И аз воздам (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 324

— Сказал, что и пальцем не пошевелит, пусть хоть тонет? — задумалась над непонятным поведением старшего внука Розалия. — Ругался…страшно ругался-то?

— Очень, — вздохнула Алира, — я раньше не слышала от него таких слов.

— Надеюсь, и не услышишь, — бабуля вдруг повеселела, — и выпороть обещал? Надо бы и мне приложить ему посильнее, раз уж он встал с постели и может даже сидеть в седле! Летиция, — сменила она тон, — почему ты ничего не рассказываешь, как ты поговорила вчера с Берри? Мы не дождались тебя, а ты даже не соизволила зайти ко мне с самого утра. Что ты услышала вчера такого, что надо сегодня сидеть с похоронным видом? Твой сын не пожелал даже говорить с тобой или он по-прежнему отмахнулся от тебя, потребовав денег?

— Он говорил со мной, — нехотя выдавила маменька. — Сперва притворялся, что спит, но я твердо решила дождаться, пока он обратит на меня внимание и сказала, что никуда не уйду. С Раймоном он говорил, а со мной почему-то не хотел.

— Но ты же все равно настояла? — напирала бабуля не хуже БТРа.

— Настояла, — голос у Летиции стал совсем потерянным и в нем послышались рыдательные нотки, — и он поговорил со мной.

— И сколько? — Герберт вложил столько язвительности в два слова, что даже Алира уставилась на него с удивлением. — Ну, сколько он потребовал на этот раз?

— Он не просил денег, — голос задрожал от едва сдерживаемых слез, — нисколько…

— Совсем? — удивились одновременно Розалия, Желлина и Алира.

— Совсем, — всхлипнула Летиция, утирая глаза салфеткой, — он вообще не говорил о деньгах. Сказал только, что принял решение перевестись в охранительный полк и попросил содействовать в этом Раймона. Он сказал, что гвардия ему надоела, что у него появились другие планы и просил не мешать ему в их исполнении. Не мешать…это я-то ему мешаю…я…да я всегда…все только ради него…а он…

Последовавшие бурные рыдания были отнюдь не наигранными — похоже, что маменька была так огорошена решением своего чада, что у нее сдали нервы прямо на глазах у всех! Хамский ответ кого угодно приведет в возмущение, но в здешнем случае мне даже стало жалко Летицию — она-то ради Бейриса была готова разве что не с королем воевать, а он в ответ залепил ей такую плюху, что она до сих пор отойти не может. Мог бы и полегче с матерью разговаривать, вон, как она рыдает, аж самой не по себе стало, как будто я виновата перед ней также, как ее сын.

Утешать маменьку кинулась вся женская часть стола, кроме, разумеется, меня — было бы странно, что посторонний человек вдруг пытается влезать в семейные диспуты да еще на правах утешительницы и, пока вся троица хлопотала вокруг Летиции, она по-прежнему заливалась плачем до тех пор, как хлопнула дверь столовой.

— К вам изволил пожаловать господин Морган Райшер, — громко возвестил Жером и при этих словах дама перестала рыдать, лишь всхлипнув напоследок, а остальные изумленно воззрились на вестника. — Он пришел не один, — поклонился мажордом в сторону Розалии, — и просит дозволения присутствовать за столом.

— Да зови ты его, — приподнялся на месте Герберт, — чего внизу держать-то?

— Слушаюсь, — мажордом исчез, даже дверь не скрипнула, а дамы ринулись по своим местам, только Летиция сидела с каменным лицом, а потом опрометью бросилась вон из столовой, как только до нее дошло, какие незапланированные гости явились к ужину.

— Добрый вечер всем, — худой пожилой мужчина пропустил вперед невысокую полную блондинку лет сорока, очаровательно улыбнувшуюся всем за столом. — Мы все-таки решили придти сюда вместе с Катариной.

— Да-да, — любезно кивнула Розалия, — проходи, Морган. Катарина, я очень рада тебя видеть. Вы поесть или как?

У присутствующих вытянулись лица, но Катарину эта фраза ничуть не смутила и она даже заулыбалась еще больше, присаживаясь за стол.

— Розалия, ты неисправима, — поцеловал протянутую руку Морган, — если бы я не знал тебя много лет, то мог бы оскорбиться. За себя и за Катарину, — добавил он, незамедлительно протягивая бокал Жерому.

