В поисках Белого города (СИ) - Лирмант Елена - Страница 101

— Город пришлось уничтожить, — сказал Кэрт.

— А когда вы будете его восстанавливать? — спросил я

— Боюсь, что никогда, — вздохнул Старший. — Здесь мертвая земля, мертвая вода, здесь пространство смерти, мы не можем, не имеем права звать сюда людей.

— А вы?

— А что мы? Мы белые жрецы, прилетаем сюда только для работы. Но с наступлением темноты возвращаемся в Белое братство.

— Вы должны возродить Белый город, — уверенно сказал я.

— Коста, это невозможно! Мы пока не поняли, что случилось с землей и водой. Смотри, прошло почти два года, а трава так и не выросла. Земля голая. Воду тоже пить нельзя, вроде обычная вода, а рыба, пущенная в реку, дохнет.

— Вы не имеете права опускать руки. Белый город нужно возродить!

— Нас слишком мало, другие дела связывают руки.

— Тогда этим займусь я!

— Ты берешь на себя слишком много, сын, — сказал Кэрт.

— Отец, я не верю, что люди, которые смогли спрятать целую солнечную систему, не смогут оживить землю, — ответил я.

— Но мы не смогли, — повторил белый жрец.

— Вы да, но нужно попросить помощи у людей, которые живут на земле, работают на ней.

— Сюда никто не приедет, тут царствует смерть…

— Позволь мне заняться этим.

— Дерзай, надеюсь, скоро ты сам поймешь всю несостоятельность своей затеи.

И я остался в Белом братстве. Вызвал Энтони. Мы с ним целыми днями изучали землю и воду. Вы не поверите, но они были стерилизовано чистые. Мы пытались оживить ее микробами, но все они дохли. Мы смешивали живую землю с мертвой, и через несколько часов, живая земля превращалась в ржавую. Каждый день с утра на Совете. Мы с Энтони отчитывались в проделанной работе, и каждый раз приходилось признаваться в своих неудачах. Белые жрецы сочувственно выслушивали нас, кивали головами, вздыхали тяжело и повторяли: — Видимо, придётся ждать, пока земля сама оживет.

— Но на это могут уйти столетия, — кричал я.

— У нас нет другого выхода, — говорили они.

— Выход есть, обязательно есть, — не унимался я, — надо только его найти.

— Ищи, — соглашались они. — Но учти, здесь нет силы жизни, нет ни птиц, ни животных, значит и людям здесь нельзя находиться.

И я искал. Отпустил Энтони. Его ждали неотложные дела. И проводил время, в библиотеке Валатарь — камня, как они называли это строение похожее на гору, или круглую пирамиду. Мне кажется, я изучил город лучше всех. Знал название улиц, кто в каком доме жил. Меня поразил своей красотой мост, соединяющий остров с материком. Это было чудом архитектуры. Представьте себе полутора километровое сооружение, похожее на крытую галерею, бортики которой представляли собой выделанные из камня травы и цветы, колонны — каменные стволы деревьев, и крыша искусно вырезанные ветви и листья. Белые жрецы выдали мне обруч, который я надел на голову, он отпугивал всех хищников (раттерианцы вообще не убивали своих животных, а придумывали множество приспособлений, чтобы отгонять их как можно дальше от своих обжитых мест). Несколько дней я потратил на подводные поиски, и мне удалось найти четыре обломка этого моста. Мысль о том, что сами раттерианцы должны помочь мне в возрождении города. Все больше укреплялось в моем сознании. И, наконец, я вернулся в Туле.

И первым человеком, с кем я решил поговорить, была Арта. Не знаю почему, но я чувствовал, что именно она сможет мне дать совет. Поэтому я выложил ей все. Она выслушала молча.

— Белых жрецов можно понять, — задумчиво произнесла она, когда я кончил свой рассказ, — они считают себя нашими хранителями, и им никогда не придет в голову, что и простые раттерианцы могут знать то, что не известно им, ведающим истину. В твоих словах есть смысл. Только вот в чем загвоздка. Сможешь ли ты убедить горян, полян, древлян и озорян помочь тебе! Белый город для них — почти другая планета. Он им не нужен. У них есть свой кусочек земли, который их кормит и поит.

— Арта, так нельзя, — не выдержал я. — Горожане Белого города погибли, но защитили вас, они давали вам надежду на возрождение! И это все оставить! Забыть их?

