Каспар Фрай (авторский сборник) - Орлов Алекс - Страница 213

Вскоре курьеры прискакали к знакомым воротам. Каспар быстро отдал Раулю положенные рилли и уверенно направился к отвечавшему за охрану ворот дежурному офицеру.

Гвардейский капитан со шрамом через все лицо строго взглянул на Каспара и, увидев простолюдина, сразу взял покровительственный тон.

– Кто такой будешь?

– Заезжий негоциант Фрай! – представился Каспар.

– Ух ты! – Капитан сдвинул шляпу на затылок и поправил пояс. – Заезжий негоциант… Ладно, сейчас посмотрим.

Он открыл висевшую на плече сумку и достал список гостей, которым надлежало войти в эти ворота.

– Так… так… – повторял он, затем поднял на Каспара удивленный взгляд: – Есть такой – «негоциант Фрай». Правда, про заезжего ничего не написано.

– А разве не видно? – Каспар картинно подбоченился.

– Да уж видно, – усмехнулся капитан, убирая список. – Проходите, заезжий негоциант, гвардейцы проводят вас к распорядителю.

И снова Каспар оказался на дворцовой территории. Теперь его не тяготила неизвестность, а потому он живо вертел головой, рассматривая все то, что не успел в прошлый раз.

Перспектива того, что снова придется врать королю, его не пугала, вряд ли здесь отыщется хоть кто-то, кто заходил дальше Кремптона. А вот Каспар бывал во многих южных краях, хотя, случалось, едва уносил ноги, и ясно представлял себе, с какими трудностями доставляли товары в Харнлон те, кто зарабатывал этим себе на жизнь, ведь все водоемы и их окрестности занимали озерные чудовища, а на дорогах орудовали разбойники.

Правда, оставался еще водный путь – вдоль океанского побережья, однако он был слишком длинным.

Не оставив без внимания помпезное великолепие дворцовых построек, Каспар особо пригляделся к башне. Она стояла поодаль, выглядела страшновато и казалось совершенно неуместной рядом с окружающей ее роскошью.

Возле стены, за которой высилась башня, не было заметно никакого движения, в то время как среди конюшен, псарен и прочих придворных построек сновали лакеи, горничные и гвардейцы.

Иногда по ступенькам из боковых подъездов сбегал кто-то из поместных дворян, прибывавших в столицу для получения протекций, выбивания льгот или улаживания проблем с недоимками. В сопровождении собственных слуг и охраны, разодетые по столичной моде, они следовали к воротам, иные же, особенно важные и влиятельные, имели право проезжать ко дворцу в каретах. Эти старались перещеголять друг друга богатством экипажа, золоченой сбруей лошадей, мундирами кучеров и слуг из конного кортежа. Каспар ожидал, что вельможи будут соперничать и числом сопровождающих, однако за каждой каретой ехало не более шести пар охраны.

Каспар не знал, что специальным королевским указом было запрещено подъезжать к дворцу с большим количеством всадников, поскольку дворяне привозили их целые сотни, чем создавали у дворца невероятную толчею и изрядно пачкали двор конским навозом.

Сопровождавшие Каспара гвардейцы посматривали на него с интересом, этот посетитель не был похож на представителя ни одного из сословий. Одежду носил дорогую, но шляпу без пера – поди угадай, кто он.

Так и не поняв, кого сопровождают, гвардейцы привели Каспара в уже знакомый ему секретариат распорядителя, и в зале его встретил тот же седовласый чиновник.

– Так-так, знакомый гость! – Старик ткнул в Каспара крючковатым пальцем. – Фрай! Поставщик шоколада ко двору его королевского величества.

– Так точно, ваша милость.

– Ну, проходи в кабинет, а вы, – обратился распорядитель к гвардейцам, – можете идти.

Каспар вошел в кабинет, чувствуя, что на этот раз с ним обращаются совсем по-другому.

– Садись. – Распорядитель указал на стул, и Каспар опустился на удобное мягкое сиденье.

Чиновник занял место за столом и, еще раз взглянув на Каспара, заметил:

– Да у тебя и платье теперь вон какое дорогущее! Сразу видно приезжего человека, наши же, – старик пренебрежительно махнул рукой, – рядятся как старые бабы и переваливаются словно утки, как еще не засыпают, когда прибыли свои подсчитывают.

