Времена без Героев (СИ) - Субботин Денис Викторович - Страница 150

- Ты забыл, гардары более не варвары! -попрекнул его Миклай. - Уложением моего покойного брата они приравнены к нам, торингам по положению… Зови его! Думаю, это гонец от гардарских князей. Наверняка они близко!

Похоже, на это надеялись и об этом мечтали все…

За пологом шатра вновь вспыхнула словесная пря, потом Миклай узнал один из голосов. Он принадлежал его кравчему, барону Сигизмунду Хтору, с некоторых пор - ярому ненавистнику всего гардарского… Барона можно было понять, Миклай и сам с горечью вспоминал о тех временах вседозволенности при правлении брата, что была у гардар! Все, она ныне в прошлом! Все теперь будет по закону. И убивший нобиля гардар, при нем своей жизнью заплатит. Как и любой торингский нобиль!

- Что там? -недовольно спросил император. - Почему наш кравчий недоволен?

- Он требует, государь, чтобы вместе с гардаром вошел и он! -заикаясь, покрасневший как рак, ответил капитан. - Прикажешь впустить?

- Отчего ж нет? -подумав, пожал плечами Миклай. - Пусть входит. Он - мой кравчий!

Полог наконец был откинут, хотя, по мнению императора, входить в императорских шатер можно было и поосторожнее, затем внутрь вошли двое. Нет, трое… Гардар, кравчий Сигизмунд… и маленький мальчик на руках гардара. Повисший на руках у него, уткнувшийся лицом покрытую грязью кольчугу воина…

Гардар, пошатываясь, сделал несколько шагов но на середине пути вдруг сбился с шага, а по лицу его пробежала тревожная гримаса. И почти сразу же под шатром раздался дикий вопль:

- Попался!!!

Граф Репек Донн вывалился из общей массы свитских, страшный и смешной старик - длинный, тощий и лысый, пошел на гардара. Тот одним движением выхватил меч из ножен. Судя по насупленному лицу, графа Репека он знал. Вряд ли д о бро к нему относился…

Зазвенело сразу несколько добываемых из ножен клинков. Оскорбление, нанесенное безвестным, но без сомнения безродным гардаром вывело из равновесия еще нескольких нобилей. Обнажил свою тонкую парадную ландскнетту и сам граф Репек. Впрочем, его худая, старческая рука и пятьдесят три оставшихся позади года жизни делали очень сомнительными его шансы на успех и даже на равную борьбу…

- Ну-ка, вложите оружие в ножны! -рявкнул Миклай, про которого все забыли. - Гардар, иди сюда!

Гардар, в чертах лица которого император начал узнавать какие-то знакомые черты, неспешно подошел, по прежнему держа ребенка на сгибе левой руки. Мальчик лет одиннадцати не выглядел хрупким и легким, но не похоже было, что воин устал. Варвар с огромными мускулами… и без царя в голове!

- Здрав буди, государь Миклай! -нейтрально поприветствовал императора гардар и тот вдруг вспомнил - сотник Мстислав, гвардеец… Тот самый, что убил сына кравчего и был волей Теодора помилован и лишь изгнан прочь из столицы.

- И ты здравствуй… пока, сотник Мстислав. Вернее, ты больше не сотник наш!

- Верно, государь! -спокойно ответил Мстислав. - Император Теодор изгнал меня из гвардии… за поединок. Он же поручил мне одно дело. Я исполнил его!

- Вот как? -приподнял бровь Миклай, у которого вдруг заколохнуло сердце. - Что же это за дело такое? Я не слышал про него!

Мстислав криво улыбнулся и положил мальчика на толстый, хоть и затоптанный сапогами ковер. Под ноги императору…

- Узнаешь братучадо?…

В шатре вдруг стало тихо. Даже Репек, которого держали чуть ли не вдесятером, даже барон Хтор затихли ошеломленно. Кому-то мальчишка, по возрасту вполне подходящий, и впрямь показался чем-то странно похож… Но лишь показался. Малыш был грязен, исхудал сильно… Конечно, трудно признать в нем того непоседу-глуздыря, который изводил весь императорский двор, демонстрируя не по годам живой и острый ум и характер истинного торвальдинга.