— Нет! В этом ты прав! Я не могу тебе ничего сказать про другие кланы, а вот про горян могу кое-что рассказать. Я сама из их клана. Каждый род гордиться своими мастерами по камню. И соревнуются между собой. Вот на этом ты и можешь сыграть. Тем более, что тебе удалось узнать имена мастеров, кто строил этот мост. Некоторые рода еще существуют. И ты вполне можешь призвать потомков восстановить то, что строили их предки. И для пущей убедительности, возьми с собой обломок моста.

— Арта, — я кинулся к старшей матери, крепко обнял и поцеловал, — ты самая удивительная женщина!

— Ну, что ты мальчик, — она потрепала меня по волосам, — я просто старшая рода! И вот еще что, попросим, чтобы с тобой поехал Грэг. Это придаст вес твоей миссии.

Вечером, Арта созвала на ужин всю семью. Я опять выступил со своим предложением. Сюа и Кэрт категорически были против моей затеи, зато Грэг, Веда. Антоэль и Эника, жена Среднего, прекрасное создание, меня поддержали. Младший и Уллин заняли нейтральную позицию. Обсуждение было бурным. Убедить Верховную жрицу и Кэрта было нелегкой задачей. Но я проявил все своё упрямство. Нажимая на то, что я не белый жрец, и даже не раттерианец, я приду от своего имени, и попрошу помощи, так как именно мне Кэрт поручил возродить Бель. Но мне нужно от Белого братства только одно — одобрение, и что, если моя миссия увенчается успехом, пришедших в Белый город простых раттерианцев не отправят обратно. И они сдались.

— Хорошо, — согласилась Сюа, — я беру ответственность на себя, и посылаю тебя от имени Белого братства с просьбой о помощи, но я хочу, чтобы ты знал, не обольщайся! Вряд ли ты добьешься успеха.

Это была маленькая, но все-таки победа. И вот договорившись с Грэгом о времени нашего путешествия, я слетал в Белый город, к этому времени, я уже неплохо водил летательный аппарат раттерианцев, загрузил в него обломок моста, взял образцы земли и воды. И через несколько дней, я, Грэг и Агнар отправились по кланам.

Начали мы с горян. Их предупредили, и попросили собраться в селении самом ближнем к полянам. Когда мы приблизились к их домикам, я снова залюбовался и удивился творению рук человеческих. Это был сказочный городок, выдолбленный в скалах. Ни одного похожего друг на друга строения, узкие улочки украшенные скульптурами и фонтанами, даже каменные плиты, которыми были уложены улицы, были не просто четырехгранными булыжниками, а целые мозаичные картинки из бытовой жизни горожан. На большой площади, собралось много народа. Как мне объяснил Грэг, все хотели своими глазами увидеть мидгардца, который помогал отыскать Белый город, и теперь явившийся к ним за помощью. В самых первых рядах на каменных резных скамейках сидели мужчины, рослые, но тонкие в кости, темноволосые с непроницаемыми лицами. За ними женщины, детей видно не было. Я почувствовал себя как на научном Совете. Но быстро взял себя в руки. Глядя на этих мужественных людей, вся моя заготовленная речь, показалась мне какой-то неуместной. В ней я думал скрыть, что в городе нельзя жить. Но именно с этого я и начал. Я рассказал все как есть! Ничего не приукрашивая, и ничего не преуменьшая. Рассказал, о том, какой красивый был Бель или Белый город. И выложил на стол, те чертежи и рисунки, которые мне удалось найти в библиотеке.

Выслушав меня, они какое-то время помолчали. Потом поднялся один из горян и спросил: — Зачем тебе это нужно?

— Что? — не понял я.

— Зачем тебе нужно восстановить этот город. Раз он мертв, значит так нужно Божественной Свати. Не лучше ли оставить все, как есть?

Я обиделся, неужели Сюа была права? И им безразличен Бель?

— Скажи, — спросил я его. — У тебя есть дети?

— Есть два сына, а что?

— Когда они поранят руку, или ногу, что ты сделаешь?

Горянин поднял удивленно брови, но ответил: — Вылечу рану.

— Когда-то давным-давно, белые жрецы, чтобы спасти всех вас, спрятали Белый город. И тем самым нанесли рану Раттеи, вашей планете. И я хочу залечить ее. Смотри, у тебя под ногами, между плит растет трава, потому что земля живая, а там ни травинки.