И аз воздам (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 143

Никуда свалить мне не дали, поскольку Орвилл нырнул в постель прямо как есть, в мокром виде и я дернулась от неожиданности.

— Не спишь, — зашептал он на ухо, прижимаясь ко мне со спины, — не притворяйся! Удрать не хотела? И правильно сделала, все равно у тебя ничего бы не получилось!

— Это еще почему? — я попыталась сохранить лицо, но быстро прекратила это бессмысленное занятие.

— Потому что я не хочу этого, — он легонько куснул за ухо, сжимая руки все крепче, — и ты не хочешь…

В столовую мы вышли только к ужину. Орвилл, глядя, как я дергаюсь от каждого звука в коридоре, не выдержал, взял меня за руку и приподнял подбородок второй рукой.

— Вот так надо ходить всегда, запомни! А теперь пошли есть, иначе я умру!

Никомус, казалось, совершенно не удивился тому, что его хозяин вдруг провалялся весь день в постели, да не один и теперь сидит за столом, сметая все, что мажордом подкладывал ему в тарелку. Что-то подобное я читала, но количество поглощаемой пищи поставило меня буквально в ступор и я посмотрела на Никомуса, который почему-то подмигнул мне. От этого факта мозги окончательно превратились в кисель и их деятельность была прекращена весьма надолго.

— Лерия, ты почему ничего не ешь?

Подняв глаза на Орвилла я попросту обомлела — тот, кто сидел напротив, имел очень небольшое сходство с ним прежним. Казалось, что Крайден из мраморной статуи превратился в живого человека — это было единственное верное объяснение происходящему. Именно живой, с теплой улыбкой и теми серыми глазами, которые я уже видела полгода назад.

— Мне хватит того, что я съела…иначе я лопну!

— Никомус, по-моему Лерии здесь не нравится, — возвестил Орвилл подчеркнуто обращаясь к мажордому, который застыл рядом с ним с кувшином в руках, — она отказывается от еды, не хочет ничего пить…как ты считаешь, ее поведение можно рассматривать как прямое оскорбление в адрес хозяина Арсворта?

— Безусловно, господин Крайден, — Никомус вытянулся во фрунт и стал похож на отставного майора, только мундира не хватает, — я совершенно с вами согласен. Но все же я возьму на себя смелость попросить о вашем снисхождении к ней, вдруг вся вина госпожи Валерии заключается только в незнании этикета?

— М-да…пожалуй, я соглашусь с тобой, — в голосе послышались веселые нотки, но выражение лица продолжало оставаться суперсерьезным, — но тогда передо мной будет стоять двойная задача — преподать ей основы этикета и при этом не нанести обиду, как женщине.

— По-моему, вы справитесь с этим, господин Крайден, — ответ получился тон-в тон, даже выражения лиц у обоих мужчин совпадали, — главное, чтобы она не была против.

— Она не против, Никомус, — они посмотрели друг на друга как люди, хорошо понимающие, о чем идет разговор.

— Эй, — я помахала рукой, — это ничего, что я тут сижу? Я вам не мешаю?

— Ваше вино, госпожа Валерия, — торжественно изрек мажордом, наливая его в бокал, — пейте и не позволяйте ничему уводить вас с этого пути. Орвилл?

— И мне тоже, Никомус. Да, в окрестностях никого из чужих не появлялось?

— Нет, — мажордом отошел в сторону и встал ко мне вполоборота, отвечая на вопросы Крайдена, — никого не было. Как вы портал перенаправили, все спокойно по сию пору, но возмущения были. Это был хороший ход, не каждый догадается, что настройка сбита и будет винить в этом свое неумение.

— Отлично, такое решение вопроса с нежеланными гостями гораздо более удачно нежели отказ принять ненужных визитеров, — они снова понимающе переглянулись. — Лерия, я настоятельно прошу, не ходи больше никуда за пределы Арсворта, хорошо? Все-таки ты должна быть целой и невредимой для нас всех и…для меня тоже. Ты можешь это обещать или…

Вопрос повис в воздухе, Орвилл и Никомус ожидали моего ответа и, посмотрев на одного и на другого, я пожала плечами и кивнула, не понимая, чем вызвано это напряженное ожидание.

— Ну конечно, если надо, то я могу и не ходить никуда…на реке очень хорошо, но раз вы так настаиваете, посижу здесь. А как же я раньше ходила туда одна, или только сейчас опасно стало?

