О, этот дивный, юный мир (СИ) - Абердин Александр М. - Страница 42

Башка у носача была круглая, чуть ли не с капот «Рейнджровера», и с острыми ушами, как у немецкой овчарки, клыки вызывали искреннее уважение, а то, с какой скоростью он ел орехи, — самую чёрную зависть. Зверь брал шишку двумя лапами, подносил её к пасти, обнюхивал её, затем разводил хоботы в стороны и по всей видимости включал пневмопривод своих челюстей, отчего они начинали двигаться вверх и вниз просто с умопомрачительной скоростью. Чешуйки шишек, надо сказать на диво прочные, двумя шлейфами летели из его пасти в разные стороны, а все орешки с тонкой, эластичной шелухой, похоже отправлялись в желудок по какой-то транспортёрной ленте, так как носач не делал никаких глотательных движений и вообще мог посрамить своим величественным спокойствием и невозмутимостью даже бронзового Будду.

Минута, и то что осталось от шишки, летело в сторону, а носач, сидевший немного поодаль от ствола ёлки, толщиной в добрых тридцать, если не сорок обхватов, брал в лапы следующую шишку и снова, прежде чем заточить её, обнюхивал. Когда этот флегматичный великан Виктории принялся за третью шишку, ему прямо на голову свалилась здоровенная спелая шишка просто какого-то уникального размера, но он даже не поморщился. Шишка отскочила от башки носача с костяным стуком и упала прямо перед ним. Зверь положил уже обнюханную шишку на кучу, наклонился вперёд и с трудом дотянувшись когтём, смахивающим на турецкий ятаган своими размерами, подтянул её к себе и взял двумя лапами. Обнюхав эту шишку, он удовлетворённо хрюкнул и включил свою зубчатую передачу орехов в желудок.

Виктор не выдержал и громко расхохотался, но носач на это не обиделся, хотя он и посматривал на странные громадины, остановившиеся невдалеке. Похоже, что его вполне устраивала такая дистанция и если бы они тоже собрали себе кучу шишек и начали её методично поедать, это не вызвало бы у него никаких возражений. Посмотрев на трапезу носача ещё минут десять, путешественники поехали дальше, вежливо объехав хозяина здешнего леса стороной. Если судить по клыкам и когтям носача, то он питался не одними только шишками, а ещё и разнообразил свою ореховую диету различными мясными блюдами, которые попадались в его поле зрения. Проверять на носаче шкуродёрку Джона Кандиса Виктор точно не решился бы, очень уж огромным и мощным была эта смирная на вид зверюга.

Виктор проехал по лесу во главе колонные ещё часа полтора, пока что-то не громыхнуло по крыше кабины и вездеход не качнуло из стороны в сторону с такой силой, что они чуть не вывалились из кресел и снова вокруг не было слышно ни единого звука и только минуту спустя где-то в стороне послышалось громкое, утробное ворчание. Виктор спросил:

— Что это было такое?

Ему ответил Роман, который ехал метрах в двадцати позади:

— Дядь Витя, я только и успел увидеть, что через вас перемахнула какая-то серая тень, вот и всё. Больше я ничего не видел.

— Перемахнул через нас… — Презрительным тоном откликнулся Виктор — Ромчик, эта тень напала на нас, но почувствовала под своими когтями прочную сталь, передумала и не стала нас есть. Видно решила пожалеть свои зубы.

Бинго немедленно сказал:

— Босс, я послал в ту сторону четыре своих монитора и кажется уже нашел какие-то следы. Смотри на экран, вот один.

Какими-то следами оказались следы лап, очень похожих на кошачьи, только тот котик, который их оставил, был очень уж велик, поскольку его лапка была диаметром более полуметра. Посмотрев на этот след, рядом с которым Бинго поместил масштабную линейку, Полковник присвистнул и сказал:

— Ни фига себе киска. Наверное будет не меньше, чем этот полосатый орехоед и уж она-то точно орехами питаться не станет. Ей подавай что-нибудь посущественнее.

— А с чего ты решил, что это была гигантская кошка, Полковник? — Спросил Виктор — По форме следа, как и я, определил?

Полковник лишь проворчал что-то в ответ, а Бинго спустя пару минут громко воскликнул:

— А вот и тот кот, который пробежался по нашему вездеходу и похоже, что он всё-таки ест орехи, Эдуардо!

