И аз воздам (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 309

Собственные рассуждения вернули меня из кругов местного ада на землю и я снова услышала вопрос Орвилла, прозвучавший в ушах, как будто он стоял рядом:

— Чего в тебе больше, Лерия, стойкости или упертости?

— Стойкости, Орвилл. Я верю, что ты не поддашься и я помогу тебе. Я доберусь до тебя, чего бы мне это ни стоило, только рядом с тобой мне спокойно и тепло… потому что я тебя люблю.

Двигалась я буквально на автопилоте, даже не очень понимая, куда меня ведут и зачем. Энтони провожал нас до портала, перебрасываясь односложными фразами с Райшером, который до сих пор едва держался на ногах и шатался, как пьяный, следом за ними Тракер тащил меня и только у ворот они заметили, что я иду до сих пор босиком. Откуда-то появилась Катарина с узлом одежды и туфлями, в которые я никак не могла втиснуть ноги, до чего они были грязные и сбитые. Что-то зло рявкал Райшер, держась за стены, и его напарник поволок меня быстрее, держа узел второй рукой, Энтони открыл портал, напутствуя обоих с благодушной улыбкой человека, перекинувшего все проблемы на чужие плечи и пожелание хорошенько повеселиться и отдохнуть после всего влетело следом. На постоялом дворе сновал народ и, пока шел разговор о том, на чем мы куда-то поедем, я так и сидела под стеной с закрытыми глазами, раздавленная тяжестью произошедших в этот день событий. Будущее, которое еще в Скаггарде казалось мне счастливым, теперь виделось темным и мрачным. Что эти сволочи сделают с Орвиллом, я уже поняла и больше всего убивала мысль, что все это произошло из-за меня да его последний взгляд, напомнивший мне давнишние события, жег словно каленым железом. Он искал меня, нашел и вернул против воли своей семьи, при всех назвал своей женой и поплатился за это так жестоко…за это вполне можно возненавидеть кого угодно. Как там говорила Дайлерия, ненависть самое сильное чувство? Неужели оно пересилило все остальное, что было между нами и виновата в этом только я? Как я не старалась, ничем не смогла ему помочь да и сама очутилась в полной зависимости от Райшера. «Он очень злопамятный тип и не преминет отыграться при случае» — предупреждал Орвилл. Теперь Бейрис решил взять реванш? Было уже такое, еще до Скаггарда, я же помню…Энтони тоже хотел лишить меня всех воспоминаний, но у него не получилось…стоп! Если уж я сумела вывернуться, пусть это произошло и случайно, то Орвилл, который знает куда больше меня о методах подобных зачисток памяти, имеет реальный шанс не поддаться им или свести это воздействие к минимуму! Мне понадобилось для восстановления памяти два месяца да еще дождь помог, а сколько понадобится ему времени? Нечего впадать в панику, он остался жив после всего, значит, мы еще поборемся со всеми! Мне бы только добраться до него, а там я постараюсь сделать все возможное и невозможное…

Собственные рассуждения вернули меня из кругов местного ада на землю и я снова услышала вопрос Орвилла, прозвучавший в ушах, как будто он стоял рядом:

— Чего в тебе больше, Лерия, стойкости или упертости?

— Стойкости, Орвилл. Я верю, что ты не поддашься и я помогу тебе. Я доберусь до тебя, чего бы мне это ни стоило, только рядом с тобой мне спокойно и тепло… потому что я тебя люблю.

— Вольф, где она?

— Да тут сидела у стены, сам видел! Только и отошел помыться, до сих пор пыль на зубах хрустит! Да вон она сидит, из-за тюков не видно ничего…так и спит до сих пор. Эй, подымайся, нам еще в Делькор доехать надо!

Переругивания гвардейцев доносились сквозь сон — после спасительных рассуждений, подаривших мне надежду, я попросту уснула, не заметив, как пролетело время. Сумерки уже протянули свои длинные тени и, когда меня затрясли за плечо, заставляя подняться, я уже не чувствовала себя раздавленной и униженной. Короткий сон даже в неудобном положении дал возможность придти в себя и теперь надо было думать, что делать дальше. Пожалуй, сперва надо как можно быстрее свалить от этой парочки. Куда? Да хоть к Уте с Зарой, они помогут найти подходящую одежду. Потом буду думать, как добраться до Неймара, где живет Флойд. Дальше — сообразно обстоятельствам.

