Мастер Путей - Виор Анна - Страница 75

– У Мило есть сестра.

– Да. Есть. Только у нас не было королев вот уж как четыреста лет. Преимущество всегда отдавалось наследнику мужского пола.

– Почему так?

– Это не наша прихоть… Король-Наместник – представитель народа, герой неодаренных обычных людей, предводитель тарийской армии. Женщине сложно будет сыграть эту роль, даже если она сильна, смела и умна. А Агая… не обладает вышеперечисленными качествами в должной мере, к тому же она… слишком юна…

– Как и я, – усмехнулся Вирд. – Тем не менее наследница есть, и род не прерывается!..

– Я говорю о том, что можно сделать лучший выбор.

– Какой, к примеру?..

– Я повторюсь: у Мило двое родных сыновей. Незаконнорожденных, но родных и сыновей! Что немаловажно для тарийцев. На ближайшем Совете я хотел бы поднять вопрос о внесении изменений в порядок наследования. Мне кажется более разумным дать возможность принять корону Тарии сыну, а не сестре…

Вирд нахмурился. Почему Холд хлопочет об этих детях? Тем более что, возможно, у короля с королевой еще будут дети…

– Прошу вас поддержать меня, Верховный. Я совершенно уверен, что…

Раздался стук, и в комнату заглянул страж, объявивший:

– Советник Кодонак по срочному делу.

Холд нахохлился, недовольный, что его перебили.

– Они упустили ее, потухни мой огонь! Упустили! – Хатин сурово сдвинул брови, его нижняя челюсть ходила ходуном, он едва сдерживал гнев.

– Приветствую тебя, Советник Кодонак!.. – Холд очень неприятно улыбнулся.

– Приветствую и я тебя, Советник Холд… – Подобие улыбки Кодонака было еще хуже.

Они замолчали. Кодонак не хотел говорить в присутствии Холда – Вирд знал о чем… вернее, о ком… Холд, по-видимому, надеялся сегодня убедить Вирда поддержать его в Совете, признав за незаконнорожденными сыновьями первенство в вопросе наследования. Естественно, при участии Кодонака дело может принять совсем иной оборот – они с Холдом не ладили.

– Пожалуй, нам лучше продолжить в следующий раз… – наконец, вымолвил Холд.

Вирд кивнул.

– Никогда не думал, что мои Мастера могут быть такими баранами!.. – воскликнул Кодонак, едва за Холдом затворилась дверь. – Притом опытные проверенные Мастера: Тикьен и Трайс!.. Элинаэль приказала им оставить ее в покое, когда вышла из Здания Совета. Они же решили, что следить за ней незаметно будет более эффективным и не вызовет в ней такого негодования. Успешно проследили до Академии Силы. Но когда она вышла – не заметили!.. Представляешь, они не узнали ее!..

– Она переоделась… – кивнул Вирд. Элинаэль у костра на той полянке была одета в брюки, тунику и куртку – одежду Лючин.

– Ты ее видел?

– Да, я почувствовал, как она пересекает купол… Она в безопасности. С ней Лючин, и скорее всего, Ого и шестерка Одаренных, что постоянно сопровождают Лючин…

– Ты имеешь в виду Маха, Шоса, Тоше, Тико, Марила и Хабара?.. – Кодонак говорил, резко выплевывая слова, он был накален до предела. – Та шестерка Одаренных благополучно упражняется в казармах Золотого Корпуса и знать не знает о местонахождении Советника Кисам!.. А что до Лючин и Ого…

Командующий направился к двери, окликнул кого-то, и перед Вирдом предстали его рыжеволосый друг и Лючин. Ого хмурился, а Лючин выглядела взволнованной.

– Что случилось? – с трудом произнес он, чувствуя, как холодеют пальцы.

Лючин рассказала, как они встретились с Элинаэль в Академии, как отправились на охоту, и как незнакомый Мастер Силы, которого Элинаэль приняла за посланного Кодонаком телохранителя, переместил ее неизвестно куда…

– Я вначале подумала, что это по твоему приказу или по приказу Кодонака… Что ее забрали в безопасное место… в Город… Но меня мучили сомнения, я решила проверить, отыскала Ого, и мы вернулись…

– Я не посылал никакого Мастера, Вирд… – тихо сказал Кодонак, пристально глядя на него. – А ты?..