— Ну и оскорбляйся, сколько душе угодно, — почтенная дама неожиданно подмигнула Катарине, — а мы не будем на это обращать внимания…верно, дорогая моя? Давай-ка за нас, самых молодых и красивых за этим столом!

— Госпожа Розалия, ваше здоровье! — Катарина, не смущаясь, подняла бокал и, отсалютовав им в сторону остальных, сделала большой глоток. — Конечно, мы — поесть! Или как можно и дома…господин Герберт, рада видеть вас в добром здравии. Желлина, Алира, надеюсь, у вас все в порядке? Господин Нортен, мое почтение! Девушка, простите, не знаю вашего имени…вам тоже наилучших пожеланий.

Я тоже показала бокал, чуть дотронувшись до него губами для вида. Не напиться бы ненароком, завтра утром у меня будут совсем другие мысли и голова должна быть трезвой. Значит, это тот самый дед Герлета, у которого он и останавливался, когда приезжал в отпуск. Пожалуй, здесь я с ним солидарна — Мейделин не самый лучший человек для общения, отец не появляется, а общение с Летицией для него и вовсе последнее дело…

— А где Раймон и все остальные? — Морган уже заметил, что ряды за столом весьма немногочисленны, — что-то случилось?

Все кинулись наперебой объяснять, куда исчез каждый член семьи по отдельности и в общем гвалте Моргану только оставалось вычленять главное, на что он всем кивал головой в знак того, что понял.

— Летиция отлучилась ненадолго, — царственно добавила Розалия, — но скоро придет. Ты здесь абсолютно не при чем, ничего не думай, да и Катарина тоже. Ты же знаешь ее, а к тому же позавчера к нам заявился Бейрис, вот она и переживает.

— Опять что-то натворил, — вздохнул Морган, поворачиваясь к Катарине, — иначе его сюда можно заманить только сотней дитов. Что нас ждет на этот раз?

— Я не знаю, Морри, — пожаловалась Розалия, — пока что до нас дошли только слухи, а с Бейрисом говорил только Раймон и Сайрес. Мне бы самой очень хотелось знать подробности, но сегодня с утра он уехал в полк и когда будет, неизвестно.

— Может быть, все не так страшно, госпожа Розалия? — сочувствие Катарины было в самый раз, как положено в подобных ситуациях, — если он жив и здоров, то все остальное приложится.

— Это ты попробуй объясни Летиции, — неожиданно сварливо отозвалась старушка, — у неё же одно на уме: почему вдруг дорогой Берри решил перевестись из гвардии да еще её не спросил! Как узнала вчера, до сих пор не может отойти.

— Перевестись в другой полк? А разве в Делькоре есть еще полки, которые престижнее гвардии? Наверное, я отстала от жизни, — мило закокетничала Катарина, поглядывая на Моргана, — разве что личная охрана их величеств?

— Перестань притворяться, что ты ничего не знаешь, — облил всех с порога ледяной голос Летиции, которая за это время успела привести себя в порядок и на ее лице было трудно уловить следы бурных слез, с которыми она убежала совсем недавно. Сейчас это была высокомерная придворная дама, от которой веяло холодом на всю столовую. — Всем уже известно, что Бейрис переводится в полк Ронсера.

— Всем, может, и известно, — пожала плечами Катарина, — а я об этом не слышала. Ну переводится в другой полк и ладно, раз это его личное желание. Главное что живой…а разве в других полках не служат, как в гвардии? Госпожа Летиция, он же взрослый мужчина, а вы все опекаете его, как мальчика. Пусть немного побудет самостоятельным, это ему пойдет на пользу.

— Своих заведи, тогда посмотрю, как ты будешь их воспитывать, — презрительно отозвалась дама, — пока что я не вижу…

— Скоро увидите, — с ехидцей задрала нос Катарина, в упор рассматривая реакцию собеседницы, — не так долго осталось ждать!

Летиция застыла с приоткрытым ртом и выражение лица при этом она имела чрезвычайно глупое, даже забыла, что обливала только что неземным холодом спутницу Моргана и теперь хлопала глазами, как корова. Морган посмотрел на нее с улыбкой и накрыл ладонь Катарины своей крупной рукой неожиданно красивой формы. Раздались хлопки в ладоши и все удивленно уставились на Герберта.