Распорядитель рассмеялся старческим дребезжащим смехом, затем выбрал из стаканчика перо, обмакнул в чернила и старательно вывел на бумаге запись о госте.

– Ну вот, теперь порядок, – сказал он, дернул висевший у стены шнурок, и Каспар услышал знакомый гонг.

Послышались тяжелые шаги, на пороге возник лакей Петер.

– Будь добр, обыщи нашего гостя, но… поаккуратней.

– Понял, ваша милость.

Каспар поднялся со стула, развел руки, и Петер, едва коснувшись его одежды и не проверяя кошелька, где лежала ампула «на всякий случай», повернулся к распорядителю и доложил:

– Все чисто…

– Этого и следовало ожидать, – сказал тот. – Подойди сюда, Петер.

Лакей приблизился к столу, распорядитель ткнул пальцем в бумагу, предлагая Петеру самому что-то прочитать. Лакей чуть нагнулся, пошевелил губами, разбирая буквы, потом распрямился, и они с распорядителем переглянулись.

– Проводи его милость.

– Слушаюсь, – кивнул Петер и, обращаясь к гостю, произнес: – Прошу следовать за мной.

Каспар решил держаться как подобает лицу, приглашенному лично королем, он не стал снимать шляпу, в конце концов, если вдруг появится какой-нибудь важный индюк, ее можно будет быстро сдернуть.

– Розовый этаж, приемная, негоциант Фрай! – сообщил Петер другому лакею, которому следовало далее провожать гостя.

И снова – мраморные лестницы, блистающие позолотой перила, начищенные до блеска бронзовые светильники, скульптуры, картины на стенах галерей, и опять:

– Розовый этаж, приемная, негоциант Фрай.

На взгляд Каспара, все лакеи были на одно лицо: напудренные парики, шелковые чулки, коричневые баш-Маки с серебряными пряжками. И голоса противные, вязкие, словно у всех до единого был заложен нос.

– Розовый зал, приемная, негоциант Фрай.

Вскоре Каспар понял, что значит розовый этаж – повсюду стали попадаться розовые стены, где-то обтянутые шелком, в другом месте инкрустированные деревом нежных тонов. У каждого зала здесь был собственный аромат, иногда едва уловимый – сладковатый, иногда сильный – свежий.

В очередной раз лакей передал гостя женщине, которую Каспара первоначально принял за горничную, однако слишком пристальный взгляд и широкие плечи выдавали в ней охранницу.

– Следуйте за мной, негоциант Фрай, – без тени радушия произнесла она.

– Разумеется, – кивнул Каспар, которого стали утомлять эти бесконечные «следуйте за мной».

Они прошли еще немного и оказались в большой комнате со скругленными углами, обставленной мебелью с такими же закругленными деталями, отчего все казалось каким-то пузатым. Вся обстановка была выдержана в бежевых тонах, от самых светлых до «топленых сливок».

Изящные стулья, кресла с высокими спинками, столики для игры в «ском» – все было отделано костью морского зверя либо залито, по серебряным формам, эмалью.

– Присядьте, негоциант Фрай, – сказала охранница, указывая на сливочно-молочный стул.

Каспар присел, минуты через две ближайшие к нему двери распахнулись и в зал вышел человек. Каспар сразу узнал его, это был барон Форнберг. Узнал и тотчас вскочил, срывая шляпу, а когда барон обратил на него внимание, низко ему поклонился.

– Эй, да это ты?! – поразился дворянин.

– Так точно, ваше сиятельство.

– Ты в великой милости, купец! – произнес удивленный барон и пошел прочь, похохатывая над столь немыслимой ситуацией.

Заметив, что Форнберг прихрамывает, Каспар усмехнулся.

Еще не стихли шаги барона, как из тех же дверей вышла милая особа – девушка лет двадцати двух с золотистыми, просто зачесанными назад волосами. Однако платье на ней было самое нарядное и дорогое, открытые плечи приковывали взгляд, большие синие глаза с любопытством смотрели на Каспара.

– Вы и есть негоциант Фрай? – спросила она и, шелестя юбками, подошла к Каспару.