Бездна - Сильверберг Роберт - Страница 134

— Но я ведь существую. Только теперь мое «я» — нечто гораздо большее, чем простое человеческое «я». Пойдем со мной!

— Прошу тебя, Гейб…

— Ты хочешь пойти! Знаю, хочешь! Ты остаешься здесь только из-за Лоулера.

— Нет! Остаюсь только ради себя, — резко возразила Сандира.

— Это не так, я ведь знаю… Тебе просто жаль несчастного дока. Ты не желаешь бросить его.

— Нет, Гейб!

— Потом ты будешь благодарить меня.

— Нет.

— Пойдем со мной.

— Гейб… пожалуйста…

В ее голосе внезапно прозвучала нотка сомнения в собственной правоте, свидетельствовавшая о том, что сопротивление Сандиры ослабло. Это поразило Лоулера, как гром среди ясного неба. Он вскочил на мостик и встал рядом с ними. У Тейн от неожиданности перехватило дыхание, и она резко отшатнулась. Кинверсон оставался на месте, спокойно и внимательно посматривая на Вальбена.

Багры лежали на привычных крюках крепления. Лоулер схватил один из них и замахнулся, направляя острие прямо в лицо Гейба.

— Оставь ее в покое!

Кинверсон взглянул на смертельное оружие в руках Вальбена то ли с насмешкой, то ли с презрением.

— Док, я же просто беседую с ней.

— Ты пытаешься уговорить Сандиру отправиться на Лик!

Гейб весело рассмеялся.

— А ее особенно и уговаривать-то не надо. Не так ли, Сандира?

Гнев переполнял душу Лоулера. Он едва сдерживал себя, чтобы не всадить свое импровизированное оружие в глотку Кинверсона по самую рукоять.

— Вэл, прошу тебя… Мы ведь и в самом деле только беседовали, — попыталась успокоить его Тейн.

— Я прекрасно слышал, о чем вы тут говорили. Он пытается заставить тебя пойти к Лику, разве не так?

— А я вовсе и не отрицаю этого, — спокойно согласился Кинверсон.

Лоулер продолжал размахивать багром, прекрасно понимая, насколько смешно и глупо выглядит его гнев со стороны. Гейб скалой возвышался над ним, все еще устрашающий своей титанической силой. Несмотря на обретенную после посещения острова мягкость, он оставался неуязвимым и непобедимым.

Но Вальбен уже не мог остановиться. Жестким, не терпящим возражений тоном он произнес:

— Я не хочу, чтобы вы беседовали с ней до момента нашего отплытия.

Гейб дружелюбно улыбнулся.

— Я не хотел никого огорчать.

— Знаю, чего вы хотели! И я не позволю вам!..

— А разве она не должна сама решать подобные вопросы, док?

Лоулер бросил испытывающий взгляд на Тейн.

— Все хорошо, Вэл, — тихо сказала она. — Я пока еще в состоянии позаботиться о себе.

— Да, да, конечно.

— Док, отдайте мне этот багор, — попросил Кинверсон. — Вы же можете пораниться.

— Отойди!

— Но ведь это мое орудие труда. Вам не следовало бы так размахивать им.

— Берегитесь! — крикнул Лоулер. — И… убирайтесь! Убирайтесь с корабля! Идите отсюда! Возвращайтесь к Лику! Идите же, Гейб! Здесь вам не место… Ни вам и ни вашим друзьям. Это судно принадлежит людям.

— Вэл! Ну, Вэл… — пыталась успокоить его Сандира.

Вальбен крепко сжал багор, удерживая его привычной хваткой хирурга, и сделал решительный шаг по направлению к Кинверсону. Громадная неуклюжая фигура Гейба нависла над Лоулером.

— Идите! — повторил Вальбен. — Возвращайтесь к Лику! Ну! Прыгайте, Гейб! Вот сюда, за борт…

— Док, док, док…

Лоулер нанес резкий короткий и сильный удар своим оружием вверх и вперед, целясь в грудную клетку Кинверсона, но тот с невероятной быстротой и ловкостью перехватил инициативу в свои руки. Гейб схватил багор за рукоять и повернул его в обратную сторону. Острая боль пронзила руку Вальбена, а через секунду оружием уже овладел Кинверсон.

Инстинктивно Лоулер прикрыл грудь ладонями, чтобы защитить себя от ответной атаки, которая вот-вот должна последовать…

Гейб рассматривал своего соперника, словно выбирая место для удара. «Ну, давай, заканчивай, черт тебя побери! — мысленно подгонял его Вальбен.

— Ну! Быстрее!» Лоулер почти уже чувствовал этот удар, эту страшную боль от разрыва тканей, этот холод острия, взламывающего ребра и проникающего до самого сердца.

Но… атаки не последовало. Гейб спокойно наклонился и положил багор на место.

— Док, не стоит баловаться со снастями, — мягко произнес он. — А теперь извините меня, я должен оставить вас.

Кинверсон повернулся, прошел мимо остолбеневшего Лоулера и спустился по трапу на палубу.

— Я, наверное, очень глупо выглядел? — поинтересовался Вальбен у Сандиры.

Она слабо улыбнулась.

— Ты ведь всегда воспринимал его как угрозу для себя, не так ли?

— Но ведь он пытался уговорить тебя пойти туда! Разве это не угроза?

— Вэл, если бы Гейб взял меня на руки и спрыгнул бы со мной за борт, тогда бы это выглядело угрожающе, а так…

— Ладно, ладно.

— Но я прекрасно понимаю, почему тебя расстроило произошедшее до такой степени… Зачем ты бросился на Кинверсона с багром?

— Да, это выглядит по-идиотски. Чистое мальчишество.

— Верно, — согласилась Тейн, — именно идиотизм.

Лоулер совершенно не ожидал, что она с такой готовностью поддержит его порыв самоуничижения. Он удивленно взглянул на Сандиру и увидел в ее глазах нечто, поразившее и расстроившее еще больше, — между ними неожиданно снова сама собой воздвиглась глухая стена.

— Что случилось?

— О, Вэл… Вэл…

— Скажи мне! Скажи!

— Дело совсем не в словах Кинверсона… Меня очень нелегко на что-то уговорить — я всегда все решаю сама.

— Что? О чем ты говоришь? Ради Бога, ответь, что ты имеешь в виду.

— Лик Вод…

— Что?!

— Вэл, пойдем со-мной.

Лучше бы Гейб пронзил его своим багром.

— Господи! — Он отступил от Тейн на несколько шагов. — Господи, Сандира! Что ты такое говоришь?!

— Нам все-таки стоит побывать там.

Вальбен смотрел на нее, ощущая окаменение во всем теле.

— Бессмысленно пытаться сопротивляться этому, — тихо сказала она. — Мы должны покориться Ему, как это сделали все остальные. Они многое поняли, а мы… Мы остались слепы.

— Сандира?

— Я поняла это в то самое мгновение, когда ты старался защитить меня от Гейба. Господи, как глупы наши попытки сохранять и лелеять собственную индивидуальность, мелкие страхи, ревность, зависть и при этом разыгрывать целый лицемерный спектакль… Насколько же лучше отбросить все это и слиться с единой великой гармонией, существующей здесь, слиться со всеми обитателями Гидроса.