О, этот дивный, юный мир (СИ) - Абердин Александр М. - Страница 46

Единственное, чего лобизы боялись просто панически, это дымчатых леопардов, которые своим оглушительным рычанием заставляли в панике удирать от них огромные стада в семьсот, восемьсот голов. У леопардов, похоже, было множество охотничьих приёмов и один из них заключался в том, что эта громадная кошка пряталась в воде и нападала на свою жертву, когда лобизы приходили к речке на водопой. Этот приём Малыш показал в числе самых первых. Судя по всему и во всех остальных случаях дымчатые леопарды предпочитали охотиться из засады, спрятавшись на опушке леса или за скалой. Если с дымчатыми леопардами не было никаких проблем, они не обращали на людей слишком пристального внимания, правда, проверено это было всё-таки не людьми, а роботами, которые одевали на себя одежду, которую перед этим несколько дней носил человек, то вот лобизы действительно представляли из себя проблему, причём очень неприятную и опасную.

Эти здоровенные зверюги, вес которых часто превышал две с половиной тонны, яростно нападали на всех животных, которые отваживались зайти на их территорию. Кроме маленьких красных лисичек, да, ещё черноспиных безухих зайцев и всех прочих животных, которые были ещё меньше размерами, но и те предпочитали не путаться у них под ногами. Даже стада разнообразных антилоп предпочитали держаться от них подальше и поначалу было трудно понять, чем это объяснялось. Однако, с помощью самых маленьких мониторов роботов учёные вскоре выяснили, что лобизы питаются в основном диким овсом, в то время, как разнообразные антилопы лопают всё подряд. Съев весь дикий овёс на одном пастбище, они двигались к другому и иногда постились по три, четыре дня. За это время молодняк, естественно, слабел и мог стать пищей для бурых гривастых волков, которые налетали на отставших телят, убивали их и стремительно уносились прочь, чтобы приступить к трапезе через сутки, а то и двое, когда самка уйдёт от детёныша.

Учёные высказывали опасения, что так лобизы рано или поздно съедят весь дикий овёс и после этого, если они не перейдут на другие травы, просто вымрут. На это Виктор вполне резонно заметил, что если люди будут регулярно подсеивать овёс на аллее лобизов, то этого никогда не произойдёт. Учёные тут же согласились с ним, что овёс можно выращивать в Гасиенде, а также в нескольких других местах, и сказали, что это хорошее, и, что самое главное, малозатратное решение. Плохо было только то, что лобизы по сути дела представляли из себя живые танки, способные снести всё на своём пути, а их аллея мало того, что была очень уж широкой, так они ещё и бродили по ней, как им вздумается, и хоть как-то урегулировать их передвижение по четырём континентам, было довольно сложно, если вообще можно и тут нужно было думать над тем, кому же всё-таки должна принадлежать планета Виктория, — лобизам или людям?

Ответ на этот вопрос был вполне однозначным, но Виктор очень не хотел, чтобы на Виктории повторилась та же история, которая случилась однажды на Земле, когда переселенцы из Европы в очень короткие сроки перестреляли не только бизонов, но и большую часть коренных жителей Северной Америки. Хотя об этом и не говорилось вслух, но перед всеми исследователями была также поставлена задача ни в коем случае не пропустить на этой планете хоть кого-либо, кто мог бы стать впоследствии разумным существом. Гигантский леопард по имени Малыш уже не раз доказывал им свою исключительную смекалку, но к сожалению на роль разумного существа он никак не тянул, хотя Виктор и считал, что он будет поумнее некоторых его знакомых, к счастью для него оставшихся на Земле. Это был просто идеальный охотник и на редкость красивый хищный зверь.

Пошел двадцать пятый день их путешествия по Юлии и сегодня Виктор решил передать руль вездехода в руки Бинго, чтобы присоединиться к Полковнику и трём его сыновьям, снова решившим поутру отправиться в путь верхом на мустангах. Это хотя и снижало скорость передвижения, зато делало их путешествие более интересным, да, и двигаясь со скоростью в пятнадцать, двадцать километров в час, они замечали намного больше всяческих мелких деталей. Игорь ещё до завтрака затеял очередную авантюру и возился с какими-то широкими ремнями, пытаясь изготовить такую упряжь для Малыша, которая не раздражала бы огромного кота. К своим лошадям Эдуардо и его сыновья никого даже близко не подпускали, но это нисколько не волновало Виктора, наездник он был никудышный, зато очень хорошо управлялся с тяжелым скутером и потому, когда все были готовы отправиться в путь, оседлал эту машину двух с половиной метров длины, похожую на водный мотоцикл.

