Не время для героев (СИ) - Зыков Николай - Страница 62

Я пнул какой-то снежный камень, подвернувшийся на дороге, он заскользил, крутясь. Отправлял его вперёд каждый раз, когда подходил ближе, до тех пор, пока он не слетел с дороги в сугроб.

Перед глазами всплыло лицо Зульмиры. Улыбающееся, даже насмехающееся.

— Нет ничего невозможного, — проговорил я, отгоняя образ видящей.

Странно, но за последнее время мне не приснилось ни одного яркого сна, хотя жизнь и была наполнена событиями, которые занимали голову. Я проснулся пораньше. Вчера вечером Ксюша напомнила, что хотела кое-что показать в квартире моих родителей. Над легендой она решила не запариваться. Просто внушит, что так нужно, и родители не станут возмущаться, что в квартиру вошли двое посторонних. Ну как посторонних?..

Я хотел было возмутиться, что Ксюша попытается влезть в голову к родителям, но она убедила меня, что это не вредит человеку. Стирание воспоминаний — вредит, внушение — нет. Я поверил, а что мне оставалось делать?

Как же больно смотреть на самых дорогих людей, на маму с папой, и не видеть в ответном взгляде не то что теплоты, а даже осознания, что ты их родной сын.

— Что ты хотела показать? — спросил я у девушки, желая поскорее уйти. Не хватало ещё заплакать на глазах у родителей, которые даже не поймут, из-за чего пришедший парень не может сдержать слёз.

Ксюша провела меня в комнату, где стоял компьютер. Только компьютер теперь стоял совсем другой. И… На поверхности стола были чёрные пятна. Как будто кто-то пытался развести небольшой костёр.

— Шарик? — спросил я у Ксюши, когда оглядел подгоревший участок.

Она кивнула.

— Откуда ты знала? В смысле, почему ты повела меня именно в эту квартиру, именно в эту комнату?

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Я просто знаю, что два года назад в квартире была зафиксирована вспышка. Она была исследована, и пресекающие установили явление шарика.

— Из-за чего появились эти пятна? — спросил я у родителей.

Папа ответил:

— Скачок электроэнергии. У нас тогда компьютер сгорел, вот стол слегка задело.

— Ясно, — кивнул я, направившись к выходу. Ксюша пошла за мной.

— Но прошлое ты помнишь обычное? Я вышел из-под контроля, уехал с Саней в город, вернулся, устроился к вам?

— Да, — подтвердила Ксюша.

— Презабавно, — протянул я, натягивая кроссовки. — Значит, — обратился я к девушке, когда мы вышли на улицу, — настоящее изменяется от действий в прошлом, только изменятся… Эм… Как-то странно?.. Неправильно?..

— Да. Я даже боюсь, что если бы не шарик, первое же изменение привело тысячи людей к сумасшествию и раздвоению личности. Если найти способ остановить шарик — настоящее можно было б переписать, но лучше от этого не станет никому.

— Теперь понятно, почему ты, рискнув моим самочувствием, отключила меня от аппарата, — кивнул я. — Боялась, что мне удастся остановить шарик?

— Точно.

— Вся разница между тобой и Зульмирой в том, что ты действуешь против помнящих, когда от них действительно исходит опасность, — усмехнулся я. — Ты сейчас куда?

— Да так, дела личные, — ответила девушка.

— Тогда я домой.

— Может, подвезти? — кивнула Ксюша на машину.

— Я прогуляюсь, спасибо.

— Слушай, Лёш… С руководством ничего не слышно?

— Нет. Непонятно, чего добивалась Зульмира. Её смерть ничего не изменила… Для меня стало только лучше…

— Ладно, надеюсь, и не изменит.

— Пока, — кивнул я и побрёл прочь от дома, который семнадцать лет был родным.

Когда до нового года оставалось два дня, я осознал, что 2008 подошёл к концу. Может быть, он был не самым лучшим, но определённо открывал передо мной шикарные перспективы. Ксюша предложила присоединиться к их шумной компании, чтобы не пришлось чокаться с президентом Медведевым об экран телевизора. Я согласился.

Прогуливаясь с Умкой, я заметил, как мне навстречу идёт мужчина лет тридцати. Деловой: ботинки, брюки, пальто — всё как полагается. На голове никакого головного убора. Погода позволяла. Мужчина даже очки на носу поправлял уверенно, по-деловому.