Миклай ощущал себя так, словно его как следует огрели булавой по голове. А шлем перед этим он одеть забыл. На миг сердце остановилось, дыхание сбилось… Он справился с потрясением лишь потому, что морально был уже готов к чему-то такому. Потому удивление быстро прошло, он опустился рядом с мальчиком, то ли бесчувственным, то ли спящим на одно колено, снял перчатку и голой рукой очистил лицо от грязи и запекшегося конского пота. Сомнений не было - исхудавший, измученный, возмужавший, перед ним лежал Отто, сын Теодора и наследник престола…

- Лекаря! -раньше императора сообразив, что сейчас нужно мальчику, громыхнул стоявший за его спиной коннетабль Томас. - Лучших лекарей, магов! Быстро, побери вас Белая Дева!

Гвардейцы и даже некоторые графы сорвались с места, словно за ними и впрямь сама смерть шла.

Миклай, на миг подумав, что если Отто выживет, его, Миклая, правление войдет в историю как самое короткое, еще несколько мгновений стоял на коленях, потом сотворил Святой Крест, а когда поднимался - все видели - шептал Символ Веры.

- Он -умер?! - истерично вскричал кто-то из толпы нобилей.

- Молчать! -рявкнул Миклай, бросив на него острый взгляд. - Освальда сюда! И всем священника в лагере молиться за здравие! Законного наследника и будущего императора! А сейчас… Объясни-ка мне, гардар, откуда у тебя оказался наш наследник, так странно пропавший!

Мстислав открыл было рот, чтобы ответить, но тут граф Репек сбросил с себя державших его людей и, вмиг оказавшись подле Миклая, дико заорал:

- Мой император, дозволь мне сказать!

- Я не император более! -резковато, еще сам не свыкшись с этой не самой радостной мыслью, ответил Миклай. - Впрочем, говори!

- Государь, этот человек -вор и лжец! Он не один, с ним норлинг вместе идет, а еще - маг и базиликанец. Они разрушили корчму на моей земле, развалили замок, убили двенадцать моих дружинников… Обесчестили дочь, прелестную Лауру! Ей только четырнадцать исполнилось…

- Что ты врешь!… -прорычал Мстислав. - Когда это кто твою Лауру трогал?!

- Значит, остальное ты признаешь? -едко спросил Репек. - И убийство, и разрушения? И то, что суду законному не подчинился, здание суда разорив и против людей, в зале сидящих подлую магию применив?!

- А ты признаешь, что Императорскую Печатку узрев, подчиниться ее отказался?! -перешел в наступление Мстислав. - Это - тоже преступление!

- У тебя -Императорская Печатка? - искренне изумился, услышав это, Миклай. - Ну, тогда все проще! Покажи ее мне, и ты - обелен за все преступления и проступки, совершенные тобой во время квеста!

Мстислав мрачно покосился назад, где у самого входа, отделенные на всякий случай недремлющей охраной, стояли Равен и Эдрик.

- Была! -тихо сказал он. - Я… потерял ее. Когда вырывался из замка Донн! Ну, вернее, из того, что от него осталось!

- Тогда -извини! - помрачнев, сказал Миклай. - Нет у тебя ее. Разве что благородный граф Репек подтвердит… Правда, тогда я немедленно вынужден буду взять под стражу его!

- Я не помню никакой Печатки! -твердо ответил граф, для большей убедительности покачав своей лысой головой. - Разве я, законопослушный подданный императора, не подчинился бы ей?!

- Сволочь! -тихо и безнадежно прошептал Мстислав…

- Возьмите их троих… до разбирательства! -решительно сказал император… вернее - опять великий коннетабль. - И, кто-нибудь! Пошлите гонцов к базиликанцам. На престоле вновь прямая ветвь династии! Пусть уймутся…

- Вот она, награда торинга! -взревел Эдрик, когда на него двинулись гвардейцы. Но меч - отдал…

Эдрик продолжал бушевать, хотя закончился полный час их пребывания во временном узилище, в которое превратили одну из палаток гвардии… Оружие и доспехи отняли - здесь не поруб графства Донн, все серьезнее, а маг… Ну что маг. В охране, среди двух гардарских десятков, окруживших палатку, пребывали и четыре мага-гильдейца. Достаточно, чтобы на некоторое время связать руки даже такому сильному магу, каким за время пути стал Равен.

Равен, кстати, был единственным, кто не пал духом. Он, как мог и умел, старался успокоить остальных. Получалось - не очень. Плохо, прямо скажет. И даже довод, что мол Сервелий обязательно выручит, если что, не обнадеживал. Много помог этот Сервелий, когда рвались через море, по Номадии?! На грош, да и то в долг…