Сосуд (СИ) - Вереск Ольга - Страница 6

— Девочка, всё не так, как кажется на первый взгляд! Я открою тебе величайшую тайну о богах нашего мира! — голос провидицы зазвучал с какой?то затаенной горечью. — Запомни, Кьяра, всепрощающих богов нет! Скорее наоборот. Да, Сардос — воплощение зла. Но и Айора не так уж добра.

— Тогда почему же вы ей служите?!

— Потому, что эта Богиня среди всех наиболее понятна, а значит, близка людям, — вздохнула Леанара. — Неопределенность пугает. Всё, что скрыто от людского глаза, неизведанно, таинственно — отрицается большинством из нас.

— А разве Айора так уж близка человечеству?! — с изумлением спросила я. — Ведь она далеко не так милостива, как нас пытаются убедить жрецы. Разве поклоняться более доброму божеству не лучше?!

— Опасные речи, Кьярочка! За это могут осудить на изгнание, если не на смерть, — предупредила Оракул. — Но я понимаю, всё это у тебя по младости и незнанию.

Пристально глядя мне в глаза, прорицательница пустилась в объяснения:

— Образ Айоры — суть олицетворение всех человеческих страстей и всех добродетелей. Она добра и гневлива, милостива и сурова, предвзята и справедлива… Она понятна и высокородному лорду, и последнему нищему! Все её поступки и решения достаточно легко объяснить. Единственное, что отличает Богиню от нас, это то, что она — богиня.

— То есть вы хотите сказать, что мы поклоняемся ей только потому, что Айора — богиня, и всё?! — уточнила я.

— Да. Боги — это нечеловеческая сила, безграничное знание, бессмертие. С этим приходиться мириться! — улыбнулась Оракул, ласково так, покровительственно… Чувствую себя неотесанной деревенщиной. Хотя, кто я, по сравнению с ней?!

— А как же маги?

— Маги, девочка, не люди! И человеческие законы не для них!

— Как так?! Но они же, как мы! — возмутилась я. — Я же видела их в вашей свите!

— Дитя, они лишь похожи на нас. Внешне. Но мораль их иная, образ жизни сильно отличается от нашего, да и живут они гораздо дольше, чем мы, — пояснила Оракул. — Некоторым из них уже перевалило за пару тысяч лет. Скорее, они ближе по своей природе к богам, чем к нам, простым смертным.

— А как же они с богами уживаются?!

— А никак! Паритет у них — не вмешиваться в дела друг друга! — с какой?то бесшабашностью заявила Леанора. — Ниамор — город магов, существует вне времени и пространства, и лишь условно принадлежит нашей вселенной. Думаю, что жители других миров на него претендуют, также как и мы.

— Как интересно! Другие миры?! — беседа с Оракулом нравилась мне всё больше и больше. — Сардос тоже говорил об иных мирах!

Ой, зря я, кажется, о нём упомянула… Леанара нахмурилась и с внезапной яростью зашептала:

— Запомни, Кьяра! Сардос — самый опасный и непредсказуемый среди богов! Он — хищник! Каким?то чудом Великой Айоре удалось запретить ему бывать в нашем мире тогда, когда ему вздумается, и он приходит только на зов!

— Но я не звала его! — осторожно освобождаю свою кисть из рук Оракула.

— Ты нарушила священный ритуал и должна была умереть. Сама Айора обрекла тебя на смерть! — холодные фиалковые глаза Леанары что?то высматривали на моем лице. — Медальон, что ты приложила к запястью, должен был тот же миг убить тебя! Отказав отцу в его праве, ты посягнула на сам Закон! Своим безрассудным поступком ты призвала Сардоса, одно из воплощений которого — Смерть! Вот он зов!

— Не верю! Что, неужели до меня, ни одна из избранных не делала того же?! — от осознания совершенного мне как?то резко поплохело. Совсем нехорошо стало… Но я упрямо продолжала: — И что, значит, медальон убил бы меня?! Он же Дар Айоры, тот, что защищает свою хозяйку от всех бед.

— О, Богиня, неужели вы здесь верите в эти сказки?! — удивление Оракула было неподдельным. — Хорошо, давай начистоту: во — первых, да, до тебя такие случаи бывали. Правда, нечасто: пару раз за сотню — другую лет, судя по записям предыдущих прорицательниц. Но все они, деточка, заканчивались весьма предсказуемо — смертью избранной!

— Ой!

