Разлучи нас, смерть! (СИ) - "Ginger_Elle" - Страница 201

Джейсону захотелось выбежать из комнаты, закрыться в своей спальне и зарыться с головой в подушку, чтобы ничего больше не видеть и не знать. Ему было почти физически больно от жалости к Алексу и самому себе. Почему в его жизни всё так складывается?.. Он не думал, что, уехав к Чэну, будет вести счастливое и безбедное существование, он знал, что ему придётся жить в постоянном страхе перед Астоном. Но одно дело Астон, живущий за тысячи километров отсюда и почти не имеющий здесь силы, а другое дело — Лиза Чэн, способная предать и обладающая огромной властью, противник, с которым Алексу не справиться. Она уничтожит их обоих…

Это была опасная игра — Джейсон понимал. Но он рассчитывал на то, что если Дэниел узнает, где скрывается его любовник, то не рискнёт выступить против Чэна. И даже если рискнёт, у Алекса будет достаточно сил, чтобы выстоять против него, тем более на своей территории. Теперь ему всё виделось в ином свете: Алекс заручился не столько настоящим одобрением отца, сколько призрачной поддержкой Лизы. А она могла изменить своё мнение в любой момент. Джейсон имел кое-какое представление об этой женщине и не сомневался, что она без колебания выдаст пасынка Астону, если ей это будет выгодно.

Джейсону было всё равно, что будет с ним. Он с того самого момента, как решился на побег, был внутренне готов к тому, что затея провалится и ему придётся ответить перед Дэниелом. Но Алекс… Он сломает и его жизнь — даст его мачехе чудесный предлог выставить его глупцом, втянувшим их семью в войну, и сыном, недостойным наследовать своему отцу. И даже хуже: Лиза могла не только обыграть его в пока не начавшейся борьбе за наследство, она могла лишить Алекса всякой поддержки семьи прямо сейчас, оставив на растерзание Астону.

Взгляд Джейсона потух и замер. Господи, он разрушает всё, к чему прикасается… Вернее, Дэниел разрушает и будет разрушать всё, к чему он прикасается…

Рука Алекса коснулась его пальцев, судорожно сжатых в кулак.

— Мы оба знали, что цена будет высокой.

— Если я прав, и члены твоей семьи планируют предать тебя… это слишком высокая цена. У нас нет шансов.

— Пока ничего не решено… — Алекс смотрел на него неотрывно. — Но, возможно, всё так, как ты говоришь: у нас мало времени. Несколько недель или даже дней.

— Ты сошёл с ума, — покачал головой Джейсон. — Я ведь не стою этого.

Алекс произнёс отрывисто и неожиданно громко:

— Когда я тебя увидел в первый раз, я понял, что ты мне нужен. Именно ты.

— В Цюрихе возле банка? — Джейсон не мог не улыбнуться, так прямо и по-мальчишески наивно это прозвучало.

— Нет, гораздо раньше. Здесь, в Гонконге, в «Ритц-Карлтоне».

— Я никогда не останавливался в этом отеле.

— В ресторане.

Джейсон порылся в памяти. Что-то такое было… Кажется, итальянская кухня… Белые трюфели… Но это было так давно, скорее всего, в 2007 году, когда он в первый раз приезжал с Астоном в Гонконг.

— И ты был там? — спросил Джейсон. — Я не помню, чтобы встречал тебя до того раза в Цюрихе.

— Да, я был там с двумя друзьями. Ты не обратил на меня внимания.

— Извини, — Джейсон снова улыбнулся и перевёл взгляд на руку Алекса, лежавшую поверх его, теперь расслабившейся. — Если бы я не должен был прятаться здесь, мы могли бы снова съездить туда.

— Нет, — вздохнул Чэн. — Этого ресторана уже нет, и даже отеля нет. На этом месте теперь банк.

Джейсон ничего не ответил. Глупо было думать, что что-то можно вернуть и переиграть. Даже заметь он в тот день Алекса, познакомься они каким-нибудь волшебным образом, он бы ни за что не отказался от Дэниела. Тогда — ни за что. Было так странно узнать теперь, что все эти годы о нём думал другой человек, не смевший приблизиться к нему, но всё равно — ждавший его. И он дождался, но только не самоуверенного и вызывавшего восхищение любовника Дэниела Астона, а измученное, загнанное в угол существо, отдавшееся ему от полной безысходности. Они наконец-то встретились — на краю пропасти и, если Алекс был прав, лишь на несколько недель.

В этом огромном доме, упрятанном за забором, полном охраны и похожем на крепость, они были словно на острове посреди бушующего моря. Они были окружены врагами, и самое ужасное — только по его собственной вине. Это он втянул Алекса в войну, он сделал его уязвимым.

Чэн смотрел в светлые глаза, словно в воду, затянутую тончайшей плёнкой льда. По ним невозможно было ничего угадать, но он мог предположить, о чём думает сейчас Джейсон.

— Астон не посмеет причинить мне вред, — сказал Алекс. — Он не посмеет тронуть никого из нашей семьи. А я защищу тебя.

Алекс поднял руку и бережно провёл по волосам Джейсона. Он был так искушающее близко — и всё равно далеко.

— Джейсон… — начал он, но не смог больше ничего произнести.

— У нас мало времени, — сказал тот, не отстраняясь от Алекса, а наоборот, чуть склоняя голову и улыбаясь одними глазами, словно прикосновение было ему приятно и он хотел дать об этом знать.

— Иди ко мне, — чуть ли не простонал Алекс.

Он обхватил Джейсона обеими руками и притянул к себе, успев удивиться податливости и гибкости его тела. Он никогда не видел Джейсона в сколько-нибудь расслабленной позе: всегда идеально прямая спина, точно затянутая в корсет, высоко поднятая голова и расправленные плечи; от этого он ещё больше походил на мастерски изготовленную куклу, слишком красивую, холодную и безупречную, чтобы оказаться настоящим человеком. И вот, стоило коснуться его, как он словно втёк в его объятия, горячий, гибкий, но по-мужски сильный и жёсткий.

Только первые секунды были неуверенными, осторожными, а потом Алекс сжал его в объятиях властно, сильно, немного грубовато, почти не давая дышать, чтобы не дать уйти, вывернуться, ускользнуть, утверждая своё право на это красивое тело. Пока это было единственное, чем он мог обладать, — он не заблуждался на этот счёт. Но он был готов ждать.

Джейсон и не думал вырываться: ему нравились прикосновения Алекса, от них в теле рождалось приятное, почти успокаивающее тепло; это был контакт, который не хотелось прерывать, а хотелось длить, длить и длить… пока не утихнут и не забудутся страх и отчаяние… А под ощущением тепла и близости скрывалось и нечто другое — желание.

Джейсон, несмотря на тот неожиданный и неприятный отказ Алекса, ни на секунду не сомневался, что они через несколько дней окажутся в одной постели. Сложно было представить обратное в такой ситуации: двое молодых мужчин, живущих в одном доме, чувствующих влечение друг к другу и прекрасно знающих, как это желание утолить…

Он запустил пальцы в чёрные как смоль, жёсткие волосы Алекса, растрепав аккуратную причёску. Так Чэн выглядел чуть ли не на пять лет моложе — как раз на свой возраст. Алекс был чуть старше его самого, всего на полтора года. Джейсон невольно подумал о том, какими они были детьми по сравнению с теми, кому осмелились противостоять. Может быть, они проиграют, может быть, всё кончится плохо, но сейчас они были вместе. Алекс крепко держал его в объятиях, уткнувшись лицом ему в шею, не целуя, а просто прижимаясь и щекоча дыханием, а он перебирал его тёмные волосы пальцами и нежно касался их губами.

Джейсон откинулся назад, и Алекс поднял лицо, посмотрев на него из-под изогнутых ресниц, таких густых и плотных, что, казалось, ему тяжело поднимать веки. Джейсон дотронулся до губ Чэна, и тот поймал его пальцы, чуть прикусив. Он вздрогнул — прикосновение языка или губ к пальцам вызвало в нём настолько острое, болезненно-приятное возбуждение, что тело выгибалось само по себе. И судорожный вздох он тоже не смог подавить. Да и надо ли было?.. Он хотел, чтобы Алекс видел его желание, его открытость и доверие.

Алекс уронил его на спину, подмяв под себя, и впился жадными губами в полураскрытый рот. Джейсон отвечал на рвущий, кусающий поцелуй с той же страстью. Да, это было оно, то блаженное ощущение, когда желание обжигающей пеленой заволакивает всё, и чувствуешь только биение сердца и чужое тело, сплетённое с твоим. Вес Алекса вжимал его в диван, и он хотел быть раздавленным и беспомощным — под ним. Ощущение чужой силы всегда сводило его с ума, почти пьянило.