— До столицы, господа хорошие? — повернулся со своего места усатый толстый дядька, окинувший цепким взглядом нашу троицу. — Ну, поехали…

Райшер завалился в угол, запрокинув голову и только время от времени чертыхался, когда неказистый транспорт подскакивал на камнях и ухабах. Тракер на поверку оказался настоящим гренадером, которых подбирают согласно внешних данных, а не по наличию мозгов в голове и они вдвоем заняли почти все внутреннее пространство небольшого закрытого экипажа, сидя по диагонали и вытянув ноги. Я пристроилась в свободном углу, стараясь не касаться никого из них, размышляя о том, как бы мне покинуть их по возможности быстрее. Плохо было то, что я так и осталась босиком, платье по подолу было изорвано, а уж пыли набилось во все места столько, что хоть выковыривай ее ложкой! На кого я была сейчас похожа, подумать страшно, да еще сбитые ноги и руки…со стороны это выглядело так, как будто два гвардейца подобрали нищенку на дороге! Впрочем, у Райшера видок был не лучше моего и темнозеленый мундир с многочисленными прорехами, в котором он красовался еще утром в Арсворте, тоже был весь покрыт пылью и годился в лучшем случае на подстилку для собаки. Тракер выглядел не в пример почище, даже сапоги весело блестели в медленно плывущем мимо неярком свете фонарей.

— О, уже городская стена, — выглянул он в окошко, — сейчас стражники с ворот прицепятся!

— Скажи, по делу ездили, — буркнул Райшер, не открывая глаз, — они что, мундиры не узнают?

— Так знают, что мы обычно верхом…

— А сейчас порталом! Если что, вали на Крайденов, пусть до них докапываются.

Тот, кто заглянул в экипаж, наверняка знал повадки и форму столичных гвардейцев, потому что не задал ни единого вопроса и только пожелал побыстрее добраться, захлопнув за собой хлипкую дверцу. Сигать из кареты на воротах я не рискнула, оставив за собой право сделать это чуть позже и ждала подходящей ситуации. Копыта бодро зацокали по мостовой, не останавливаясь нигде, и я посматривала одним глазом в окно, прикидывая про себя, куда бы это мы могли ехать. Мужчины молчали, не обсуждая между собой ни конечный адрес, ни все происшедшее в Арсворте и это наводило на мысль, что первое они знают и так, а о втором предпочитают не говорить лишний раз.

— Приехали, господа хорошие, — возчик распахнул двери своего ландо и встал рядом в ожидании обещанной мзды.

— Куда это ты нас привез? — удивленно заозирался вокруг Тракер, приоткрыв дверцу. Рассмотрев окружающий ландшафт, он лихо выпрыгнул наружу, но не отошел в сторону, как я надеялась, а встал рядом.

— Куды сказали, туды и привез, — дядька отошел в сторону на всякий случай, ожидая, когда из второй двери вылезет Райшер. — Вот он и сказал, так что с него и спрашивайте, господин гвардеец!

— Бейрис, какого рожна мы сюда приехали, а не к тебе?

— Валерия, вылезай, — держа дверцу одной рукой, Райшер потянул меня наружу за драный подол платья и сразу взвыли сбитые и исцарапанные ноги, — мы приехали, — вопрос подельника он проигнорировал достаточно демонстративно, снова зайдясь в хриплом кашле.

Горящие пятки охладила каменная мостовая перед широкой дверью под большим балконом, где и остановилась карета. Как я уже успела заметить, такие входы под балконами были одним из признаков богатых домов, чтобы экипаж мог заехать под крышу прямо к дверям. И куда это мы прикатили, хотела бы я знать?

— Ничего не понимаю, — Вольф тупо оглядел массивные двери и задрал голову кверху, — мы же договаривались, что заберем ее и поедем сразу к тебе, а там повеселимся с ней вдвоем…ты еще говорил, что у тебя кое-чего приготовлено и нам будет не скучно ближайшие три-четыре дня, а сам что делаешь? Или мы прихватим отсюда кое-что, например, полновесные диты, которых нам так всегда не хватает? А, понял, ты решил переодеться? Согласен, этот мундир пора выбрасывать после всего, что было! Ну, чего ты молчишь, давай переодевайся да побыстрее, я пока подержу ее, чтобы не сбежала от радости, что на ее долю достались двое таких мужчин!