И аз воздам (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 381

— Полюбоваться пришла…соскучилась, — деланно вздохнув, отметила про себя, что реакция на слова была вполне ожидаемой.

На первое время нас поселили в общей казарме, построенной как раз для охранного полка, где для офицерского состава были выделены четыре небольших комнаты. В дальнейшем предполагалось, что будет пристроен небольшой флигель, куда переедет командование, но в настоящий момент из двух предполагаемых этажей только-только возвели половину первого, что означало лишь одно — ожидание.

Перелом у Вилла срастался гораздо быстрее, чем я предполагала и основная причина этого была в том, что уровень его силы медленно повышался. В этом он признался мне через несколько дней после приезда в Бернир, не в силах сдерживать больше своё ликование. Естественно, я порадовалась за него, как могла — в дальнейшем это могло быть ступенькой к чему-то бОльшему, чем служба на должности лейтенанта. К слову сказать, через месяц после приезда, Вилл все же выдал мне, что еще в Нейвидже закинул удочку мэтру Роккому о возможности службы в протекторате и тот согласился подумать над его кандидатурой. Что ни говори, а знающих людей в Бернире не хватало, но надо было выдержать время, согласовать со всеми инстанциями в Делькоре и обосновать это неожиданное предложение…обычная бюрократическая рутина, сопровождающая перемещение из одного ведомства в другое. Кроме занятия тем делом, которое ему уже было знакомо, такая служба предполагала и более высокое содержание, что в нашем положении было далеко не последним фактом. Обращаться к семье Райшеров Вилл отказался наотрез и в числе первых дел у него стояла выплата долгов.

— Как ты не понимаешь, — доказывал он мне с пеной у рта, — пусть они думают про себя что угодно, хоть выбрасывают эти деры в окно!

— Вилл, — спускала я его на грешную землю, где надо было думать о будущем, — нам нужен свой дом в Бернире, раз уж так сложилась судьба, а задаром…

— Лерия, — упрямо выпяченная челюсть и холодный взгляд были мне уже знакомы, — я принял на себя этот долг и не намерен отказываться от него. Мне дали шанс жить дальше как я и хотел — без оглядки на других и за это тоже надо рассчитаться. Мой дом в Делькоре уже не вернуть, я смирился с этим, но вот Арсворт…за него я хочу побороться. Не сейчас и не сам, но со временем я надеюсь, что он будет опять моим…нашим! И чтобы в нем жили наши дети…как он, кстати?

— Пока никак, — пожала я плечами, — два месяца слишком мало, чтобы о чем-либо говорить. Вроде бы все нормально, воду из лужи пить не хочется.

— Это хорошо, — он сдержанно улыбнулся, вспоминая недавно увиденную картину, как молодая женщина с большим животом, воровато оглядевшись по сторонам, двумя ладонями черпала грязную глинистую воду и с наслаждением пила ее. — Отвары куда полезней. Может, тебе чего-нибудь хочется?

— Хочется, — я поглядела в залитое дождем окно, — чтобы тепло было, светло, сухо.

— Как в Скаггарде? — Вилл криво ухмыльнулся. — Сама выбирала, куда поехать, так что терпи. Да и чем Бернир отличается от Питера?

— Пожалуй, ничем, — согласилась я, — разве что грязи больше да вода горячая из кранов не течет. Вернулась на триста лет назад…все, молчу, обсуждали уже!

— Зато своими глазами видела, как идет строительство обводнОго канала! Впечатлило?

— Очень! Ваш пошире нашего будет, — увиденная картина долго поражала мое воображение, — разве что наш в камень отделан, а здесь…

— Все еще впереди, — Вилл подтолкнул ко мне по столу эскиз будущей панорамы города и пристально смотрел, как я разглядываю рисунок, отложив в сторону листы с чертежами. — И камень будет, и лестницы, и город. Не так давно идет стройка, зато результат уже хорошо просматривается!

— Он другой, совсем не похож на мой Петербург, — при воспоминаниях об оставленной вдалеке родине стало грустно, — здесь все не такое, как у меня дома.

— Откуда ты знаешь, как выглядел твой город, когда ещё только начал строиться? С тех пор не сохранилось почти ничего, а ты говоришь так, будто ходила по стройке царя Петра рядом с ним. Пройдет в Лионии триста лет и, вполне возможно, Бернир будет также потрясать воображение тех, кто увидит его вживую. Делькор тоже был когда-то большой деревней с узкими кривыми улочками, а сейчас это столица королевства и количество немощёных улиц сокращается с каждым годом. Дай только время…

— Жалко, что мы не проживем столько, чтобы увидеть светлое будущее, — я снова взялась за чертежи.

