Под конвоем лжи - Силва Дэниел - Страница 160

Коммандер Лоу не считал, что Шарлотта Эндикотт была полностью не права в своем предположении. Больше того, он был уверен, что она наткнулась на что-то весьма серьезное. Девушка, естественно, не могла знать, что за несколько часов до начала ее смены майор Вайкери из МИ-5 передал в Службу Y запрос об особом слежении именно за такого рода вещами.

Следующие несколько минут Лоу потратил на переговоры со своими коллегами в Фловердауне и Исландии, пытаясь выявить точку схождения пеленгов. К сожалению, сеанс связи был коротким и местоположение передатчика определялось весьма приблизительно. Как Лоу ни старался, ему удалось сузить район поиска лишь до весьма обширной территории восточной Англии, охватывавшей весь Норфолк и значительную часть Суффолка, Кембриджшира и Линкольншира. Толку было не слишком много, но и это было кое-что.

Лоу порылся в бумагах, лежавших на его столе, в конце концов откопал лондонский номер Вайкери и снял трубку телефона безопасной линии.

Из-за атмосферных условий Северной Европы коротковолновая радиосвязь между Британскими островами и Берлином была фактически невозможна. По этой причине радиоцентр абвера разместили в подвальном помещении большого особняка, находившегося в гамбургском пригороде Вольдорф и в 150 милях от столицы Германии.

Через пять минут после того, как радист U-509 закончил передавать сообщение в штаб флотилии подводных лодок, базирующейся на севере Франции, оперативный дежурный приказал сдублировать его для Гамбурга. Его коллегой в Гамбурге был ветеран абвера по имени капитан Шмидт. Он занес текст радиограммы в журнал, сделал срочный звонок по безопасной линии в штаб абвера в Берлине и сообщил лейтенанту Вернеру Ульбрихту о развитии событий. После этого Шмидт покинул особняк, вышел на улицу и дошел до ближайшей гостиницы, откуда заказал еще одни переговоры с Берлином. Ему не хотелось вести этот разговор по непрерывно прослушивавшимся линиям связи абвера, поскольку номер, который он назвал телефонистке, принадлежал аппарату, установленному в одном из помещений службы бригадефюрера Вальтера Шелленберга на Принц-Альбертштрассе. К сожалению для Шмидта, Шелленберг раскопал за ним одно неприятное дельце с шестнадцатилетним мальчиком, имевшее место в Гамбурге. Чтобы избежать кары, Шмидт с готовностью согласился работать на Шелленберга. Когда его соединили, он побеседовал с одним из многочисленных помощников Шелленберга — сам генерал отправился куда-то на обед — и сообщил ему новости.

Как раз сегодня Курт Фогель решил переночевать в своей маленькой квартирке, расположенной в нескольких кварталах от Тирпиц-уфер. Ульбрихт позвонил ему туда и сообщил, что Хорст Нойманн вошел в контакт с подводной лодкой и начинает операцию по выходу с территории Великобритании. Еще через пять минут Фогель закрыл за собой дверь парадного и быстро зашагал под дождем в направлении Тирпиц-уфер.

В ту же самую минуту Вальтер Шелленберг сделал обычный звонок своим подчиненным и был проинформирован о событиях в Великобритании. Он сразу же набрал номер рейхсфюрера Генриха Гиммлера и доложил ему о новостях. Гиммлер приказал Шелленбергу прибыть на Принц-Альбертштрассе — ночь предстояла долгая, и он хотел иметь компанию. По чистой случайности получилось так, что Шелленберг и Фогель чуть ли не в одну и ту же секунду прибыли в свои кабинеты и приготовились к ожиданию.

Выяснения точки высадки союзников во Франции.

Решения участи адмирала Канариса.

И все это зависело от нескольких слов кучки шпионов, спасающихся от преследования МИ-5.

Хэмптон-сэндс, Норфолк

Дверь сарая Мартин Колвилл распахнул ударом приклада. Нойманн, все еще стоявший возле рации, услышал шум и, не глядя, потянулся за «маузером». Колвилл заметил движение, повернулся, вскинул ружье и выстрелили в Нойманна. Тот за долю секунды до выстрела отпрыгнул в сторону и перекатился по полу. В тесном сарае грохот дробовика показался оглушительным. Рация, в которую угодил весь заряд, разлетелась на части.

Колвилл снова направил оружие на Нойманна. Тот приподнялся на локте, вскинув в протянутой руке «маузер». Шон Догерти метнулся вперед.

— Перестань! — крикнул он Колвиллу.

Мартин резко обернулся, ткнул ружьем в сторону Догерти и нажал на спуск. Заряд крупной дроби попал Догерти в грудь, сбил с ног и швырнул назад, словно тряпичную куклу. Он упал навзничь, из огромной дыры в груди потоком хлынула кровь. Шон Догерти умер через несколько секунд.

Нойманн выстрелил, пуля попала Колвиллу в плечо и развернула его. К тому времени Кэтрин успела достать свой «маузер» и, держа его двумя руками, прицелилась в голову Колвилла. Она выстреляла дважды подряд; благодаря глушителю выстрелы прозвучали, как короткие глухие щелчки. Голова Колвилла словно взорвалась, и он был мертв прежде, чем его тело рухнуло на пол сарая Догерти.

Мэри Догерти находилась в спальне на втором этаже. Она лежала в своей постели, погрузившись в тревожное полузабытье, из которого ее вырвал громкий ружейный выстрел. Она села, резко выпрямившись, но едва она успела спустить ноги на пол, как ночную тишину разорвал второй выстрел. Она отбросила одеяло и со всех ног побежала вниз.

В доме было темно, гостиная и кухня пусты. Мэри выскочила за дверь. Дождь сразу хлестнул ей в лицо. Только сейчас она сообразила, что одета лишь в свою фланелевую ночную рубашку. Вокруг снова не было слышно никаких звуков, кроме завывания бури. Она окинула взглядом сад: на дорожке стоял незнакомый черный фургон. Повернувшись к сараю, она увидела там свет. Громко крикнув: «Шон!», она помчалась туда.

Мэри выбежала из дома босиком, а земля была холодная и раскисшая от непрерывных дождей. Преодолевая короткое расстояние от дома до сарая, она успела несколько раз выкрикнуть имя Шона. Слабый свет, падавший из приоткрытой двери, осветил валявшуюся на земле коробку, в которой поблескивали торцы гильз охотничьих патронов.

Как только она вошла внутрь, у нее перехватило дыхание. Крик рвался наружу, но она не смогла издать ни звука. Прежде всего она увидела на полу в нескольких футах от себя тело Мартина Колвилла. У него оставалась только половина головы; все вокруг было забрызгано кровью и отвратительными красными и розовыми клочками. Мэри почувствовала резкий спазм в желудке и решила, что ее сейчас вырвет.