Я будто почувствовал, что он по мою душу.

— Алексей, — обратился он, когда поравнялся со мной. — Нам нужно поговорить.

— Из пресекающих? — спросил я.

— Да. Меня зовут Алексей Иванович, — представился мужчина.

— Очень приятно. Я уж думал, не встретимся.

— Да мы вообще не хотели вас трогать, но после решили, что поговорить всё же стоит. Чтобы не осталось недопонимания с вашей стороны и излишнего волнения.

— А волнение излишне? — уточнил я, наблюдая, как Умка погналась за воробьём.

— Да. Абсолютно. Видите ли, мы не позволяли Зульмире убивать помнящих, используя людей организации. Она хотела доказать нам, что вы опасны. Даже решила жизнь за это отдать.

— Но не доказала? — понял я.

— Нет. Она доказала лишь то, что вы способны защищать то, что дорого. Тех, кто дорог.

— А как же Саня? Ведь она убила его.

— Убила, — согласился мужчина, — но надеясь, что мы об этом не узнаем. Мы и делали вид, что не знаем. Наше дело — не вмешиваться в разборки между помнящими и видящими. Зульмира без наших людей занялась Саней. Использовала преступников. Приказ — подделка созидающих. Не знаю, догадывались они, что попали в точку, или были уверены в этом.

— Но почему вы не остановили Зульмиру?

— Не в нашей компетентности. Считай, что нам запрещено совать нос в ваши дела. Зульмира этого не поняла.

— Но… Как вы узнали о приказе? Уже разговаривали с Ксюшей?

— Разговаривали, — подтвердил мужчина, — недавно виделись с ней.

— Понятно. Значит, теперь командует она? Вместе с вами?

— Вроде того. Точнее, она одна, мы лишь сообщаем, если недовольны её действиями.

— Но зачем вы создали организацию, если не вмешиваетесь в наши дела? Ведь это вы её основали?

— Ты ведь слышал о тринадцатом?

Я кивнул.

— После второй мировой войны стало ясно, что помнящие и видящие могут быть опасны. Не все, но могут. Организация — лучший способ контролировать и тех, и других. Другое дело, что контроль бывает разным. Более того, за ней закреплено исследование вещей, связанных с феноменом помнящих.

— Вы о путешествиях во времени?

— И о них в том числе.

— Значит, я могу быть спокоен, что завтра мою жизнь не попытаются изменить только лишь потому, что я косо посмотрел в сторону власти? Помнящих, которые не вспомнили жизнь, не будут травить, чтобы они считали себя сумасшедшими?

— Видимо, нет. Всё зависит от Ксюши. И от вас. Думаю, вы захотите присоединиться к работе на пресекающих. Пресекая лишь те события, которые действительно опасны.

— Думаю, захочу, — улыбнулся я.

— Вот и хорошо. В таком случае, спешу откланяться. Меня ждут дела, — кивнул мужчина, поправляя съехавшие очки. — С наступающим!

— Спасибо. Взаимно, — кивнул я.

Мужчина поспешил прочь.

Интересно, он пришёл пешком, или за домом стоит машина? Что это за человек? Забавно, уникальными людьми руководят обычные. Хотя так и должно быть. Обычных — большинство. Им решать, как и что будет. Мы созданы, чтобы присоединиться к ним и помочь. Другое дело, нужно чтобы обычные люди были не совсем обычными, а хотя бы адекватными. Придурков в последнее время развелось столько, что мама не горюй.

Когда поднимался домой, в квартиру, продолжал думать. О руководстве…

"Зульмира этого не поняла". Из-за паранойи, что помнящие опасны? Она же мысли читает, должна была знать, что руководство не помешает ей убивать. Хотя к лучшему, конечно, что не дошло, иначе бы конец нам. Вот интересно, организация устранила бы Зульмиру, начни она истреблять помнящих? Они же должны контролировать опасных видящих. А Зульмира стала бы опасной.

"Зульмира этого не поняла". А может, люди из руководства научились скрывать мысли? Может быть, у них имеется какое-то устройство, которое посылает видящему неверные сигналы? Не знаю… Многого не знаю…