Сосуд (СИ) - Вереск Ольга - Страница 35

— Да, и это спасло Вас от конфуза, к вашему счастью! И к моему несчастью! — меня придержали, а затем отступили, подав мне руку, уже без перчатки, хотя вторая на месте.

— П — п-почему к несчастью?! — богиня, его прикосновения обжигают. Будто жаром опалило. Только не так, как от рук Рихарда. Не знаю как, но не так. В дрожь не бросает.

— Миледи, я упустил свой шанс увидеть ваши прелестные стройные ножки! — ох, как же он улыбается. Открыто, задорно. Как мальчишка, который только что напроказничал.

— Да, а моя туфелька упустила шанс… встретиться с вашим лбом! — и я улыбнулась в ответ, приподняв подол платья. Туфли у меня хоть куда! Не поверите, из какого?то прозрачного камня. — Носок видите?! Поверьте мне, тяжеленный!

Для верности, я постучала им о молочно — белый каменный пол. Звук — цокот лошадиной подковы!

— Думаете, соскочила бы?! — задумчиво спросил мой сегодняшний герой.

— Зуб даю! — весело ответила я, подмигивая. — Ой!

— Что?! — опешил граф.

— В смысле, безусловно! — как там Летиция улыбается, широко?! И я так умею. Вот так улыбаясь, что аж щёки трещали, я и вошла в столовую, опираясь о руку графа Лайнвуда, пройдя не меньше ста шагов по изумительной парадной зале, освещенной тысячью магических огней, словно звезды, мерцающие на потолке.

Спустя полчаса рассматривания диковинных серебристых штучек с завитушками, которые Рихард назвал 'столовыми приборами', я поняла, что в этот вечер мне суждено умереть от голода. Нет, я не совсем тупая, ложку я узнала, и вилку тоже, но одну, нормального размера и с четырьмя зубцами. Так, произведем подсчет: знакомых предметов — два. А всего — четырнадцать. По семь с каждой стороны от тарелки, которых тоже было больше, чем надо. Три.

— Кьяра, миледи, позвольте Вас так называть?!

— Да, конечно, называйте… — горестно вздохнула я.

— А вы меня Аарон или Шейн! — приятный тембр голоса вывел меня из тяжких раздумий о неграмотности собственной персоны в таком важном предмете, как 'Секреты трапезы в герцогском замке!'.

— Мне казалось что искусство шеф — повара замка Сумрак не оставит вас равнодушной?! — милый граф, только Вам и есть дело до меня. Рихард же, как присел на стул, так и болтает с Летицией. И глаз с неё не сводит.

— Да… Оно меня не оставляет… равнодушной. И кушать хочется, — последнее я прошептала. Но меня услышали. Господин Шейн, конечно.

— Так в чем же дело?! — в очередной раз греюсь в лучах его легкой улыбки.

— Ну — у-у, в этом! — протянула я, понижая голос. Мои пальчики, едва касаясь, пробежались по стройным рядам 'столовых приборов', — Просто кошмар!

— Миледи, это мелочи, поверьте! Следите за мной и повторяйте все мои действия!

— Только не спешите!

— Кьяра, для Вас я могу двигаться столь медленно, сколько Вы пожелаете! — вот я не поняла, речь всё еще о столовых приборах?!

Но мысль эту я додумать не смогла, ибо желудок стал главенствовать над головой. Я повторяла движение за движением, жест за жестом, и, о, слава богини, что?то, напоминающее вареную печень утки, с чем?то похожим на грушу, наконец, попало ко мне в рот. А теперь вино. Слегка пригубили. Промокнули губы салфеткой…

Богиня, как же я люблю тебя и весь мир! И вас, Аарон Шейн! И тебя, неизвестный мне повар! И тебя, утка, добровольно или нет пожертвовавшая свою печень, дабы я не умерла от голода! И…

— Кьра, должен заметить, леди Летиция — прекрасный пример для подражания! Замечательная хозяйка, прилежно следит за модой и, если не ошибаюсь, великолепная наездница! — дорогой Рихард, и коню понятно, что ты хочешь этим сказать.

— Правда?! — надеюсь, мои круглые глаза выражают достаточно удивления и восхищения.

— О, Харди несколько преувеличил, многое мне не доступно…

— Угу, как отыскать достойного жеребца для столь великолепной наездницы! — и чего это она на графа Лайнвуда так злобно посмотрела?! — Перевелись, наверное, в Прайоре дур… чистокровные скакуны! За границу не собираетесь, баронесса?!

