В поисках Белого города (СИ) - Лирмант Елена - Страница 19

В подземелье я нашёл только Вана, он лежал на раскладушке и смотрел в потолок. Увидев меня, сплюнул на пол.

— Что ты долго ходишь за водой, сбежать хотел?

— Если бы хотел, сбежал бы, у тебя разрешения спрашивать не стал бы, — ответил я.

— Ну-ну!!!

Уходить он, видимо, не собирался. Я постоял немного, сам не зная чего ожидая, а потом подошёл к клетке и открыл ее.

— Эй, ты чего? — заголосил Ван. — Закрой, выскочат ведь…

— Ну, и выскочат. Подумаешь, тебя покусают чуток. От тебя не убудет! — улыбнулся я. Гырхи отошли от меня и, прижавшись к Дине, сели на задние лапы, загораживая ее. Не обращая на них внимания, я вылил оставшуюся воду в мисках, налил свежую, втащил второе ведро с плодами и стал осторожно их выкладывать на цементный пол. Наверное, Ван слез с раскладушки и хотел подойти к клетке, чтобы получше рассмотреть, что я делаю, но тут Дан вскочил на ноги и сделал вид, что собирается прыгнуть. Завизжав, лаборант припустился к двери, выскочил, звякнул замок. Мы переглянулись с Даном. Я улыбнулся ему в знак благодарности. Разложив плоды, встал и вышел из клетки. Первой к ним подошла Дина, понюхала их и с жадностью стала есть. К ней присоединились и другие гырхи. Не прошло и минуты, как все было съедено. Все трое сидели и облизывались.

— Дина, — обратился я к самке гырха, которая тут же подняла голову и посмотрела на меня, она приняла это имя, — там кто-то есть?

Дина подняла уши, повела ими, и мотнула головой.

— Дан, Дон, ребята, давайте за работу, у нас мало времени.

Гырхи выскочили и скрылись за камнем.

— Дина, тебе надо ходить. Много лежать вредно, — медленно, чтобы она меня поняла, произнес я.

Самка тяжело поднялась на ноги, сделал несколько шагов. Было видно, что ходить ей тяжело. Слишком долго она лежала. Но посмотрев на меня, она вышла из клетки и стала осторожно по периметру обходить подвал, обнюхивая все, что встречалось на ее пути. Подошла к камню, за которым полным ходом шла работу по рытью норы, и как мне показалось, удовлетворенно рявкнула. Потом отошла, неуклюже забралась на раскладушку и легла на бок. Я сел рядом на пол. И стал ждать. Время текло. Наверное, я задремал. Потому что, когда мне в щёку уткнулось что-то мокрое и холодное, испуганно вскрикнул. Передо мной стоял Дон. Его глаза сияли гордостью.

— Все сделали? — спросил я, хотя спрашивать было незачем и так было ясно. — Ребята, что-то быстро вы прорыли подкоп. Куда он ведет?

Дон мне не ответил. Он не понял меня.

— Подождите, я проверю, — и, вскочив на ноги, бросился к камню и полез по норе. Проход был достаточно широкий, так что я полз на четвереньках вполне спокойно. Да, и ползти было не очень далеко. Скоро впереди замерцал свет, и я выполз наружу как раз под лестницей, ведущей к моим цветам. За мной вылез Дон. Он оглядывался, вертя мордой в разные стороны, решая куда бежать. Я схватил его за голову и заставил посмотреть мне в глаза. В сознании стал прокручивать ситуацию, когда они приблизятся к проволоке под током, и их убьет. Потом представил, как всходит солнце, человек дергает рычаг, проволока гаснет, и гырхи спокойно перелезают через лаз. Дон сморщил нос и тихо зарычал. Я понял, он мне не верит, тогда я представил себе, как шёл за водой, и показал рукой на кусты, окаймлявшие космодром. И подтолкнул его. Мол, сбегай, посмотри.

Дон только сделал движение вперед, и тут же, как будто бы растворился в воздухе. Его черная шерсть слилась с черными пятнами земли, которые создавали причудливые тени деревьев и кустарников, освещенные двумя лунами.

Вернулся он быстро. Глаза уже не сияли радостью. Они были печальны. Мы оба полезли обратно. У входа нас ждали Дина и Дан. Дон сел перед ними и стал смотреть на обоих, переводя взгляд то с одного, то на другого. Дина подняла голову и тихонько завыла. Я не выдержал:

— Дина, девочка, подожди немного. Только солнце встанет, и вы уйдете, я обещаю вам.

Я погладил ее по голове, и она сунула морду мне в шею. Потом я повел ее к раскладушке, она легла, а мы все втроем уселись около нее, ожидая восход солнца. По моим подсчетам ждать осталось недолго.

Вдруг Дина дернула ушами, ее движение повторили Дон и Дан. И все трое бросились к клетке и заняли свои привычные места. Мне осталось только закрыть засов и лечь, притворившись спящим. Тихо щелкнул замок, вошёл Вороир, и потряс меня за плечо:

— Романов, быстро к доктору.

— Зачем? — недовольно поинтересовался я.

— Комендант, не нашёл тебя в кровати и поднял крик. Надо тебя показать!

— Ладно, — буркнул я, и бросил взгляд на Дона, Гырхи сидели перед Диной и с тревогой смотрели на меня. Их клыки были видны как никогда — Не волнуйтесь, я скоро вернусь, — мысленно успокоил я их.

В кабинете у доктора сидел комендант. Увидев меня, он подошёл и стал внимательно разглядывать!

— Где вы были, Романов? Я несколько раз за ночь заходил к вам в комнату, вас там не было!

— В лаборатории сидел за микроскопом. Спать не хочется. По работе соскучился, — соврал я, и кажется, покраснел.

— Если судить вот по этому диагнозу, что дал мне доктор, вы находитесь в плачевном состоянии. И что сидеть за микроскопом — это новый вид лечения?

— Конечно! — вставил свое слово доктор. — Вы видели, он был возбужден! Я дал ему возможность успокоиться. Правда, не проследил, чтобы вовремя его отправить в постель! Моя вина!

— Что-то в последнее время, милый доктор, вы делаете много ошибок, вы не находите? Уже второй раз за сутки я слышу от вас, что не доглядели. Романов, вы ели?

— Нет, — честно признался я, — да, мне как-то и не хочется…

— И что вы на это скажете доктор? Я спрашивал в столовой, ни на завтрак, ни на обед, ни на ужин Романов не приходил, и никто из медпункта не прислал за едой. Причем и вы, и директор Лаборатории с аппетитом ели, сидя передо мной.

Доктор всплеснул руками: — Какая непростительная ошибка! Романов, мальчик мой, что же вы не сказали, я совсем забыл! Вороир, а вы, почему не подсказали мне. Да, мы с вами настоящие палачи. Сейчас все исправим.

— Ну, уж нет! — комендант подошёл ко мне, и взял под руку. — Я сам накормлю его. Вам больше не верю. И учтите, буду приходить каждый день, и справляться о состоянии здоровья вашего больного.

— Бог мой, — кудахтал эскулап, — Вороир, и вы пойдите, пусть вам будет стыдно. Проследите, чтобы ничего жаренного и жирного. Да, кстати, позовите, ко мне Вана…

Мы вышли на улицу. Я сознавал, что комендант ищет любого предлога, чтобы остаться со мной наедине. Но Вороир, как приклеенный, шел рядом. Мы пришли на кухню, включили свет. Комендант открыл холодильник, и только тут я понял, как голоден. Передо мной выставили курицу, холодную картошку, стакан молока, огромный ломоть хлеба. И я с жадностью принялся за еду.

— Вороир, вы, что тут сидите. Можете идти. Я сам прослежу, чтобы Романов поел, — сказал комендант.

— Нет, я уж с вами. А то мне от доктора влетит, — проговорил директор.

— Вы, что боитесь доктора? — брови коменданта поползли вверх.

— Да, — вдруг честно признался Вороир и смутился.

— Ну-ну, — неопределенно хмыкнул комендант. И оба замолчали, глядя, как я расправляюсь с едой. Но стоило мне облокотиться на спинку стула, и погладить рукой живот, как директора, словно подменили, он стал до отвращения деловым:

— Ну, все, я вижу, вы поели, а теперь спать! Я провожу вас! Уже скоро утро. И комендант устал. Спать, батенька, спать!

Он подхватил меня за руку и потащил к зданию, где располагались жилые комнаты. Комендант остался сидеть на кухне. Директор втолкнул меня в комнату, подождал, пока я сниму верхнюю одежду, выключил свет и только после этого ретировался. А я мгновенно уснул.

Проснулся я от того, что кто-то вошёл в мою комнату. Открыв глаза, увидел одного из лаборантов Вороира. Он поставил поднос с завтраком на тумбочку.

— Привет, — поздоровался он.

— И вам того же, — ответил осторожно я.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался мой благодетель.