Вирд отрицательно помотал головой.

– Как выглядел тот Мастер? – спросил он.

– Небольшого роста, черноволосый и черноглазый. Волосы заплетены в косы… много кос. На боку меч. Мне он незнаком.

Это мог быть любой из ушедших с Атосаалем предателей. Все они теперь носят мечи и могут перемещаться, независимо от того, каков их врожденный Дар. Но… множество кос… Вирд меньше всего хотел, чтобы его догадка оказалась правдивой… Впрочем, какая разница, кто и из какого Круга похитил Элинаэль. Ясно одно – она в опасности!..

– Множество кос обычно носят Разрушители, и я знаю одного… – Хатин тоже догадался. – Какая-то особая примета у него была?

Девушка пожала плечами.

Вирд прикрыл глаза, отстраняясь от разговора, он представлял Элинаэль. Он искал ее. Фиолетовая мгла, пришедшая по его требованию, не рассеивалась: образ любимой скрыт от него плотным покрывалом. Он почувствовал, как на голове волосы встают дыбом – он не видит ее! Не видит!..

Ата

Большая белая Сова несла ее на своих крыльях. Ате было страшно. Она никогда не видела землю с такой высоты, она никогда не думала, что дома, люди, деревья – все кажется таким маленьким, будто их вырезал из дерева Шуанш, старик, который делал когда-то в племени Чад игрушки. Он подарил Ате маленького деревянного оленя, когда та была еще девочкой. Шуанш умер своей смертью, до того страшного дня, кровь его не была выпита Им, а плоть не терзали Другие…

Ата удивилась, увидев, сколько строений в этом их Городе Семи Огней, сколько людей суетятся, ходят между домами… их такое же множество, как снега в тундре… и вся земля скрыта под их жилищами.

Ата увидела синюю ленту внизу – это река!.. Озера, будто лужицы растаявшего снега, блестели на солнце, зеленели поля и леса… Сова направлялась на север – Ата знала.

Они пролетели над зелеными землями, над холмами, реками, озерами, городами, и наконец Ата узнала близкие ее сердцу снежные просторы. На белом поле она разглядела множество черных точек: те, что побольше – стояли неподвижно – хижины, те, что поменьше – постоянно перемещались и казались муравьями – олени и люди… Сова опустилась ниже, и Ата могла разглядеть даже их лица. Дети Снегов! Большое племя! Женщины поют, потроша рыбу. Охотники возвращаются с добычей. Дети играют в догонялки. Старики сидят у Хижины духов – стерегут ее покой.

– Братья! Сестры!

– Народ севера!

– Дети Снегов! – кричала Ата, но они ее не слышали и белую Сову не видели.

Сова сделала круг, она пролетела низко-низко над хижиной, где на вершине установлено было плетеное колесо, украшенное лентами и бисером, – дом Ташани.

Полог жилища приподнялся, и наружу вышла женщина, не одетая в теплую одежду и с непокрытой головой, хотя было холодно. Ата заметила белую прядь в черных волосах. Ташани подняла голову, скользя глазами по небу, но сову не заметила.

– Это Ташани Джива Белый Клок, – сказала мудрая Сова. – Запомни ее. Ты должна отправиться к этому племени и сказать, чтобы они уходили на юг, как можно дальше и как можно скорее. Скажи Ташани Дживе эти слова: «В тот день, когда ты искала знамения в небе, оно пролетало над тобой. У тебя в жилище потух очаг, так как ты долго пела и размышляла, и не поддерживала огонь, ты вышла и смотрела в небо, а когда вернулась – увидела, что пламя пылает». Скажи ей это, и она поверит, и народ поверит тебе, Ата. Ты должна спасти остатки Детей Снегов. Другие идут сюда.

Ата вскочила на ноги, бросилась к двери. Ей нужно найти Верховного и сказать ему об этом, и ей нужно найти способ отправиться в то место, о котором говорила Сова. Где это место – Ата догадывалась. Она помнила слова ливадца о большом племени на перешейке. Именно туда носила ее северная птица из мира снов.

Она бежала по коридорам огромной хижины, что снаружи больше скалы Рих, а внутри имеет столько комнат, переходов, лестниц, что невозможно подсчитать. За нею молча с суровыми лицами спешили ее нуритэ – те, кто клялся ее защищать: Гихо и Ай-Хойк.