О, этот дивный, юный мир (СИ) - Абердин Александр М. - Страница 18

Как только речь зашла о людях старшего возраста, журналисты дружно зашумели и Саймон Ньюмен снова задал вопрос:

— Господа, не знаю кто из вас ответит на мой вопрос, но мне в любом случае очень хочется знать, чем будут заниматься на Виктории люди старшего поколения?

Виктор взял слово и сказал:

— Саймон, когда я сказал своим родителям о том, что получил патент на управление колонией, они сразу же стали собираться в дорогу вместе со своими институтскими друзьями, которых я знаю с детства. После этого я поговорил со своими детьми и они тоже захотели лететь на Викторию, и лишь на третий день я отважился спросить своего прадеда, а он у меня на старости лет стал художником, что он думает о перемене места жительства и тот задал мне всего лишь один вопрос: — «Внучек, если я снова начну работать буровым мастером, через сколько лет ты выгонишь меня на пенсию?» и я ответил ему: — «Дед, не раньше того дня, когда во всей нашей Любианской системе уже будет не найти планеты, в которой ты не насверлил дырок». Мой ответ его успокоил и он заверил меня в том, что после этого он и сам с удовольствием отойдёт от дел. Человек дышит полной грудью только тогда, когда у него есть возможность заниматься любимым дело, будь то работа у станка или бродяжничество. Бродяг и бездельников среди тех людей, которые уже заявили мне о том, что полетят на Викторию, нет, но если кому-то надоест работать и он решит взять закинуть за спину котомку и пойти бродяжничать, то я предложу ему взять либо бимобиль, либо на худой конец биомеханическую лошадь и рацию с маячком, чтобы соответствующие службы всегда знали, куда им нужно отвезти продукты, патроны и прочие припасы. Правда, тогда мы будем называть такого парня исследователем, а не бродягой, хотя это одно и то же. Более того, мы уже купили себе пять исследовательских крейсеров и я надеюсь на то, что со мной свяжутся те ребята, которые захотят полететь на них к другим далёким звёздам в Рукаве Персея, чтобы посмотреть, а нет ли там планет вроде нашей Виктории. Разумеется, мы купим для этого ещё и несколько астрофизических лабораторий, которые поставим на суточную орбиту, чтобы они давали им координаты тех звёзд, вокруг которых обращаются по своим орбитам планеты. В общем у нас будет своя маленькая Дальняя Разведка, вот только работать она будет совсем не так, как та, которую мы сейчас имеем.

Конференция продлилась почти семь часов и когда вопросы иссякли, Виктор и его друзья покинули Париж и вернулись домой, чтобы начать готовиться к переезду в Крым.

Глава пятая

База подготовки колонистов «Крым»

Виктор Бобров сидел за письменным-столом пультом в своём кабинете и внимательно изучал длинный список товаров, закупленных на прошлой неделе, с негодованием отмечая то, что не находил в нём некоторых позиций. Поэтому он одновременно составлял второй список, чтобы поставить вопрос перед службой снабжения, так как считал, что гнать корабль к Земле только потому, что кто-то вовремя не нашел той торговой компании или завода-изготовителя, где можно было по сходной цене купить памперсы для грудных детей, недопустимой роскошью, как и строить из-за этого целое предприятие. Он дочитал список того, что кто-то высокомерно назвал мелочёвкой до середины, когда за окном послышались возмущённые вопли:

— Идиот, ты что творишь? Выключи, выключи скорей! Это же просто невозможно терпеть!

Кричало сразу несколько десятков людей и эти крики доносились со стороны взлётно-посадочной площадки, находившейся неподалёку от здания штаба. При этом Виктор не услышал звука работающих двигателей, если это не было, конечно, какое-то беззвучное транспортное средство. Он встал, подошел к окну и выглянул наружу. С этого места ему не было ничего видно, но он увидел бегущих людей, причём если одни с истошными криками бежали туда, то другие, вопя ещё громче, бежали оттуда. Это его моментально заинтересовало и он решил выйти посмотреть, что же происходит снаружи и почему люди так вопят. Выбежав из здания, он побежал вдоль стены. Из-за угла вылетел, как ошпаренный, Игорь и весело завопил:

— Батя, это просто цирк какой-то! Не ходи туда, а то и тебя ошпарит. Ну, Джонни, ну мастер на все руки! Убью, гада! И как он только соорудил такую чесучую хреновину.

