Хроники Тамула. Трилогия - Эддингс Дэвид - Страница 306

– Так вот, анара, – начала объяснять Афраэль, – сейчас мы все возьмемся за руки и поднимемся в воздух. Вниз лучше не смотреть. Как только мы поднимемся над вершинами гор, мы полетим. Ты не почувствуешь ни движения, ни ветра. Просто держись за мою руку и старайся думать о чем-нибудь постороннем. Это не займет много времени. – Она прищурилась, взглянув на небо на востоке. – Пора. Я хочу добраться до Натайоса и найти укромное место, прежде чем зашевелятся солдаты Скарпы. – Афраэль протянула руки, и Спархок и Ксанетия взялись за них.

Спархок собрался с силами и смотрел, как земля стремительно уходит из-под ног, – они поднимались все выше к рассветному небу.

– Спархок, ты слишком сильно жмешь мне руку, – сказала Афраэль.

– Извини. Я еще не совсем привык. – Он поглядел на Ксанетию. Анара, охваченная сиянием, являла собой воплощение безмятежности.

– Мир прекрасен, – сказала она негромко, с оттенком удивления в голосе.

– Да, если подняться так высоко, что перестаешь замечать его уродство. – Афраэль улыбнулась. – Я часто поднимаюсь в воздух, чтобы поразмыслить о том о сем. Здесь меня уж точно никто не побеспокоит.

Она определила направление по только что взошедшему солнцу, которое стремительно поднималось все выше вместе с ними, повернулась лицом строго на юго-восток и едва заметно кивнула.

Земля под ними стремительно заскользила назад и так же стремительно уменьшалась.

– Сдается мне, сей способ странствовать весьма приятен, – заметила Ксанетия.

– Мне он всегда нравился, – согласилась Афраэль. – Это намного лучше, чем трястись на спине лошади.

Они летели на юго-восток, окутанные странной, почти чародейской тишиной.

– Арджунское море, – сказал Спархок, указывая на воду, блестевшую справа от них.

– Такое маленькое? – удивилась Ксанетия. – Мнилось мне прежде, что оно велико.

– Мы сейчас высоко, – пояснила Афраэль, – а с высоты все кажется маленьким.

Они мчались все дальше и скоро оказались над густой стеной зеленых джунглей, которые покрывали юго-восточное побережье континента.

– Сейчас мы спустимся чуть ниже, – предупредила их Афраэль. – Я определю направление по Дэле, а потом мы свернем на юго-запад, к Натайосу.

– Могут ли заметить нас с земли? – спросила Ксанетия.

– Нет – хотя это было бы забавно. Твое сияние немало озадачило бы людей. Воображаю, сколько родилось бы новых религий, если бы на земле увидели летящих в небесах ангелов. Вот и Дэла.

Портовый город походил на детскую игрушку, небрежно брошенную на краю глубокой синевы Тамульского моря. Они повернули на юго-запад, следуя вдоль береговой линии и постепенно снижаясь.

Афраэль пристально взглядывалась в колышащуюся под ними зелень джунглей.

– Вот он! – наконец с торжеством воскликнула она.

Появившийся под ними разрушенный город было бы куда труднее найти, если б северную его часть не очистили от деревьев и кустарника, безраздельно владычествовавших в руинах Натайоса. Груды серых камней на месте обрушенных зданий четко выделялись в лучах рассветного солнца, и недавно расчищенная дорога на север врезалась в зеленый лик джунглей, точно глубокий желтый шрам.

Они мягко опустились на землю – на дорогу, примерно в четверти мили к северу от развалин, и Спархок тотчас же отвел их шагов на сто от дороги, в гущу кустарника. Им владело напряженное возбуждение. Если Келтэн прав, сейчас он менее чем в миле от места, где держат в плену Элану.

– Начинай, Ксанетия, – сказала Афраэль. – Я хочу взглянуть на тебя, прежде чем ты отправишься в город. Это очень нужно, но я не хочу подвергать тебя опасности. Уверимся прежде, что никто не сможет увидеть тебя.

– Твое беспокойство более чем излишне, Божественная. За многие века мы, дэльфы, довели до совершенства сей способ укрываться от чужих глаз.

Ксанетия выпрямилась, и на ее лице появилось выражение глубокого, почти неестественного спокойствия. Ее силуэт замерцал, и радужные блики заискрились под ее простым домотканым одеянием. Фигура Ксанетии задрожала, расплылась, и очертания ее стали неясны.

А затем от нее остался лишь очерченный силуэт, сквозь который был виден ствол дерева, высившегося за ее спиной.

– Как вы делаете видимыми вещи позади вас? – с любопытством спросила Афраэль.

– Мы изгибаем направление света, Божественная. В сем и заключается суть подобной уловки. Свет обтекает нас стремительным потоком, неся с собою облики тех предметов, кои обычно мы бы заслонили собою.

– Весьма занятно, – пробормотала Афраэль. – Этот способ никогда не приходил мне в голову.

– Однако же мы должны быть настороже, – продолжала Ксанетия. – Наши тени, подобные призракам, могут предать нас.

– Этого просто избежать. Держись подальше от солнца.

Спархок старательно спрятал усмешку. Даже Богиня может порой посоветовать вопиющую глупость.

– Со всем тщанием последую я сему совету, Божественная, – глазом не моргнув ответила Ксанетия.

– Ты смеешься надо мной, не так ли, анара?

– Разумеется, нет, Божественная Афраэль. – Теперь исчезли даже очертания силуэта Ксанетии, и ее голос исходил, казалось, из пустоты. – Итак, за дело, – прибавила она, удаляясь, судя по звуку, к дороге. – Я вернусь вскоре.

– Мне придется похвалить Эдемуса, – заметила Афраэль. – Весьма остроумный способ маскировки. Отвернись, Спархок. Мне нужно преобразиться.

После того как Богиня-Дитя приняла знакомый облик Флейты, она и Спархок устроились поудобнее и стали ждать. Солнце постепенно поднималось все выше, и воздух наполняли, смешиваясь, птичий щебет и гудение насекомых. Время тянулось бесконечно. Они были так близко от Эланы, что Спархоку даже здесь чудился ее знакомый аромат.

– Как ты полагаешь, Тиниен и Улаф уже здесь? – спросил он не столько из любопытства, сколько из желания отвлечься.

– Вполне вероятно, – отозвалась Флейта. – Они покинули Арджун вчера утром. Для них, возможно, прошло три недели, но для остального мира – не более чем секунда.

– Интересно, остались они в He-Времени или смешались с солдатами Скарпы?

– Трудно сказать. Может быть, мне стоило бы это проверить, покуда не вернулась Ксанетия.

С дороги донеслись голоса. Спархок подкрался ближе, Афраэль последовала за ним.

– Да потому что я не доверяю этим солдатам, Коль, – говорил простоватого вида человек светловолосому эленийцу.

– Сейчас день, Сенга. Кто станет днем устраивать засаду на твои фургоны?

– Осторожность никогда не помешает, Коль. В Натайосе становится туговато с деньгами, а это пиво – основа моего дела. Когда люди страдают от жажды, а денег у них в обрез, они способны на что угодно.

– А ты не подумывал о том, чтобы снизить цены? – спросил зловещего вида человек с черной повязкой на глазу.

– Прикуси язык, Шеллаг! – огрызнулся Сенга.

– Я только предложил, – пожал плечами одноглазый.

Около дюжины вооруженных до зубов людей удалились за пределы слышимости.

– Ты их узнал, конечно, – прошептала Афраэль.

– Да, Келтэн и Бевьер. Правда, я не заметил Кааладора. – Спархок задумался. – С тобой здесь ничего не случится? Я хочу сказать, если ты останешься одна.

– Ну конечно, Спархок, здесь очень опасно – львы, тигры, медведи и все такое прочее.

– Это был глупый вопрос, верно?

– Полагаю, что да. Что ты задумал?

– Келтэн и Бевьер явно работают на этого парня по имени Сенга. Думаю, они смогут поручиться за меня. Они, похоже, направляются в Натайос, так что, если я наймусь охранять пиво, я смогу проникнуть в город, не привлекая ничьего внимания.

– А ты сумеешь сдержаться, оказавшись так близко от мамы?

– Афраэль, я не намерен совершать опрометчивых поступков.

– Что ж, тогда все в порядке. Я даю тебе свое дозволение.

– О, спасибо, Божественная Афраэль! – воскликнул он. – Спасибо, спасибо, спасибо!

– Ты слишком языкаст, Спархок, – язвительно заметила она.

– Видно потому, что в последнее время пребывал в чересчур умном обществе, – пожал он плечами.