— Не в этом году, граф!

— Ах, да. Некоторые финансовые проблемы у Вашего супруга, что?то такое слышал!

— Это всё глупости! — а смех ненатуральный, как у механической куклы. Я на ярмарке такую видела. — Не верьте слухам…

— Кстати, о слухах! Шейн, что ты слышал о Северных племенах мраров?!

Ну, вот, только самое интересное начиналось. Теперь сиди и слушай скучные мужские разговоры. Хотя, вот тот мясной рулетик я еще не пробовала!

— Леди Рокьяра, а вы уверенны, что обладаете достаточной силой, чтобы соответствовать такому великому… учителю, как герцог Даремский?! — так, вижу, аппетит мне всё?таки испортят. Вот чего ей неймется, сижу, тихо жую, никого не трогаю!

— Думаю, леди Моррэ, герцогу виднее, чем я обладаю! — и мило так улыбаемся. Похоже, ответ мой не понравился.

— И всё же, столько лет! Ни одна благородная семья не смогла убедить герцога взять хоть одного одаренного отпрыска, даже наследников титулов и состояний, а тут, простите, Вы! — так, мне тоже мило улыбаются. Даже милее, чем я.

— Леди Моррэ, поясните, что Вы имеете в виду?! — короче, что надо этой мымре?! Рихард пока с Аароном о политике не заговорил только ей и внимал! Ага, с подобострастным выражением лица деревенского дурачка!

— Ну, миледи, хотя не думаю, что ваши родители титулованы. Ах, не важно… — а глазки её так и бегают, от меня к Рихарду, от меня и опять к нему. Посматривает, прислушивается ли он к нашему разговору?! — Мы же с вами понимаем, что область ваших… так скажем, познаний лежит больше в горизонтальной плоскости, чем в сфере тонких материи?!

Вот что она сейчас сказала, кто?нибудь понял?! Если да, объясните мне.

— Чего?! — да, так и спросила. Мои ж родители не титулованы!

— Горизонтальная плоскость, милочка! Стол, пол, постель… и прочее, думаю, Вы меня поняли! Так как?! — нет, вы слышали, наглая тётка, хоть куда. Это она меня сейчас кем обозвала?!

— Да, магия, она знаете, так сильна во мне, что порой страдают и стол, и пол, и даже постель! Вот вчера в спальне уже вторую кровать поменяли! — что?то с баронессой не то, личико позеленело и щека дергается. — Вина, миледи?!

А ручками махать так не надо! Я ж говорила, что не надо!

— А — а-а! Вы! Деревенская дура! Курица! Посмотрите, что она сделала с моим платьем! — и чего орать?то, пятна и не видно! Платье ж бордовое, и вино того же цвета.

— Леди, прошу прощения, это случайность! Я не хотела! — мои извинения совершенно искренне. Ну, хоть вы мне верите?!

— Рихард, это просто невозможно! Мой наряд испорчен!

— Летиция, успокойся! — морщиться, словно от зубной боли мучается. — Магия очистит его за мгновенье!

— Какая магия! Оно соткано из тончайших шелковых эльфийских нитей! К нему применено десяток заклинаний! Оно же растворится на мне! — пойду чистить уши, что?то глохну я.

— И правда, не надо! Магии, в смысле! Граф Лайнвуд может не пережить, он же только стройные ножки любит, а я не уверенна, что Ваши… Ну, вы, наверное, с детства на коне…

— Летиция, прекрати истерику! — о, граф, вы всё?таки очнулись! Рот он зажимает довольно усердно, наверное, икает от испуга.

— Она… она меня оскорбляет, и ты позволяешь ей это?! В твоем замке?! Неслыханно! — еще бы, конечно, ничего не слышно, граф скоро не только рот, но и уши зажимать будет. Во — о-он, довела беднягу, скоро под стол упадет!

— Кьяра, ты ведешь себя грубо!

— Кто?! Я?! Я вообще молчу! А до этого только правду и говорила! И я извинилась! — нет, представляете, она на себя вино вывернула, а я виновата?! Вот так и помогай людям, подавай попить! — А вообще, можешь подол поднять, и вот честно — пречестно, ноги — кривые! Как колесо! У всех всадников так, особенно с детства кто ездит! Я видела! А еще они — волосатые! Леди Летиция, а Ваши ноги волоса…

— Всё, я не могу! — и невероятный мужской хохот ворвался в наш спор. — Леди Кьяра, дамы ездят боком! У них седло специальное…