Джон Кандис как раз и был одним из тех сослуживцев Игоря, которого он хотел пригласить на Викторию. Впрочем откликнулся на его призыв не один только их бортинженер и до безобразия талантливый бортмеханик ВДКБ «Персей», но и остальные члены экипажа, которые все вместе привели с собой в отряд колонистов почти триста человек, но Джонни среди них безусловно был самой выдающейся личностью, но вместе с тем и самой опасной. Дорвавшись до великолепно оснащённых механических мастерских городка колонистов на базу «Крым», он тут же принялся воплощать в жизнь все свои сумасшедшие изобретения. Похоже, что сегодня он решил продемонстрировать очередное и оно снова относилось к числу тех, которые нужно было обязательно запретить. Эта мысль пришла Виктору в голову потому, что вслед за Игорем из-за угла чёртом вылетел родной дядя Джонни собственной персоной, истошно вопя на бегу:

— Ай, собака, до чего же чешется! Ой-ёй-ёй, где здесь душ?

На первый взгляд с этим высоким мужчиной, одетым в песочно-рыжий камуфляж, ничего не произошло, но он как-то странно подпрыгивая побежал к дверям штаба, в котором на первом этаже действительно имелась душевая. Виктор решительными шагами повернул за угол и увидел, что Джонни с серьёзным и невозмутимым видом сидит в открытом бимобиле-вездеходе, который, словно бы накрыла собой, какая-то радужная, прозрачная морская звезда со множеством щупалец. На капоте вездехода, весьма высоко поднятого над землёй на колёсах полутораметрового диаметра висел самодельный плакат, гласящий: — «Тысяча удедов тому, кто сядет рядом со мной!»

Желающих заполучить эту тысячу было довольно много. Поэтому-то люди и бежали к вездеходу, но то странное силовое поле, которое накрывало собой его, действовало, словно разумное существо, а именно, оно ловило каждого приближающегося к машине, обвивало на секунду щупальцем и тут же отпускало, после чего храбрец удирал во все лопатки. На первый взгляд это радужное щупальце ничего не делало людям, но они почему-то сразу же убегали и при этом возмущённо вопили. Вскоре все поняли, что на штуку удедов им Джонни не раскрутить и остановились на безопасном расстоянии. Виктор подошел поближе и крикнул:

— Джонни, что это такое?

— Генератор защитного шкуродёрного поля, босс! — Крикнул в ответ Джонни — Опытная модель. Вот, решил испытать его на самых жадных. Пока что никто не смог содрать штуку с Джонни-Механика, и не сможет, хотя я и поставил его на самую малую мощность. Самая лучшая защита от всякой живности начиная от комаров и заканчивая всякими динозаврами. Никто не пройдёт.

Виктор рассмеялся и воскликнул:

— Выключай свою шкуродёрку, Джонни, и пошли ко мне, побеседуем. Похоже, что это твоё самое лучшее изобретение.

Джонни выключил свой генератор и спрыгнув на керамопластовые плиты возмущённо завопил:

— Босс, это несправедливо! А чем по-вашему хуже мой нервотрепатель? Отличное оружие, между прочим.

Нервотрепатель, а точнее излучатель низкочастотных волн, который Джонни испытал полтора месяца назад в баре, действительно был весьма эффективным непоражающим оружием, вот только очень уж большая паника тогда возникла, когда он бросил на пол в баре небольшой чёрный цилиндр размером со стограммовый стакан и тут же выбежал с истошным криком: — «Народ, разбегайся!» Народ, естественно, разбегаться не стал, за что тут же жестоко поплатился, когда нервотрепатель заработал и вызывал у всех такое ощущение ужаса, что бар мигом покинули не только люди, но даже мухи и тараканы. Более того, после этого все те, на ком было испытано это оружие, больше двух недель боялись подходить к бару на сто метров, а не то чтобы войти в него и пропустить пару кружек домашнего пива.

Виктор, который сразу же дал своё добро Полковнику, чтобы тот поставил эти гранаты к себе на вооружение, не стал ничего говорить, а просто развернулся и пошел обратно в штаб, поманив рукой Джонни. Пока что от Джонни-Механика он видел только пользу и был очень доволен всей его изобретательской деятельностью. Тем более, что он сначала испытывал все свои изобретения на себе, а уже потом на своих товарищах. Поэтому и жертв не было, и Джонни никто не пытался поколотить, да, это было почти невыполнимой задачей, ведь этот парень имел рост в два метра пять сантиметров и был отличным бойцом. Когда Виктор вошел в штаб, то снова столкнулся с дядей Джонни, тот уже успел принять душ и увидев своего племянника, сказал: