В поисках Белого города (СИ) - Лирмант Елена - Страница 46

— Ну, что друже? — спросил он — За знаниями пришли? Не испугаетесь его пламени? Ведь Знание может ввести вас в ярость, если не найдете равновесия сил мысли и руки, может ослепить самомнением и лишить сомнения…

— Не испугаемся! — воскликнули молодые люди.

И тут обдало их жаром, в груди все загорелось, глаза стали безумными, разум помутился. Мимир голову запрокинул, руками замахал и закричал:

— Я лучший, я сильнее, я все могу, все знаю, только не хватает мне малости — силы довести задуманное до конца!!!!!!!! Слышишь, Ярило, я хочу, я требую… Дай… дай… дай!!!

Но более спокойный Мирод, от жара отмахнулся, ударил Мимира по щеке, привел его в чувство, и крепко до боли сжал его руку. Смутился Мимир, лицо долу опустил, прощение у солнца попросил и зубы сжал. Устояли соперники, не побежали, не подрались.

Вышла к ним голубая спутница Ярило-солнца Фита-луна, протянула свою ладонь. Взошли на нее молодцы, поклонились.

— Ну, друже, — усмехнулась голубая красавица, — Огонь вас не испугал. А вот холод отчаяния, холод неудач и поражений, выдержите ли? И выдохнула она ледяной парок из уст, и словно змея белая обвил он мужчин — все внутри замерло, сердце биться перестало, в глазах потемнело, жизнь внутри каждого в комочек свернулась и спряталась глубоко-глубоко. Но рука в руке огнем горит, но рука в руке силы дает, но рука в руке к жизни возвращает — выстояли молодцы, не шелохнулись.

И тогда вышла к ним красная спутница Ярило-солнца Тиция-луна, самая красивая, и самая таинственная. Протянула руку, посадила ищущих знание на ладонь свою, ответила поклоном головы на их земной поклон.

— Друже, — печально и ласково сказало она. — Все, что было до этого — детские страшилки. Полюбились вы мне оба. Не подведите меня. Мое испытание самое страшное: знания открывают перед человеком все новые и новые горизонты, ставит перед ним все новые и новые задачи, и не будет этому ни конца ни края. В поисках знания человек может потерять все земное, а когда очнется, оглянется, то увидит, что стоит в начале бескрайней пустыни один, одинешенек. И страх нападет на него. Узнайте же, как это будет!

И обвила рукой Тиция полукруг над головами героев. И отшатнулись они друг от друга. Дрогнуло лицо Мирода, увидел он себя одиноким с безумными глазами над книгами толстыми, его любимая умерла, ребенок еще не рожденный погиб. Стал он волосы рвать на голове своей, стал рубаху раздирать, и застонал от боли и отчаяния. Зато Мимир остался спокоен, обнял он Мирода, прижал к себе и застыл так, пока видение не кончилось.

Засмеялись светила, дети Свати, матери всех звезд, видимых глазом:

— Ваше счастье, что пришли вы к нам вдвоем. Один другому помогал, один другого держал. Потому и выстояли. Будь по-вашему, проходите на Валатарь камень, откройте ворота, приложите руку к сердцу Ярило, что на воротах, дайте ему почувствовать вашу суть. А как взойдете на вершину Валатарь каменя — слушайте. Разные вы. И услышите разное! И тут, зазвенело все кругом, и расступились врата небесные, и узрели они Валатарь камень. Поднялись на его вершину и застыли в изумлении. Сколько они там стояли никому не ведомо. Но, когда спустились, разошлись в разные стороны и встретились только через год на поле мудрости.

Вышел вперед Мимир, поклонился и так сказал:

— Заглянул я в небо ночное, увидел богиню Свати во всей ее красе, увидел облик ее светлый и платье черное, в складках которого прячет она от назойливого взора самое дорогое для нее. Попросил я у нее совета, как спрятать мне самое дорогое, что есть у всех нас — Раттею, мать нашу всеобщую, от ворогов докучливых, что как кровососы липучие преследуют нас и жить спокойно не дают. И подсказала мне Свати-матушка. Как капля несет в себе силу океана, так и наш Валатарь несет в себе силу космоса.

И отдал я камню все свои силы и все знание. И отныне никто не найдет Раттею. Лишь раз в пятьсот лет на несколько лет, выйдет она из складок платья Божественной Свати, чтобы дать отдохнуть Валатарь-камню и набраться силушки.

