Тьма миров (СИ) - Рябов Игорь Владимирович - Страница 133

На столешнице аккуратно разложены письменные принадлежности: стопка чистых листов с золотистым оттиском герба принцессы в левом верхнем уголке, несколько неподписанных конвертов, высокий ажурный стаканчик с гусиными перьями, закрытая чернильница в форме сидящего медвежонка, обнимающего бочонок с… чернилами. Рядом с забавной зверюшкой серебряная полусфера на ножках, похожая на приземлившийся НЛО, наполовину заполненная мелким отборным песком для посыпки на свеженаписанный текст. Изящный стилет с узорчатой ручкой, чтобы вскрывать поступившие послания. Три разноцветных полоски плотной ткани, видимо, используемые как закладки. По углам стола возвышаются два подсвечника с еще нетронутыми пламенем восковыми столбиками. Света и без них хватало — Желдак в первую очередь зажег канделябры на стенах, и в кабинете стало почти светло и уж точно — уютно.

Янка отметила, что рабочее место принцессы содержалось в идеальном порядке: ничего лишнего. Собственно как и во всём кабинет тоже.

За спиной колдуньи по стене распластался стеллаж с аккуратно расставленными на полках книгами и стопками мирно возлежащих толстых фолиантов. На самых верхних — скатанные в рулоны свитки, тщательно отсортированные по размерам. Судя по внушительности некоторых, без карт не обошлось. Кстати, стоит с ними как-нибудь познакомиться поближе, чтобы более наглядно представлять мир, куда угораздило попасть. А вот чего на полках точно не наблюдается, так это модных глянцевых журналов, сборников манги и комиксов, бесплатных рекламных газет и бросовой литературы с заведомо макулатурным содержанием, — всё-таки здесь Её Высочество важными делами заниматься должно, а не развлекаться, будто в комнате отдыха находится. Да и сомнительно, что в этом мире хоть что-то из вышеперечисленного уже существует. Впрочем, Янка ничуть не жалеет об отсутствии именно этой, не шибко нужной ей печатной продукции, разве что не отказалась бы изредка какую-нибудь красиво нарисованную мангу полистать на досуге перед сном.

Стены задрапированы изумрудным шелком, привносящим в душу гармонию и спокойствие. Оба окна, расположенные близко друг к другу, забраны плотными портьерами, чуть-чуть отличающимися по тональности от стен. В неглубокой полукруглой нише между окнами стоит манекен, на который одеты доспехи: легкая кольчуга, блестящий шлем с забралом «драконьи зубы», усеянные мелкими шипами наплечники и прочая амуниция. Размер облачения однозначно Янкин.

Напротив письменного стола небольшой, слегка выступающий из стены камин, в данный момент потухший, раскрыл свой черный, беззубый рот в немой жалобе на давно отсутствующий огонь. На мраморной каминной полке, лёжа на подставке, спрятался в дорогих ножнах короткий меч, по форме напоминающий катану. Если он принадлежит принцессе, а не просто красуется тут ради выпендрежа, то размер оружия в самый раз, по руке. Уж всяко Яне сподручнее им размахивать, чем тем же бастардом, не говоря о двуручных бандурах, которые она не в силах даже приподнять. С боков от камина два кресла, не выбивающиеся из общего стиля. В одно из них и уселся командир Лютооких, предварительно дождавшись, когда принцесса устроится на стуле, и спросив у неё позволения тоже расположиться поудобнее. А ей разве жалко?

Если говорить короче, то Янке Изумрудный кабинет очень даже понравился. А особенно приглянулась девушке большая картина, занимавшая полстены над камином. На ней, конечно же, опять изобразили оленя, кто б в этом сомневался. Но сам сюжет колдунье показался великолепным, не говоря уж о мастерстве неизвестного ей художника. На переднем плане крупный красавчик-олень отбивается от стаи волков, окруживших его на тесной лесной полянке. Он склонил ветвистые рога почти к земле, прижав ими одного из бандитов к стволу ближайшей сосны. Позади уже валяются три серошкурые бестии, а четвертая как раз в этот миг отправилась кубарем в бреющий полет, смачно схлопотав копытом задней ноги в лоб. Из темной чащи сверкают глаза еще нескольких хищников, но в поведении оленя невооруженным взглядом видна такая уверенная в себе силища, что вряд ли уцелевшая часть стаи рискнет выйти из тьмы на полянку под лунный свет. Именно эту мысль автор полотна вернее всего и хотел донести до зрителей. И у него, без сомненья, получилось.

