Под конвоем лжи - Силва Дэниел - Страница 77

— Даю вам слово, Карл, — ответил Вайкери, снова усаживаясь за стол.

— Я слышал разговоры, что ее зовут Анна Штайнер. Что ее отец был вроде бы из аристократов. Из тех богатых прусских поганцев, со шрамами на щеках после дуэлей. От нечего делать баловался дипломатией. Вам ведь знаком этот тип людей, не так ли? — Дожидаться ответа Бекер не стал. — Господи, она была красавицей. Разве что слишком длинная, если на мой вкус. Говорит на идеальном британском английском языке без всякого иностранного акцента. Опять же по слухам, ее мать была англичанкой. Говорили, что летом тридцать шестого года она жила в Испании, трахалась с каким-то тамошним фашистским ублюдком по имени Ромеро. А потом оказалось, что сеньор Ромеро был агентом и вербовщиком абвера. Он связался с Берлином, получил свой гонорар и передал ее абверу. А там уж за нее взялись как следует. Прекрасной Анне сказали, что родина нуждается в ее помощи и что если она не станет добровольно и с готовностью сотрудничать, ее папа фон Штайнер отправится в концентрационный лагерь.

— Кто из центрального аппарата ею занимался?

— Я не знаю его имени. Такой ублюдок с кислой рожей, будто у него все время болят зубы. Умный, вроде вас, но безжалостный.

— Его звали не Фогель?

— Я не знаю. Может быть.

— Вы никогда больше не видели ее?

— Нет, только тогда.

— Но что же все-таки случилось с нею?

Бекер затрясся в следующем приступе кашля. Он поспешно закурил очередную сигарету, и ему вроде бы полегчало.

— Я же сказал вам, что пересказываю то, что слышал, а не то, что знаю. Вы понимаете разницу?

— Вполне понимаю.

— Ходили слухи, что где-то в горах к югу от Мюнхена был еще один лагерь. Очень изолированный, все окрестные дороги вроде бы были наглухо перекрыты. Местные жители туда и на пушечный выстрел приблизиться не смели. По тем же слухам, именно туда послали нескольких специальных агентов — тех, кого планировалось внедрять с особой тщательностью.

— Она входила в число этих агентов?

— Да, Альфред. Мы вроде бы это уже выяснили. Посидите со мной еще немного, пожалуйста. — Бекер снова запустил пальцы в коробку с конфетами. — Можно было подумать, что туда, в самую середину Баварии, вдруг взяли и опустили с неба английскую деревню. Там есть паб, маленькая гостиница, коттеджи, даже англиканская церковь. Каждого агента поселяют в отдельный коттедж, и он живет там не менее шести месяцев. По утрам они сидят в кафе, пьют чай и читают лондонские газеты. Они разговаривают только по-английски и слушают популярные радиопрограммы Би-би-си. Что касается меня, то я впервые услышал «Вот снова этот человек»[32] , только когда попал в Лондон.

— Продолжайте.

— Для них составляли специальные шифры и разрабатывали специальные процедуры свиданий. Их куда серьезнее обучали пользоваться оружием. И, кстати, убивать без шума тоже учили. А по ночам к парням даже посылали шлюх, свободно говорящих по-английски, чтобы они учились трахаться по-британски.

— А как насчет нашей женщины?

— Говорили, что ее трахал сам начальник — как, вы сказали, его имя? — Фогель, кажется? Но, повторяю, все это только слухи.

— Вы когда-нибудь встречали ее в Великобритании?

— Нет.

— Я хочу знать правду, Карл! — Вайкери вдруг так сильно повысил голос, что один из охранников приоткрыл дверь и заглянул внутрь, чтобы удостовериться, что между следователем и допрашиваемым не возникло никаких недоразумений.

— Я говорю вам чистую правду! Господи боже! Да вы же в одну минуту Альфред Вайкери, а в следующую уже вылитый Генрих Гиммлер. Я никогда больше не видел ее.

Вайкери перешел на немецкий. Он опасался, что охранники попытаются подслушать их разговор.

— Вы знаете, под каким именем она живет в Англии?

— Нет, — ответил Бекер на том же языке.

— Вы знаете ее адрес?

— Нет.

— Вам известно, где она работает? В Лондоне?

— Судя по тому, что мне про нее известно, она может работать хоть на Луне.

Вайкери тяжело вздохнул, почти не стараясь скрыть своего разочарования. Вся эта информация была чрезвычайно интересной, но, как и разгадка убийства Беатрис Пимм, нисколько не приближала его к объекту поисков.

— Подумайте, Карл: вы рассказали мне все, что вам о ней известно?

Бекер улыбнулся.

— Поговаривали, что она большая мастерица по части потрахаться. — Заметив, что щеки Вайкери вдруг порозовели, Бекер поспешно добавил: — Извините, Альфред. Господь свидетель, я забыл, что вы порой бываете скромнее, чем школьник перед первым причастием.

— Почему вы не рассказали всего этого прежде — я имею в виду то, что касается специальных агентов? — спросил Вайкери, продолжая говорить по-немецки.

— Как же, Альфред, старина? Я говорил.

— Кому же? Мне вы об этом не говорили никогда.

— Я рассказал все это Бутби.

Вайкери почувствовал, как кровь снова прилила к его щекам, а сердце забилось так, будто собиралось вырваться из груди. Снова Бутби! С какой стати Бутби могло понадобиться допрашивать Карла Бекера? И почему он сделал это в отсутствие Вайкери? Бекер был его агентом. Вайкери арестовал его, Вайкери перевербовал его, Вайкери использовал его в своей операции.

— Когда вы встречались с Бутби? — спросил Вайкери, стараясь сохранять спокойное выражение лица.

— Я точно не помню. Здесь трудно следить за временем. Несколько месяцев назад. Может быть, в сентябре. Нет, пожалуй, это был октябрь. Да, скорее всего, в октябре.

— Что именно вы ему говорили?

— Я рассказал ему об агентах, рассказал о лагере.

— И о женщине вы ему тоже рассказали?

— Да, Альфред, я рассказал ему все. Он гнусный ублюдок. Я его терпеть не могу. И на вашем месте я держал бы с ним ухо востро.

— Был с ним кто-нибудь еще?

— Да, такой длинный парень. Красивый, как кинозвезда. Белокурый, синие глаза. Настоящий немецкий сверхчеловек. Только вот тощий, как палка.

— А было у этой палки какое-нибудь имя?

Бекер откинул голову назад. То ли он на самом деле напрягал память, то ли решил не упустить возможности разыграть еще один спектакль.

— Христос, это было какое-то забавное имя. Название инструмента или что-то в этом роде. — Бекер с силой потер пальцем переносицу. — Нет, что-то из домашней утвари. Швабра? Ковш? — продолжал он рассуждать по-немецки. — Нет, метла! Вот именно, метла! Представьте себе, этот парень больше всего похож на палку от метлы и носит фамилию Брум[33] . Вам, англичанам, иногда удаются совершенно изумительные шутки.