Капкан для лешего - Исхизов Михаил Давыдович - Страница 86

- Умный отдал бы нам зерна, - объяснил желтенький.

- Это вы глупые, - заявил серван. - Глупей вас я еще никого не встречал.

- Все дураки так думают? - спросил серенький желтого.

- Все, - подтвердил тот.

- Так я пошел, - сообщил серван моховикам, - надоела мне ваша болтовня.

- Отдай все-таки зерна, - еще раз предложил желтенький.

- Чего вы пристали ко мне?! - рассердился, наконец, серван. - Отдай, отдай. А вы сами возьмите! - и он, не оглядываясь, двинулся в путь.

- Сказал, чтобы взяли... - продолжался у него за спиной разговор.

- Ему, наверно, интересно, как мы их брать станем...

- Конечно, каждому интересно, как ворованное забирают.

- Идите все сюда! - закричал желтенький. - Серван попросил, чтобы мы у него зерна забрали!

На поляну вывалила толпа моховиков и окружила сервана.

- Ого, как вас много! - остановился тот, вынул из кармана нож и раскрыл его.

Толпа моховиков загудела:

- Какой большой нож!..

- Блестит...

- Наверно острый...

- Зачем ты нам нож показываешь? - спросил серенький.

- Чтобы вы близко ко мне не подходили. А ну-ка, расступитесь, дайте уйти! - приказал серван и взмахнул ножом.

- Как же мы у тебя зерна возьмем, если ты уйдешь?

- Зерна не отдам! - заявил серван.

- Неправильно это, - укоризненно покачал головкой серенький. - Раньше сказал "возьмите", а сейчас говоришь "не отдам". Ты уж что-нибудь одно говори.

- Давайте сюда сети, - предложил кто-то из малышей.

- Правильно... Сети... И нож забрать... Он ножом порезаться может... Ему больно будет... - загудела толпа моховиков...

Откуда-то появились несколько прочных мелкоячеистых сетей. Две из них тут же взлетели и накрыли сервана. А другими моховички быстро опутали его со всех сторон. Серван не успел опомниться, а уже лежал на земле так плотно окутанный сетями, что даже шелохнуться не мог.

- С этим что делать? - спросил небольшой моховичок, вынув из руки сервана нож.

- Выкопай глубокую ямку и зарой, - велел кто-то из старших.

Малыш послушно отравился выполнять приказ.

- Не будем у него зерна отбирать, - предложил желтенький, явно пользовавшийся среди моховиков авторитетом. - Отнесем зерна вместе с ним к лешим, пусть сами разбираются.

С этим предложением согласились все. Моховики подняли плотно упакованного сервана и понесли к землянке Ставра.

Гвиллион шел и думал. Он думал о том, что когда им заплатят за зерна, он сказочно разбогатеет. С этим богатством он вернется в свои горы, купит там много баранов, много рабов и много жен. И ему не надо будет в дождь и грязь торчать на тропе и грабить прохожих. Он наймет себе самых храбрых, самых свирепых земляков. Они будут ночью выходить на узкие горные тропы, а потом приносить награбленное богатство хозяину. Его земляки будут грабить, его рабы станут много работать, а жены будут каждый день танцевать перед ним. Он станет самым уважаемым в своих горах. Уважаемым и свободным гвиллионом в своих свободных горах.

А Еропка думал о том, кто же из леших нарушил все неписаные законы Заповедного Леса. Не мог леший зерна украсть, а украл. Еропка хорошо знал всех леших в Лесу, многие годы знал, но ни в ком не замечал, даже следов такой подлости.

Они совершенно случайно встретились на небольшой прогалине. Для обоих, эта встреча была неожиданной и нежелательной. Оба немного растерялись, но первым пришел в себя Еропка.

- Вот хорошо, что я тебя встретил! - радостно закричал он, надеясь, что кто-нибудь его услышит. Еропка сразу понял, что встретился с вором. Но схватить его Еропка не мог, тот был слишком силен для лешего. Следовало его непременно задержать, пока подойдет помощь. А в том, что, кто-то появится здесь, Еропка не сомневался, потому что сейчас все, кто только мог, искали в Лесу воров.

Гвиллион ответной радости не выразил.

