Капкан для лешего - Исхизов Михаил Давыдович - Страница 23

- Вот! - Бурята ткнул пальцем в обломанную ветку. - Здесь он проходил. Излом свежий.

- Трава не примята, - Гудим попытался показать, что и он в следах разбирается. - Может быть зверь.

- Трава в лесу сильная, - возразил Гудиму Ставр. - Если постоишь на ней, она, конечно, ляжет. Но если просто пройдешь - сразу выпрямится. А для зверя эта ветка высоковата. Двуногий проходил, высокий. Он ветку обломал. И не леший это, точно. Лешего шиповник на крючок не подцепит. Куда же он отсюда пошел?.. - Ставр огляделся. - Вот сюда и пошел, в просвет между кустами. Через заросли шиповника, напрямки не полезешь.

Леший двинулся дальше. Теперь "консультант" шел впереди, а братья следовали за ним.

- Точно, здесь прошел, - Ставр показал племянникам лежащую на земле сухую ветку. - Наступил на нее и вдавил в траву. - Видите?

- Видим, - Бурята наклонился, рассматривая ветку. - Она же и сломана.

- Получается, что вроде нездешний он, - продолжал рассуждать Ставр. - Не умеет по лесу ходить. Ему таиться надо, а он за крючок зацепился, на сухую ветку наступил. К лесу непривычный. А отсюда он к той вон липе должен двинуться.

Ставр останавливался еще несколько раз, показывал, как, в обход тропинок тайно проходил, злоумышленник. Вскоре они вышли к зарослям лещины, раскинувшимися недалеко от землянки. Леший остановился.

- Ну-ка, приглядитесь, - показал он братьям основательно утоптанное место возле одного из кустов, густо увешанного поспевшими уже, коричневыми орешками.

- Здесь он и стоял, - получил, наконец, возможность продемонстрировать свой талант следопыта Гудим. - Трава сильно примята.

Траву примяли в этом месте основательно. Многие стебли были сломаны, скручены, втоптаны в землю. Видимо кто-то здесь долго стоял, топтался на одном месте, потом уселся и, даже, кажется, прилег.

Ставр наклонился, всматриваясь.

- Знаете, ребята, он ведь не один был. Тот, который на этом месте стоял, а потом и лег, большой, высокий, тяжелый. Он, наверно, и ветку шиповника обломал. А теперь посмотрите сюда, трава чуть-чуть примята. Здесь кто-то другой был, легкий, быстрый, росточком невысокий. Он и не стоял на месте, а все время ходил. Их двое было. И прятались они за этими кустами долго. Большой стоял, ждал, ждал, потом надоело ему стоять без дела, он и лег. А второй все ходил, ходил... Это что? Ага, - Ставр разглядел среди травы и подобрал несколько скорлупок. - Орешки щелкали. Ждали, значит, когда я уйду куда-нибудь, и от скуки орешки щелкали.

- Давай их, дядя, сюда.

Бурята забрал у Ставра скорлупки.

- Вот здесь рвали, - показал он на заметно ободранный куст. - Может быть, еще что-нибудь найдем.

Братья опустились на четвереньки и стали обшаривать примятую траву. Но сколько ни шарили, кроме ореховых скорлупок ничего не нашли. Зато скорлупок набрали пару горстей.

- Надо забрать, предъявим потом, - решил Гудим и высыпал скорлупки в карман куртки. - Долго они здесь орешками развлекались. О чем это говорит? - задал он контрольный вопрос брату.

- Говорит о том, что это опытные преступники. Вели себя спокойно, хладнокровно. Факт - рецидивисты, - Бурята продолжал безуспешно шарить в траве, надеясь обнаружить что-нибудь более существенное, чем ореховую скорлупу.

- Вот именно, и это уже нам кое-чего дает. Круг подозреваемых сужается. Дядя, кто у вас здесь в преступниках числится? - спросил Гудим. - Согласно учета. Нас особенно рецидивисты интересуют.

- Никто у нас не числится.

Братья недоверчиво смотрели на Ставра, потому что знали, такого быть не может. Без учета преступности, бороться с ней невозможно.

Может быть, ты не в курсе? - спросил Бурята. - Ты Лесом занимаешься, а преступность не по твоей линии.

- Здесь в Лесу все по моей линии, - не согласился Ставр. - Нет у нас никакого учета.

- Ну, вы даете, - осудил порядки леших Гудим. - Я понимаю, места у вас глухие, но не настолько же, чтобы так.