— Ваше Высочество, мне хотелось бы услышать подробности происшествия в вашей спальне, — негромко попросил Желдак. — Отосланный ко мне Талионом стражник смог рассказать, как я понимаю, лишь малую часть, сообщив только о том, чему сам был очевидцем. А таких сведений мало для анализа ситуации.

Пришлось Янке пуститься в воспоминания о недавних событиях, начав рассказ с того момента, как она простилась с заговорщиками и отправилась в свою спальню. Командир гвардейцев вправе и даже обязан знать о её полуночных приключениях, ведь он тоже заинтересован в безопасности принцессы. Да и всё равно больше нечем заняться, пока они ждут Талиона.

Желдак слушал внимательно, не перебивая. По мере продвижения рассказа колдуньи, его лицо мрачнело, хмурясь, точно небо перед грозой. А когда девушка закончила повествование, начальник Лютооких сумрачно высказался безапелляционным тоном:

— С этой минуты я вынужден изменить систему вашей охраны. Вы больше не должны находиться где-либо в одиночестве. С вами всегда рядом буду или я, или Талион или, как минимум, один из Лютооких.

— Даже когда я вновь захочу понежиться в своем шикарном бассейне? — Янка непонимающе-ошарашенно захлопала ресничками.

— Да, даже тогда, — с суровой решительностью подтвердил Желдак. — Не переживайте, ничего лишнего мы не увидим, будем стоять к вам спиной. И хотя так мы нарушим этикет, но зато возможно спасем жизнь Вашему Высочеству, если кто-то вновь решит на неё покуситься.

— Ну, знаете! Это уж слишком, — принцесса с обидчивой капризностью мгновенно надула губки.

— Напротив, в самый раз! — жестко отрубил пожилой гвардеец. — Вы нам потом еще спасибо скажете, если вдруг… Хотя лучше даже не думать о плохом, чтоб не накликать.

Янка недовольно фыркнула, но препирательства о неприкосновенности личного пространства отложила до лучших времен. Но и продолжать разговор с шибко суровым и скорым на решения начальником Лютооких больше не хотела. Ни на какую тему! Положив руки на стол, девушка устроилась щекой на сгибе локтя и стала изучать узоры филигранной гравировки на шлеме доспехов. А мысли отпустила в свободный полет.

Ну вот какого капыра, спрашивается, ей так подфартило?! Интересно, почему перемещения в чужие измерения у большинства попаданцев начинаются с занятия какой-нибудь крутой должности? Судьба специально подбирает миры, в которых замещаемый двойник едва ли не в обязательном порядке королевский родич, если не сам монарх? Или какой-нибудь крутой волшебник, от действий которого, ни много, ни мало, зависит судьба Иномирья. Или полководец, одним взмахом руки посылающий тысячи солдат на кровавую битву во имя… Да во имя чего угодно, лишь бы доказать всем, что он непревзойденный гениальный стратег в плане массовых убийств!

А вот слабо было Судьбе в порядке исключения переместить Янку на место какой-нибудь белошвейки, например? От иглы и ножниц которой в этом мире ни черта не зависит! Зато и проблем никаких нет, разве что морока при выборе выкройки для очередного шедевра швейного искусства. Или почему бы пастушку босоногую не заменить собой? Ходила бы сейчас по лугам да на коров беззлобно поругивалась, чтоб не разбредались в разные стороны. Так нет же, извольте принцессой побыть, как все порядочные попаданцы! Да не в простой стране, а в балансирующей на одной ноге на краю пропасти.

Отвечать на риторические вопросы, крутящиеся в голове, никто колдунье не собирался. И она еще сильнее разобиделась. На Желдака, молча восседающего в кресле, на Судьбу, натворившую дел, но исправлять содеянное не собирающуюся, на себя, обидчивую по пустякам, на Гошу, неизвестно где шляющегося, вместо того, чтоб быть с ней рядышком в трудную минуту. Да и на весь мир, готовый сигануть в пропасть из-за какой-то ерунды, а то и просто ради развлечения, чтоб не скучно жилось… С этими невеселыми мыслями незаметно для себя принцесса и задремала.