А потом вышел Мирод, склонился и так сказал:

— Честно скажу, побоялся я посмотреть в глаза богини Свати, холодны и слишком далеки они. Я окинул взором мать нашу Раттею. И подумалось мне, сколь можно жить прошлым, пора стать детьми родными нашей матушке, пора выйти нам с острова Руяна и расселиться по лику земли, которая стала нам Родиной, чтобы украсить ее деяниями нашими, и прославить детьми нашими. И поклонился я низко в ноги Раттее-земле, и спросил у нее, где место найти такое, чтобы было нам хорошо и легко жить. И ответила мне она: «Ты иди по земле, куда глаза глядят, и найди ты цветок каменный, в котором живет живая вода, целебная. Там и город ставь».

И пошёл я за горы высокие, поля широкие, через реки глубокие, в поисках места, где можно было бы поставить град. И нашёл я цветок каменный. И заложил город, которому имя дал Святояр. И град тот не просто град, то цветок в цветке, то маленький брат большого Белля.

Да, прости меня Сиян Раджан, но отдай посох власти моему другу, он будет тебе верным преемником. А я зову с собой тех, кто хочет стать родными детьми Раттеи — матушки. Зову тех, кто хочет пахать землю, я дам им поля бескрайние, кто хочет ловить рыбу, я дам им реки быстрые, озера широкие, зову тех, кто любит мудрость дерев вековых, я дам им леса бескрайние.

И с этими совами склонил он голову, в знак того, что слова сказаны.

И встал тогда Сиян Раджан, и говорил он таковы слова.

— Гой, ты Мирод, сильный сердцем и храбрый разумом. Много сделал ты для народа нашего, но не выполнил главного условия, «что есть наверху, то есть и внизу, малое — отражение большого, а большое включает в себя малое».

Поклонился Мирод Владыке и отвечал ему так:

— Град Святояр не так велик, как наш родной Бель, но он есть малая копия Белого города, дух которого останется во веки веков в своем малом брате.

Покачал головой Сиян Раджан: — А подумал ли ты, сын мой, что разбредется белрод по Раттее, обживется, остепенится родами и кланами, и забудет путь в Белый город. Оторвется от отца сын, забудет дочь мать свою, и прервется нить памяти рода нашего

— Ни на минуту не забывал я об этом Владыко, и чтобы не случилось этого, рядом со Свтояром воздвиг я еще один град, совсем маленький, но сиять он будет невидимым, ярым светом Бель града, и не даст он забыть, откуда вышли все роды и кланы. И путь от Святояра до того града светоносного, есть отражение пути от Белого города до Святояра. А направление пути покажут очи тайные. Один глаз — как лик Фиты, он всегда стоять будет над тем градом малым, второй глаз — как лик — Тиции, и, идя навстречу ему, любой дойдет до нашего великого Белого города. А знания эти тайные я передам дочери своей, ибо женщина — начало начал, хранительница традиций и мудрости белрода. И только потомки по женской линии будут обладать этим знанием, только в их власти будет открыть врата, копии тех, что ведут в Белый город, а из Светелки своей каждую ночь будет видеть очи тайные.

А чтобы никто не раскрыл тайну Святояра, я спрячу его как песчинку на берегу океана. Возникнут города, по всей Раттеи, и затеряется в них мой город. Так что выполнил я твой наказ, и большое в себе будет иметь малое, а малое будет нести в себе отражение большого.

— Я доволен твоими словами, — отвечал Сиян Раджан. — Вы оба справились с заданием, И посему вот мое слово: быть тебе Мимир — верховным жрецом Белля. Ибо ничего кроме знаний не волнует тебя. А ты Мирод станешь Раджаном, и поведешь белрод в светлое будущее.

С тех вор прошло много кругов времени. Ушли к предкам и Мимир, и Мирод. Разбрелся белрод по Раттее. Появились кланы горян, полян, озорян и древлян. Выросли города красивые. Долго и счастливо жили люди. Но однажды, когда мать-земля наша вынырнула из складок платья божественной Свати, чтобы дать передохнуть Валатарь — камню. Налетели вороги жадные. И беда и накрыла черным покрывалом Раттею. Тогда белые жрецы спрятали Белый город, чтобы не достался он ворогу, чтобы не смели чужаки с руками загребущими воспользоваться тайнами, данными на хранение белроду Ярилом — солнцем и его сестрами многомудрыми.