Под конвоем лжи - Силва Дэниел - Страница 151

— Что нужно?

— Я хотел бы, с вашего позволения, увидеть мистера Поупа, — очень вежливо сказал Нойманн. — Мне кое-что нужно, и мне сказали, что здесь я наверняка это найду.

— Мистера Поупа нет, мы не работаем, так что вали отсюда, да поживее.

Гигант начал закрывать дверь. Нойманн проворно подставил ногу.

— Прошу прощения, но у меня действительно довольно срочное дело. Может быть, вы сможете мне помочь?

Гигант теперь рассматривал Нойманна, не скрывая растерянности. Он, по-видимому, пытался сообразить, как сочетается университетское произношение непрошеного посетителя с простонародным полупальто и разбитым лицом.

— Ты, наверно, не слышал, что я сказал, — заявил он, придя к какому-то выводу. — Мы не работаем. Закрыты. — Он схватил Нойманна за плечо. — А теперь топай, по-шустрому!

Нойманн ударил гиганта кулаком в кадык, а потом выхватил «маузер» и всадил пулю ему в ногу. Мужчина грохнулся на пол и лежал, то завывая от боли, то хватая широко раскрытым ртом воздух. Нойманн вошел внутрь и закрыл за собой калитку. Склад оказался точь-в-точь таким, каким его описала Кэтрин: фургоны, автомобили, мотоциклы, штабеля с продуктами, предназначенными для реализации на черном рынке, и множество канистр с бензином.

Нойманн наклонился к раненому.

— Если ты пошевелишься, я выстрелю еще раз, только теперь не в ногу. Ты меня понял?

Гигант что-то промычал.

Нойманн выбрал черный фургон, открыл дверь и включил мотор. Взяв две канистры бензина, он поставил их в фургон. Вообще-то, если подумать, путь предстоял очень долгий. Он взял еще две канистры и поместил их туда же. Забравшись в кабину, он подвел машину к главным воротам, вышел и открыл их.

Перед тем как уехать, он присел на корточки около раненого охранника.

— На твоем месте я направился бы прямехонько в больницу.

Тот смотрел на Нойманна, как будто вообще перестал что-то понимать.

— Черт возьми, парень, кто ты такой?

Нойманн улыбнулся. Он отлично знал, что правда прозвучит настолько чудовищно, что этот бандит ни за что в нее не поверит.

— Я немецкий шпион и удираю от МИ-5.

— Угу, если так, то я долбаный Адольф Гитлер.

Нойманн сел за руль фургона и повел машину по улицам Лондона.

Гарри Далтон снял с фар маскировочные заслонки и теперь очень быстро гнал по улицам Лондона на запад. Транспортная секция предложила квалифицированного водителя, но Гарри хотел сам сидеть за рулем. Он бросал машину из стороны в сторону, одна рука постоянно нажимала на кнопку клаксона. Вайкери расположился рядом с ним на переднем сиденье, нервно держась за ручку на торпеде. «Дворники» елозили по стеклу, безуспешно пытаясь разогнать воду. Во время поворота на Кромвель-род Гарри так прибавил газу, что машину чуть не развернуло на скользком мокром гудроне. В такой же манере он проехал по этой улице, а потом повернул на юг по Эрлс-корт-род. Там он еще раз свернул в узкий переулок, но и по нему гнал с почти такой же скоростью, притормозив лишь дважды — чтобы объехать мусорный бак и пропустить кошку. Поравнявшись с черным ходом обычного многоквартирного дома, он резко надавил на тормоз. Машина несколько ярдов проползла юзом и остановилась.

Гарри и Вайкери выскочили из машины, вошли в дом через черный ход и поспешно поднялись по лестнице на пятый этаж, где находилась квартира наблюдателей. Вайкери, стараясь не обращать внимания на боль, терзавшую его колено, не отставал от Гарри.

«Если бы только Бутби позволил мне арестовать их несколько часов назад, — думал он, — у нас сейчас не было бы такой суматохи!»

А может быть, правильнее было бы употребить слово «бедствие».

Агент, которому было присвоено кодовое имя Рудольф, только что спрыгнул с поезда на вокзале Истон и скрылся в городе. Вайкери оставалось предполагать, что теперь он попытается выбраться из страны. Ему ничего не оставалось, кроме как арестовать Кэтрин Блэйк; ее необходимо было упрятать в тюрьму, где ей не помогли бы ее навыки и способности. В этом случае можно было рассчитывать на то, что она откроет им, куда направляется Рудольф, как он намерен бежать, входят ли в их сеть другие агенты и где он держит рацию.

Впрочем, Вайкери не испытывал ни малейшего оптимизма. Все, что он знал об этой женщине, подсказывало ему, что она не пойдет на сотрудничество даже под страхом смерти. От нее требовалось лишь протянуть достаточно долго, чтобы Рудольф мог убежать. Если ей это удастся, абвер получит доказательства того, что британская разведка вела против него грандиозную акцию по дезинформации. Последствия были бы настолько ужасны, что их даже трудно было представить. Пошли бы прахом все усилия, потраченные на операцию «Сила духа». Немцы могли без большого труда понять, что союзники запланировали высадку в Нормандии. Вторжение пришлось бы отложить и готовить заново; иначе оно, скорее всего, закончилось бы кровавой катастрофой. Жестокая оккупация Западной Европы Гитлером затянулась бы надолго. Погибло бы бесчисленное множество людей. И все это из-за того, что операция, порученная Вайкери, провалилась. У них теперь оставался один-единственный шанс: арестовать ее, выбить из нее информацию и перехватить Рудольфа, прежде чем тому удастся выбраться из страны или воспользоваться рацией.

Гарри открыл дверь квартиры, и они вошли внутрь. Свет в комнате не горел, занавески на окне были раздвинуты. Вайкери, напрягая зрение, пытался разглядеть фигуры, расположившиеся в комнате и напоминавшие своей неподвижностью скульптуры в затемненном саду: пара усталых наблюдателей, застывших у окна, с полдюжины напряженных в ожидании действия сотрудников Специальной службы, прислонившихся к дальней от окна стене. Командир группы, старший офицер Специальной службы Картер — крупный человек обманчиво добродушного вида с толстенной шеей и рябым лицом. Из угла толстогубого рта свисала погашенная из соображений конспирации сигарета. Когда Гарри представил ему Вайкери, он с силой стиснул протянутую руку и подвел Вайкери к окну, чтобы объяснить свою диспозицию. Говорил он, не вынимая сигарету изо рта, и с нее летел остывший пепел.