— До вчерашнего дня было спокойно, а сегодня ночью кто-то пытался выйти через портал. Кто — неизвестно, обычные гости не прячут свое лицо и не уничтожают все следы пребывания. Даже если это ошибка, то нет нужды в подобном поведении, вышел, осмотрелся и ушел опять. Это меня обеспокоило, до суда осталось мало времени и я не исключаю возможность нападения. Ты и раньше была под защитой, только не знала об этом, — палец мага нацелился на декольте, в котором на цепочке висела серитовая подвеска. Шарик Дайлерии висел на более длинной нитке и был совершенно не виден, — но до вчерашнего дня все было относительно спокойно. Хорошая разработка для охраны от посягательств на чью-то жизнь. Если возникает угроза, он автоматически блокирует любую опасность, создавая вокруг хозяина защитное поле.

— Интересно, поле создает, врагов уничтожает или обезвреживает, а ведь еще надо убежать успеть…или вокруг только трупы остаются?

— Зачем так жестоко, — улыбка мага не вязалась с его словами, — вокруг могут находиться совершенно случайные люди, а они не должны пострадать. Для такого случая я и дал ее, на самом деле это не просто подвеска, а еще и свернутая сила, направляющая своего владельца в стабильный портал. Здесь я привязал его к воротам, так что ты всегда вернулась бы в Арсворт.

— Подожди, — я пощупала обе подвески еще раз и запнулась, — ты прости мою недогадливость, но я все же не понимаю, если по твоему разумению мне грозит нешуточная опасность, то почему ты так спокойно отпускаешь меня одну болтаться по окрестностям? Мог бы сразу объяснить, что и как в подробностях, я же не упертая идиотка, которая будет бить копытом и требовать выполнения своих желаний любой ценой!

При этих словах Никомус громко хмыкнул, а Орвилл наклонил голову, рассматривая меня как-то по птичьи да еще и боком.

— Лерия, но ведь ты… — он посмотрел на мажордома, как будто ища у него поддержки, — ты ведь могла возмутиться, что тебя ограничивают в свободе, требовать разрешить тебе передвижение в любом направлении и…чтобы никто не знал, где ты будешь находиться… могла закатить скандал…

— Скандал? Требовать…что, разрешения болтаться где угодно, а на самом деле подставляться, прикрываясь капризами? Нет, я решительно ничего не понимаю, — возмущалась я такой постановкой вопроса, — если мне одной ходить по дороге опасно, то надо было так и сказать, а не обвешивать меня этим, — дернула я несчастные подвески, — а теперь говорить о каких-то женских капризах!

— Что я тебе говорил! — раздался голос Никомуса из-за спины, — простите, господин Крайден, — осекся он, но я уже уловила, что в отношениях этих двоих все совсем не так, как они представляют на публике и обернулась к мажордому.

— Признаю, — склонил голову Орвилл, — ошибался. Впредь учту. Лерия, пойдем в сад, пока этот зануда не оказался прав еще в чем-нибудь!

Возмутившись поначалу тем, что о предполагаемой опасности мне не было сказано ни слова, да еще услышав обвинение в свой адрес о возможности скандала, я страстно желала высказать Крайдену все, что я думаю о нем и, пока мы шли, сочиняла обвинительную речь, прокручивая в голове наиболее подходящие выражения. Высказывать это все надо было наедине, без вездесущих слуг и Никомуса в частности. Но по мере ходьбы я еще не раз прокрутила разговор за столом и накал страстей понемногу стал спадать. По всему получалось, что Орвилл опасался моей реакции на свои слова о том, что мне лучше находиться внутри Арсворта. Если хорошенько подумать, то из какого места эти ноги растут, вполне понятно — Дайлерия наверняка восприняла бы это сообщение в штыки и не унялась бы до тех пор, пока не добилась своего, даже себе во вред! Характерец у нее был еще тот и своими замашками она походила на американок, которые подавали в суд на мужиков, если те вдруг относились к ним, как к слабому полу. Свобода любой ценой, свобода делать то, что считаешь нужным…слишком тонка эта грань между свободой и вседозволенностью, которую не ограничивает ничего, кроме собственных амбиций и желаний. Судить ее я уже не имею права, а вот Орвилл, похоже, еще не скоро отойдет от всего этого.