И аз воздам (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 169

— Лерия, но если ты так хорошо понимаешь вашу власть, для чего тебе обращаться в наш Совет?

— Как это для чего? — я отстранилась от Крайдена в некотором недоумении, пытаясь в пестром полумраке посмотреть ему в лицо. По стенам и потолку бегали разноцветные пятнышки света, создавая причудливые картины, и вся обстановка напоминала наше обычное кафе. — Мне же туда надо прошение подавать, ты сам говорил…

— Да. — Орвилл несколько раз сжал и раскрыл правую ладонь, прихлопнув ею потом нечто невидимое на поверхности стола. — Говорил… — он уже сменил тон на сухой и холодный, как будто не было теплой и дружеской беседы по пути, не было никаких поцелуев полчаса назад. — Завтра я напишу тебе то, о чем ты просишь. Потом поедем и ты отдашь сама прошение секретарю Совета. Пошли домой, уже поздно.

— Орвилл, что случилось? Я…сделала что-то не так? Мне не надо…

— Идем, Лерия, — оборвал он на полуслове. — Мы и так слишком задержались, а мне еще надо почитать кое-какие бумаги.

Получается, я сама все опять испортила?

До дома Крайдена мы добрались достаточно быстро, или я дороги вообще не заметила, пребирая в голове воспоминания сегодняшнего дня. Орвилл молча кивнул на прощанье, потребовав от Мирины какой-то настой и ушел к себе, превратившись в этакую ледяную статую. По дороге я пыталась затеять с ним разговор, но натыкалась на глухую стену и в конце концов отступила, потому что идти на контакт он не хотел ни под каким предлогом, отвечая лишь односложно «да» и «нет». Экономка подозрительно осмотрела нас, но не нашла никакого подтверждения своим подозрениям и даже изволила мило улыбнуться, обещав принести просимый настой.

Сон не шел, несмотря на богатый событиями день. Поведения Орвилла я совершенно искренне не понимала. Да, я ему нравилась, но было что-то еще, что не давало ему покоя и оно прорывалось постоянно наружу, заставляя его снова замыкаться в состоянии холодной безразличности. То, что было между нами в Арсворте, уже давно ушло и никакие попытки вернуть те теплые отношения не возымели успеха. Черт с ней, с постелью, ну хоть бы немного намекнул, что его так беспокоит, мне уже было бы несравнимо легче! Считал, что унизил себя связью с той, которая не имеет никакой магии? Допускаю, вполне допускаю такую версию, поскольку в Арсворте всех свидетелей оного — слуги да Никомус, а в Делькоре на это смотрят совсем по-другому, не просто так Мирина завопила в первый же вечер, что он себя позорит! Попыталась оправдаться, что не хотела его бросать тогда, перед зданием суда, но в тумане заблудилась да испугалась, но потом еще раз вернулась, так поймала такой взгляд, что лучше бы и не говорила ничего! Только себе хуже сделала…а ведь по сути-то, что я могла противопоставить двоим здоровенным мужикам? Там бы и грохнули, пискнуть бы не успела…но все равно виноватой осталась. Или надо было наоборот на Крайдена наезжать, что я вот из-за него по улицам бегала да в служанках жила? Нет, не получится, поскольку убежденности в таком наезде у меня не было и чувствовала я себя все равно виноватой. После суда вроде оттаял, даже в местный ресторан повел, вспомнив, как я таскала его по Питеру, да и от представления я была в восторге, ну что поделать, если я от наших иллюзионистов всегда была в восхищении, то уж от магических и подавно…еще бы раз сходить, да куда там, не получится. Про Совет ихний говорили, и чего он этот разговор затеял? Вроде постаралась никого не задевать, про Райделла только с пиететом говорила, как просил…ткнул пару раз, как надо, я ж понятливая, если положено так делать, чего я буду поперек из упрямства городить? Чужие традиции надо уважать, тем более, что я в чужом монастыре нахожусь. Дома-то ой, как возмущало, что наши порядки приезжие не уважают и ни в грош не ставят, вот и стараюсь здесь, как могу, да толку мало от этого… Не понравилось, что я напомнила, что мне надо обращаться в Совет, иначе меня домой не отправят…или он не хочет, чтобы я уходила? Может, он меня…да нет, вряд ли, если б хоть какие-то чувства были, то первый бы подошел, хоть маленький шажок навстречу сделал, а то все я сама на него вешаюсь, а он…просто из вежливости не отказывается? Лешик, вон, тоже два месяца меня за нос водил, пока я сама его не попросила остаться, только у меня дома их всех моя квартира интересовала, а здесь у меня ничего нет ценного да и я сама после суда никому здесь не нужна. Что там Крайден говорил про их родоплеменные связи, что все решает старший в роду? И осуждать его нельзя, что бы не случилось…помнится, я сама еще в Питере думала, что тут дело мормонами пахнет, собиралась только погулять с Олегом да разбежаться, а чем здесь, в Лионии, лучше чем у мормонов? Скажи спасибо, Валерия Павловна, что здесь по пять жен не держат, а то оставили бы вот такой пятой без права переписки… Обидно, что еще раз щелкнули по носу, но раз уж тут так все сложилось, то все-таки надо прошение в Совет нести да побыстрее.