- По глазам вижу, что ты как раз тот, кто мне нужен, - продолжал так же бодро Еропка. - Глаза у тебя кристально чистые. Прямо скажи мне, ты на богатстве зациклен или нет?

Чем еще можно было задержать вора, если не разговором о богатстве и возможностью добыть что-то ценное.

Гвиллион молча положил руку на рукоять ножа. Надо было зарезать этого лешего, чтобы тот никому не рассказал, кого видел.

- Правильно! - истолковал его молчание Еропка так, как ему было нужно. - Ты хочешь стать богатым! Богатство - это вольная жизнь, свобода, равенство, братство и независимость...

Гвиллион заинтересовался. Уж очень точно эти слова совпали с его мыслями. Он тоже считал, что богатство - это вольная жизнь и полная свобода. Но руки с рукояти ножа не снимал и молчал, ждал, что еще скажет леший.

- Я, тоже люблю золото, и драгоценные камни люблю. Ты помоги мне, - попросил Еропка. - Здесь клад зарыт, - махнул он рукой куда-то вправо, - а один взять не могу, не дается он мне. Посторонний должен выкопать яму и вынуть из нее клад. Мы его поделим по честному. Две части мне, одну тебе. Поможешь?

Гвиллион не раз слышал про клады, и о том, что лешие умеют колдовать, тоже слышал. С мешочком зерен в кармане, горец чувствовал себя богатым, но золото никогда не бывает лишним. И он решил не резать сейчас лешего. Сначала они клад выкопают, потом зарежет. Но слова лешего о том, что тот возьмет две части, гвиллиону не понравились. Это ущемляло его гордость. Никакой горец на такое согласиться не мог.

- Делить надо пополам, - заявил он. Половину мне, половину тебе.

- Не, это несправедливо! - не согласился Еропка. - Где клад только я знаю, а ты просто поможешь.

- Пополам, - уперся горец. - Мне половина нужна. Если меньше возьму, меня в горах уважать перестанут.

- Вот как?... - удивился леший. - Раз такая коллизия, тогда конечно... Эх, - отчаянно махнул он рукой, - пропадай моя осина! Согласен! Золота там много, мне и половины хватит.

- Тогда помогу, - гвиллион попытался изобразить улыбку, но получилось это у него не особенно убедительно. - Скажи, что надо делать.

- У тебя, я вижу, большой нож есть - очень хорошо, - продолжал радоваться Еропка, хотя уже понял, что разбойник с ним сделает, когда они найдут клад. Но найти клад Еропка при всем желании не мог, так что планы разбойника его пока не особенно беспокоили. - Вынимай нож, будем копать яму. Сейчас покажу где.

Он подошел к ближайшему дереву, отмерял от него девять шагов, повернулся и сделал еще три шага вправо, подобрал обломок ветки и отметил это место. Потом опустился на колени, вынул из кармана веревочку. "Волшебная" - объяснил леший гвиллиону, и уложил ее ровным кругом вокруг ветки.

- Отойди немного, сейчас колдовать стану, - попросил он горца.

Тот послушно отошел.

Еропка широко расставил ноги, раскинул руки, и что есть мочи заорал:

- Резолюция! Грануляция! Фортификация!.. Кронти, понти, кляп!

- Ты так громко больше не кричи, - велел гвиллион, который был заинтересован в соблюдении тишины.

- Ничего не могу сделать, ритуал такой формальный, - объяснил Еропка. - Ты подожди, я еще не кончил:

- Мать родная, земля сырая! - завопил он. - Расступись-развернись! Выполни свою функцию! Дай нам: бедному Еропке и бедному... Как тебя зовут? - спросил он у гвиллиона.

- Я гвиллион, - ответил горец, не называя своего имени. - Так и говори - гвиллион. Кому надо тот поймут.

Еропку и это вполне устраивало.

- ... и бедному гвиллиону с черной бородой, большим ножом и распухшим ухом...

- Про ухо не надо, - попросил гвиллион.

Еропка только отмахнулся от него: не мешай, мол, видишь, клад добываю.

- ... золота красного, золота яркого, золота светлого. Выдай из недр своих геологических столько золота, сколько унести сможем. И драгоценных камней отсыпь в соответствующей пропорции со всей своей щедростью...

Гвиллион слушал, затаив дыхание. Очень хорошо говорил леший, очень красиво.