Виктор взглянул на экран и увидел огромного серого кота лежащего на хвое и держащего лапами здоровенную шишку диаметром почти в шестьдесят сантиметров, которая была в полнее сравнима с грецким орехом в лапах обычного домашнего кота. В длину туловище этого зверя было метров восемь, не меньше, но Бинго сразу же сделал уточнение:

— От кончика носа и до копчика этот представитель отряда кошачьих имеет длину девять метров тридцать сантиметров. Это самка. Самцы скорее всего крупнее. Однако, масса тела этого кота меньше, чем масса тела носача. Тот зверь гораздо шире викторианского кота и имеет более массивное телосложение.

— Ладно Бинго, фиксируй всё на видео. Мы назовём этого зверя дымчатый леопард Бинго. По-моему звучит красиво, да и этот леопард просто красавчик. Точнее красавица. Судя по всему эта кошка приняла наш вездеход за что-то съедобное и главное достойное её внимания своими размерами.

Бинго повернулся к Виктору и поблагодарил его:

— Спасибо, босс. Раз ты назвал эту киску дымчатым леопардом Бинго, то я оставлю рядом с ней два своих летающих монитора и продолжу наблюдение за ней, а два других верну на место.

Викторианские леопарды поедали орехи неумело. Во всяком случае та киска, за которой они наблюдали. Зато она обладала необычайно острым слухом и вскоре насторожилась, а затем встала почти бесшумно куда-то побежала. Мониторы двинулись за ней, а ещё через минуту, убедившись в том, что чуть слышное похрюкивание ей не померещилось, кошка помчалась по лесу огромными прыжками и вскоре настигла куда более вкусную и мягкую добычу, чем «Рейнджровер». Один монитор Бинго стремительно послал вперёд, ориентируясь на хрюкающие звуки, и вскоре все увидели удивительную картину. Это было целое стадо громадных животных похожих на земных броненосцев и одновременно кабанов, передвигающихся на толстых слоновьих ногах, широкие рыла которых были украшены устрашающими бивнями, как у моржей. Этих землекопов орехи не интересовали. Они выкапывали из-под хвои огромные синеватые грибы и с громким хрюканьем и чавканьем их поедали.

Хотя самка леопарда и налетела на них стремительно, викторианские кабаны только на первый взгляд казались неуклюжими и неповоротливыми. Как только голодная охотница добралась до них, они моментально бросились врассыпную, но кошка была подобна серой молнии и сумела догнать одного из кабанов и приложиться к его бронированной от сросшейся в толстые чешуи толстенной щетины спине. Послышался громкий хруст и кабанчик с переломанным хребтом моментально испустил дух и затих, в то время как его собратья с оглушительным визгом умчались прочь, искать себе новое грибное место под ёлками. Кошка тронула лапой поверженного зверя длиной метров в шесть, облизнулась, удовлетворённо мяукнула, вот только это мяуканье было не сравни кошачьему, быстро перевернула кабана на бок, вцепилась ему в глотку и похоже первым делом стала высасывать из него кровь. Виктор покрутил головой и сказал:

— Ребята, надо посмотреть, что у нас стряслось с крышей. Бинго, открой дверь и выгляни. Ты железный, тебя не съедят.

Бинго выбрался наружу, а вслед за ним то же самое сделали Виктор и его зять. Кошка была далеко, перед ней лежала на хвое громадная груда парной кабанятины, а потому бояться было нечего. Тем более, что к месту удачной охоты уже стали подтягиваться её преданные поклонники и поклонницы. Стальная крыша выдержала удар лапы леопарда, но на ней были отчётливо видны следы четырёх когтей, причём не полосы, а просто четыре вмятинки. Реакция у кошки была о-го-го какая. Она сразу же почувствовала неладное и не стала усердствовать понапрасну, что скорее всего говорило о ещё исключительной сообразительности, но не смотря на это Виктор, сев в водительское кресло, приказал:

— Дальше едем с включённым шкуродёрным полем. Пора нам испытать его в походных условиях. Все, кто меньше нас, сами разбегаются в разные стороны, а тех кто покрупнее, нужно обязательно отгонять, если мы не хотим повторить судьбу кабанчика, а она, ребята, очень незавидная.