— Доброе утро, Лерия, — хозяин сидел, как скала, подчеркнуто занимаясь своим завтраком.

— Доброе утро, Орвилл, — есть особо не хотелось, но здесь не те порядки, чтобы потом бегать на кухню и таскать еду в комнату, наслаждаясь книгой и креслом.

— Я уже составил прошение в Совет от твоего имени, — при этих словах Мирина обеспокоенно подняла голову повыше и задержалась на выходе из столовой, — поскольку хорошо представляю себе суть твоей просьбы.

— Да…спасибо, — ну что ж, будем вежливыми и корректными, раз этого требуют обстоятельства, — ты же понимаешь, что я там все равно ничего не могу прочитать.

— После завтрака поднимешься ко мне и я прочитаю тебе. Там не так много слов, чтобы между ними можно было вставить лишнее…кроме возможности возвращения у тебя еще будут какие-нибудь желания, которые ты хотела бы озвучить Совету?

— Желания? Совету? Никаких…а что, можно их еще о чем-то попросить? Но у меня вроде бы все есть, здоровье беспокоит, мешок золота мне не унести да и что я с ним буду делать дома? Нет, чем меньше желаний, тем лучше…Совет же не волшебник, чтобы их исполнять!

При этих словах Орвилл скривился, но говорить ничего не стал, а Мирина, потоптавшись на выходе, все же решила удалиться, решив, что все интересное она уже услышала.

— Лерия, прошения составляются у нас на обычной бумаге и раз ты не умеешь писать, то его надо заверить своей подписью под составленным текстом. Я прочитаю тебе все, потом подпишешь, как сможешь, но лучше если полностью напишешь имя и фамилию, чтобы потом не было никаких кривотолков.

— Да какие проблемы, подпишу. Пошли, раз все уже готово.

Понятно и без перевода, что Крайден не хотел сидеть долго со мной, погрузившись в обсуждения проблем написания несчастного прошения, у него рука набита, суть он и так знает, вряд ли я составлю эту просьбу лучше него.

— …прошу рассмотреть мое обращение в магический Совет королевства Лиония о возможности моего возвращения в родной мир под названием Россия, город Санкт-Петербург, что я не могу сделать самостоятельно при отсутствии от рождения силы для перемещения. Заранее согласна с решением Совета, волеизъявление которого ожидаю в доме мага Крайдена, протектора пятой ступени Службы его величества короля Райделла. — Орвилл положил передо мной белый листок, на котором непонятными загогулинами было выведено только что услышанное прошение. — Я постарался написать по возможности кратко, чтобы не было никаких кривотолков. Тебя устраивает этот текст?

— Да, — вглядываться в чужие письмена можно было очень долго, но суть от этого не менялась, — устраивает. Ты же лучше знаешь, как надо писать подобные документы? А почему ты пишешь, что я заранее согласна с решением Совета?

— Это общепринятая формулировка, но если ты хочешь ее изменить, то предложи что-нибудь другое. Дело в том, что Совет не очень любит, когда оказывается не прав, а такая фраза очень хорошо закрывает наглухо любое возмущение.

— Может быть, можно написать «очень прошу решить мой вопрос положительно»? Или «надеюсь на положительное решение моего вопроса»? Это не будет оскорблением вашего Совета?