— А во — вторых, теоретически, медальон защищает женщину только тогда, когда её вины в произошедшем событии нет. Ни прямой, ни косвенной, — продолжила Леанара, не замечая, что меня уже бьёт крупная дрожь. — Она никогда не должна преступать Закон. Что весьма маловероятно, в течение всей жизни?то! В лучшем случае медальон 'молчит', в худшем — карает!

— Карает? А как? — ой, может, не стоило спрашивать.

— Ну, всех подробностей я не знаю, у меня же его нет, Оракулы вне Закона, но судя по тому, что слышала, если проступок несерьёзный, то о нем тут же становится известно мужу, Хозяину или отцу, а там уж они сами решают, как поступить.

— А если серьёзный?! — всхлипнула я.

— Угадай?! — и чего она веселиться, чувствую, что с Оракулом не всё в порядке. — Смерть, конечно!

— Что?то мне не хочется его носить! — я задумчиво подвела глаза к потолку, — а кроме меня об этом чудесном назначении Дара Айоры хоть кто?то знает?!

— Придется носить! — усмехнулась Оракул. — Что касается остальных… кто?то знает, кто?то лишь догадывается, а кто и живет в сладостном неведении, уповая на милость Айоры! Ведь она помогает своим заблудшим дочерям, не всегда, но помогает! И я бы на твоем месте молилась ей неустанно!

— Почему?! — вот не доведет меня любопытство до добра. — Ведь я?то жива!

— Потому, деточка, что ты так и не получила свой знак! Посмотри на своё запястье! Ни — че — го! Так что тебе это еще предстоит, как только отец всё же приложит медальон к руке, — просветила меня гостья о том, что меня ждет. — И потом, ты была у Сардоса! Но, по — видимому, твой час не настал. Великая Прядильщица отмерила тебе долгую жизнь. Что наводит на определенные мысли…

— Сардос… Сардос… Да ничего там такого не было! — вот знала же, что от некоторых знакомств одни неприятности. — Ну, вернулась, и вернулась!

— Почему он тебя отпустил?! Что ты ему пообещала в обмен на свою жизнь?! — это была угроза в её голосе или мне показалось? — Что отдала? Что взяла? В тебе его магия, я чувствую!

— Да ничего я не обещала, не отдавала и не брала! — пыталась я успокоить Леанару. Вдруг она буйная? Кто этих прорицательниц знает. — Я его просто забавляла, вот и всё!

— И всё, говоришь? — прошептала Оракул.

Мгновение и острый кинжал прижат к моему горлу. Плотно так. Даже сглатывать не стоит. Я уставилась в безумные глаза Оракула, пытаясь отыскать в них хоть какой?то проблеск разума.

— Боишься меня?!

— Нет! — а действительно, что это я так спокойна? Вот сейчас прирежет меня как овечку и всё, отмучаюсь.

— Нет?! Я ощущаю, как бьётся твоё сердце! — воскликнула безумная, а кто ж еще?!

Фу — у-х, кинжал убрала. Я с некоторой обидой взирала на бормочущую Леанару. В подруги она мне набивалась… Ага, как же!

— Сильное сердце… Сердце… Сардос… — шептала Оракул, прикрыв глаза. — Что было в предсказании, которое я сказала тебе на церемонии?! Ну, говори!

— А вы сами разве не помните?! — изумилась я.

— Нет! Оракул всегда пребывает в трансе во время ритуала! — поспешила пояснить уже как будто успокоившаяся Леанара. — Вспомни, это важно!

— Да ничего такого! Что?то о сердце моем, и, кажется, еще, что я должна родить… не помню точно, вечность… — напряженно припоминала я. — Вы тихо говорили, я не всё слышала.

— Вечных! Родить Вечных! — вскрикнула прорицательница. — Сардос, будь ты проклят!

Куда это она помчалась?! Не успела я удивиться, как услышала:

— Девочку запереть и не выпускать! Сегодня же завершить ритуал! Богини ради, отдайте её побыстрее замуж или Хозяину. Месяц даю, не больше!

М — да, вот и поговорили. Сардос хоть вина налил.

Эх, и маму не позвали, а я её с церемонии не видела. Волнуется, наверное! И кто такие эти Вечные!

— Лю — ю-ю — ди! Вы хоть поесть дайте! — я подёргала за ручку двери. Заперто. Быстро исполнили приказ, однако. Ладно, посплю пока.

Глава 5. О том, что от судьбы не убежишь. Даже если очень хочется

— Кьяра, доченька, просыпайся! Пора! — ласковый мамин голос привычно разбудил меня поутру. — Нужно торопиться! Все уже собрались!