Афёра - Силкин Владимир - Страница 94

Странное положение. Алексей отлично слышал каждое слово сообщников, находясь в пяти-шести метрах от них, знал приблизительно, где они стоят. Он видел калитку в заборе, ведущую на тёмную глухую боковую улочку, — вероятно, Викторов именно через неё проник в общий двор комбината бытового обслуживания и девятого корпуса пансионата, — но при этом братьев Алексей не видел. Он не мог даже различить их фигуры в густой тени старого раскидистого дерева Его положение было похоже на положение слепца, чей слух предельно обострён, а глаза ничего не видят… Это было крайне неудобно, но Макаров надеялся, что где-то рядом, возможно за забором, находятся оперативники, группа полковника Сычёва. Они контролируют ситуацию. И в этом случае задачей Макарова становилось лишь при необходимости перекрыть преступникам путь к отступлению в здание. Пока же он напряжённо вслушивался в разговор сообщников.

Фотографу, очевидно, не понравилось, как брат ответил на вопрос об опоздании.

— Мне не нужны твои комментарии, — буквально прошипел он, услышав небрежный ответ Андрея, — кажется, я ясно спросил, почему ты опоздал? И жду ответа. Ну…

К удивлению Макарова, вновь, как и предыдущей ночью, Викторов, который был как минимум на голову выше щуплого родственника и вдвое шире его в плечах, отнюдь не возмутился начальственным, раздражённым тоном, а лишь постарался оправдаться.

— Ладно, Алик, не кипятись, сейчас объясню, — сказал он виноватым тоном человека, ищущего примирения. — По порядку. В Нестерове у меня сегодня возникли кое-какие подозрения…

— Что? — нервно перебил его фотограф. — Ты же только что сказал, все нормально прошло? Вещь у тебя?

— Да, но…

— Давай сюда, быстро, потом будешь объяснять… Ну, что ты там заметил? — сказал фотограф более спокойным тоном секунд через десять. Макаров понял, что ожерелье вернулось к нему.

Круг замкнулся. Пора было заканчивать спектакль, однако подчинённые полковника Сычёва появиться не торопились. Между тем продолжавшийся разговор двух по-прежнему невидимых для Алексея братьев-сообщников становился все более интересным.

— Понимаешь, в одном вагоне с этими двумя женщинами, — тихо рассказывал Викторов, — ехал начальник милиции из Калининграда, с Южного вокзала…

— Ну и…

— Ну, не знаю, вроде вёл себя спокойно, прогуливался по коридору. Я решил не менять плана — мало ли куда и зачем он мог ехать, всякие совпадения бывают. А если бы попробовали взять меня при изъятии вещи, я бы показал официально оформленный акт. Ну, и потом, как договаривались с тобой, вещь провели как краденную из музея…

— Не из музея, дура, а у меня, — небрежно поправил его фотограф, — заявление моё в бухгалтерии лежит, как всегда, на всякий случай. Завтра заберу… — В голосе фотографа прозвучали самоуверенные нотки, но внезапно их сменила тревога. — Ладно, хорош хвастаться… Что дальше-то было, говори — две минуты тебе, быстро… — Макарову показалось, что главарь что-то вдруг заподозрил. Однако его брат не понял причины неожиданной тревоги сообщника.

— Да все нормально закончилось, — ответил он так же спокойно, как прежде. — Зашли в купе, там две бабы сидели. У Бочкарёвой потребовали предъявить для досмотра сумку и сразу же обнаружили то, что требовалось, — она, дура, и не догадалась даже спрятать. Генка Ржавый ей сказал, что, мол, вещь краденая, мы её изымаем, а если хочет жаловаться, то обращаться туда-то, и вручил копию акта об изъятии. В общем, как обычно, сам…

— А что, разве она не одна ехала? Зойка-кассирша подвела, что ли? — перебил его фотограф.

— Вряд ли. Я лично с ней разговаривал и «стольник» за услуги вручил, до Белоруссии никого не должно было быть. Может, проводница решила подзаработать и подсадила?

— Ладно. Что дальше было? — задумчиво спросил фотограф.

— Ничего, — ответил Викторов. — Доехали, зашли в бар пива попить, время скоротали, и вот я у тебя. Задержался, чтобы проверить, не следят ли. После этого мента в вагоне не лишне было…

Фотограф помолчал.

— Не очень хорошо, — сказал он после не долгих раздумий.

— Что? — насторожённо спросил таможенник, похоже, не ожидавший такого вывода из своего рассказа.

—Мне сегодня из гостиницы звонили, — медленно произнёс фотограф. — Сказали, какой-то мент пару дней назад из Москвы к ним приехал, насчёт ублюдка московского, которому ты на днях утонуть помог, нюхать. Там все чисто, свидетелей не было?

— Нет, что ты. Погоди, может быть, это…

Но фотограф снова не дослушал брата.

— Смотри, Андрюша, — зловеще сказал он свистящим шёпотом, — за это ведь тебе вышачок может высветить…

— Так это ж ты сказал сделать, — чуть заикаясь, произнёс Викторов, — он же насчёт ожерелья пронюхал и насчёт Красавчика.

— Вот-вот, и Красавчика ты, братишка, шлёпнул, а тут уж не только милиция, но и блатные, если что, не пощадят. Так что смотри, берегись… Землю рой.

— Не бойся, все нормально будет.

— А может, тебе отвалить отсюда временно, взять отпуск?

— Пожалуй. Завтра займусь. В Польшу мотану.

— Пистолет у тебя? — без перехода спросил фотограф.

— У меня.

— Давай сюда.

— Зачем?

— Спрячу. Без него тебе спокойнее будет.

— Ладно. Держи, — чуть запнувшись, сказал Викторов, а Макаров подумал некстати, что зря он согласился.

Прошла ещё секунда, и наконец с улицы послышались торопливые шаги. Алексей понял, что пришло время долгожданной развязки, и вытащил пистолет. «Вовремя ребята Сычёва появились, — подумалось ему. — Улик столько, что братьям — главарю и убийце-исполнителю — хватит на много лет за решёткой…» Вдруг у дерева послышался тихий шипящий шлёпок и почти одновременно от калитки в заборе закричали:

— Вит, Фокус, где вы?.. Там менты на улице, здание обкладывают, только что в мастерскую полезли…

— Стой, сука, стреляю! — закричали с улицы. — Ты окружён…

Из происходящего Макаров понял, что Андрей Викторов перед тем, как идти на встречу с братом, оставил в удобном для наблюдения месте за поворотом с центральной улицы в переулок, примыкавший к двору девятого корпуса, своего человека. Едва люди полковника, встревоженного, очевидно, долгим отсутствием условного сигнала от Алексея, стали окружать здание, чтобы перекрыть все выходы из него, наблюдатель их заметил и бросился предупредить босса.