Совсем страшно стало, когда из темноты прямо перед моим носом вынырнул мертвяк, постояв немного у границ круга, словно вглядываясь в темноту, он прошел мимо.

  − Не видят нас. - Тихо прошептал Миньшек. - Не дергайся.

  Мэт стоял посреди зеленой поляны. Ярко светило солнце, нежно трепал волосы свежий весенний ветерок. Такие астральные проекции опаснее всего, находясь в них, главное не забыть зачем, иначе можно не найти дорогу обратно и остаться тут навсегда.

  В нескольких шагах от него на коленях сидел белобрысый мальчонка лет трех на вид, и с любопытством смотрел на своего гостя. "На сумасшедшего не похож. - С облегчением подумал Мэт. - Возможно получится договориться".

  − Привет. − Колдун протянул ему руку.

  − Здравствуйте. − Ребенок проигнорировал жест Мэта, пристально посмотрев ему в глаза.