— У нас есть настоящее, а оно тоже достаточно неплохое, — парировал Вилл. — К весне закончат строительство и мы переберемся в отдельную квартиру, если всё пойдет, как задумано и Рокком поднажмёт, то я перейду в протекторат. Здесь, в Бернире, это сулит бОльший рост по службе, нежели в Делькоре, значит, нам не придётся считать каждый дил. Контен пока относится ко мне несколько насторожённо, но он человек дела и, со временем, мы найдем с ним общий язык. Он знает меня лишь по одному приёму и твоему тогдашнему отношению…помнишь, как он был удивлён, увидев нас вместе в первый раз? Но с его женой ты подружилась, да и большинство дам к тебе хорошо относится, несмотря на непонятное для них желание ходить пешком по всему городу самой.

— Раз уж мне довелось попасть на эту грандиозную стройку, я хочу рассмотреть ее как можно ближе, пока есть на то возможность. Зимой, а тем более, весной, мне уже будет не до того, разве что чертить не перестану, раз это дает нам небольшой доход.

— А ему, — Вилл выразительно посмотрел на живот, — это не повредит?

— Ну ты даёшь, — я искренне рассмеялась, — у меня дома женщины работают чуть ли не до последнего дня, а чертить…да какая же это работа? Удовольствие одно, дома сижу, в тепле и сухости, за столом…муж рядом. Не всегда, правда, но тем приятней, когда он дома. То два дня не приходил…порядок-то навели? Никто больше за ножи не хватается?

— По окраинам не без этого, а наших патрулей опасаются. Вчера помимо драки двух воров поймали, обоих протекторам сдали. Хоть и спокойней стало, но не ходи одна, особенно когда Верна садится. Только по центральным улицам и не дальше…Лерия, побереги себя и его!

— Его? А, может, её?

— Нет, это должен быть он! — Вилл смотрел так упрямо, как будто пол будущего ребенка зависел от его желания. — Потом кто угодно, но первый только Террелл!

— Хорошо-хорошо, — спорить по этому поводу раньше времени я не собиралась. Можно подумать, если родится девочка, то ее выкинут на улицу!

Что еще можно добавить к концу всей этой истории? Наша жизнь в Бернире потихоньку налаживалась, несмотря на бытовые проблемы и я постепенно врастала в нее, хоть и жалела об утраченном навсегда. Но вокруг были совершенно новые люди, к которым надо было находить подход и сосуществовать рядом…надеюсь, у нас обоих это получалось хотя бы на четверку.

Зимой Вилл отсутствовал несколько дней, объясняя это необходимостью службы, но Дениза, жена Контена, по секрету доложила мне, что на самом деле он был вызван в Делькор и не куда-нибудь, а в столичное управление протектората.

— Валерия, вот помяните мое слово, не просто так ему пришло это приглашение! — Энергичная шатенка, очень похожая на Элту, всегда была в курсе всех мало-мальских значащих событий и не поленилась сама придти к нам в гости, несмотря на выпавший снег и пронизывающий ветер. — Плохо, что он уехал один, а вы скучаете здесь и даже не приходите к нам в гости! Как вы чувствуете себя?

— Сегодня неплохо, спасибо. Я бы никогда не лежала днем, но последние две недели просто мутит от любой пищи и я даже рада, что муж уехал один. Глядишь, когда он вернется, все и пройдет, а я не буду докучать ему и родственникам своим болезненным видом. Нормальное женское состояние в моем положении.

— К весне ждете? — Дениза была в курсе наших дел и обещала прислать ко мне женщину, когда придет время. — Из-за погоды все время задерживается подвоз леса и камней для строительства, но этот снег должен когда-нибудь растаять! Здесь всегда так, пометет дней пять, потом налетит теплый ветер, все растает и вместо улиц — сплошные лужи, по которым надо плавать, а не ходить. Пока еще дело до мощения не дошло, но с весны хотят сделать хоть пару фарлонгов вдоль Деннийского тракта. Это все же наша главная улица и не годится ей стоять в грязи, как окраинным проходам. Роже мечтает замостить ратушную площадь и тогда на ней можно будет устраивать общие гулянья и праздники, как во всех городах!