- Вы что, всю преступность на самотек пустили? - возмутился Бурята. - Даже учет не ведете, статистикой и анализом не занимаетесь? Как же вы с ней боретесь, как профилактику проводите?

- Не боремся мы ни с кем. И преступности у нас нет.

- Так уж и нет, - не поверил племянник. - Такого не бывает. Преступность есть везде.

- Не знаю, как бывает, как не бывает. А у нас нет.

- Совсем?

- Совсем. Вы что понять не можете. Воровать у нас нечего. Каждому своего хватает. Бывает, конечно, некоторые березового сока переберут, подерутся, так ведь потом и помирятся. Какая тут преступность.

- Получается, что никаких рецидивистов нет и подозревать некого? - от такого положения дел, Бурята несколько растерялся. Гудим тоже почувствовал себя не совсем уверенно.

- Так я же вам все время говорю, сколько помню, не было у нас ничего такого.

Бурята прочесал всю траву под кустами орешника, и собрал еще немало ореховой скорлупы. Тоже вещественное доказательство. Правда, хватило бы и десятка скорлупок, чтобы потом выложить их перед преступником и сказать ему с загадочной улыбкой: "Мы каждый твой шаг знаем, так что не отпирайся, рассказывай все подробно". Но вещдоки есть вещдоки, все собранное опять ссыпали в карман Гудиму, и Бурята снова стал шарить в траве. Неожиданно для спутников своих он вскоре издал радостный вопль.

- Чего такое? - подскочил к нему Гудим.

- А вот! - счастливый Бурята поднял руку, в которой держал очки в неказистой белой пластмассовой оправе.

- Ну-ка, - потянулся Гудим.

- Подожди! - остановил его Бурята. Это была не какая-то скорлупа, а солидный вещдок, и он не собирался отдавать его даже брату. - Кто-то из грабителей потерял. Факт. Дядя, знакомая вещь? Видел их у кого-нибудь?

Он взял очки двумя пальцами за сложенные дужки и показал их Ставру.

- Дай-ка, - протянул руку леший.

Ему Бурята очки вынужден был дать. Если Ставр сейчас очки опознает, то и Операцию "Капкан для лешего" можно считать успешно законченной.

Ставр повертел очки, оглядел их и вернул племяннику.

- Вроде бы, такие, ни у кого и не видел.

- Кто у вас вообще очки носит? - спросил Гудим. - Из ближайшего, так сказать, окружения.

- Из ближайшего, немец носит, Клямке. Только у него не такие, у него оправа красивая, и стекла побольше этих, - Ставр показал пальцами, какими, по его мнению, выглядели стекла у очков у Клямке. - Солидные очки.

- Еще! - потребовал Гудим. Он и сам помнил, какие у немца очки.

- Хрол очки носит. Леший с пятого околотка. У него - простенькие, вроде этих.

- Может они и есть?

- Не скажу, не приглядывался. Но похожи.

- Ладно, к Хролу мы еще вернемся, кто еще?

- Из ближайшего... - Ставр улыбнулся. - Никодим очками балуется.

- Домовой?! Он, когда провожал нас в Лес, без очков был.

- Но у Никодима не такие, - продолжал Ставр. - У него большие, как у Клямке, - Ставр еще раз осмотрел найденные Бурятой очки. - Оправа у него не такая, желтая, под кость. И стекла толстые. Не его это очки.

Бурята развернул дужки и надел очки. Они пришлись ему как раз впору. Он посмотрел на свою руку. Поднес ее поближе к глазам, потом отодвинул подальше.

- Для близорукого. Домовой у вас близорукий?

- Нормальное у Никодима зрение, - разочаровал Буряту Ставр.

- Почему он очки носит?! - продолжал допытываться леший.

- Так это же Никодим, его знать надо. У них в школе больше половины учителей в очках ходит. Он под них и подстраивается: домовой, у кого живет, тому и подражает. А очки, Еропка верно говорит, учитель географии потерял. И махнул на них рукой. У него в запасе были другие. Никодим эти очки через полгода нашел, в стойке, где географические карты хранились. Он тогда приходил советоваться: отдать очки хозяину, или оставить их себе. Уж очень ему хотелось очки иметь, чтобы быть похожим на учителя. Мы так решили: раз у географа другие очки есть, получше тех, что потерял, а про эти он и думать забыл, пусть домовой их себе оставит. Вроде как премия ему вышла за хорошую службу. С тех пор Никодим с очками и мучается. Этот учитель географии полуслепой, без очков ничего не видит. А Никодим ничего не видит в очках. Но носит. Считает, что в них он на учителя похож. Когда надо что-нибудь разглядеть, он очки снимает.