Игорю же на этот раз удалось оседлать Малыша и тот потрусил рысцой вперёд даже не пытаясь сбросить его с себя. Виктору, Игорю или Бинго было достаточно указать леопарду направление пути, а дальше он уже и сам знал, что ему нужно делать. Малыш считал себя вожаком всей их летающей стаи, вездеходы в основном летели над травой, чтобы не оставлять после себе колеи, и потому всегда находился впереди. Правда, он не возражал, если справа и слева от него, на полкорпуса позади, скакали на лошадях люди, а вместе с ними бежали лайки, которые очень любили хватать его за хвост. Хотя шерсть у Малыша и казалась короткой, на самом деле они была подлиннее, чем у иного медведя. Поэтому на него было так трудно пошить упряжь, но сегодня Игорь как-то схитрил и его седло прекрасно держалось на загривке у кота, сам он в седле, а Малыш при этом не проявлял никакого неудовольствия и не стряхивал его с себя, что вызывало у Виктора кое-какие подозрения.

Вместе с Виктором оседлал скутер и Саймон, которому не терпелось поговорить о делах колонии. За истекшие двадцать четыре дня было сделано немало. Хотя с того момента, когда была произведена высадка колонистов на Гасиенде, прошло всего две недели, уже все животные без исключения находились там. В долине Гасиенда Полковника Родригеса можно было бы устроить и временный лагерь для людей, но это осложнялось тем, что не только ни один из транспортников, но даже «Селена» не могла произвести там посадку, так как мигом бы зарылась в пемзу по самые уши. Для того, чтобы посадка прошла штатно и без каких-либо неприятных последствий для антигравов, корабли должны обязательно встать на мощные, выдвижные посадочные колонны, что можно было сделать только в том случае, если имелась специально подготовленная площадка. Как раз именно для этого на Марии, в северном и юном полушариях, на самом краю пустыни спешно строились два космопорта — «Виктория-Север» и «Виктория-Юг». Как в одном, так и в другом месте нашлись не просто участки с плотным грунтом, а несколько огромных гранитных плит, которые сейчас круглосуточно расчищались от наносов и выравнивались тяжелыми краулерами, оснащённые ковшами с мощными ультразвуковыми виброрезаками.

Именно это более всего интересовало Саймона. Стояло ранней утро. Степь, она же прерия, благоухала запахом цветов, повсюду порхали бабочки и прочие летающие насекомые, некоторые размером с туфлю. Малыш лениво трусил лёгкой рысью, отчего Игоря мотало в седле, как куклу, и зорко вглядывался вперёд, благо его вытянутая мордашка возвышалась над землёй почти на три с половиной метра. Слева от него скакали сыновья Полковника, справа, рядом с леопардом, он сам, а за ним, ноздря в ноздрю, летел на скутере Виктор. Саймон летел рядом с ним несколько минут молча и наконец спросил:

— Вик, я слышал, что через три дня оба космопорта уже будут полностью готовы, это так?

— Так. — Кивнув головой ответил Виктор.

— Ну, а раз так, то не следует ли спустить корабли с орбиты и посадить их там? — Снова задал вопрос Саймон.

Виктор пожал плечами и ответил:

— Наверное следует, Саймон. Хотя оба космопорта и находятся в зоне полупустыни, климатические условия там вполне приличные и к тому же они оба расположены на возвышенных местах и поэтому там дышится всё же полегче, чем в низине, хотя лично я уже привык к здешней атмосфере. Знаешь, я ведь не думал, что нам так повезёт, старина. Представляешь, только на Марии мы можем совершенно спокойно построить семь космопортов и это будут самые дешевые космопорты во всей освоенной человеком галактике. Для начала мы решили построить два гражданских космопорта и один для наших военных и исследовательских крейсеров, площадку под него начнут расчищать уже послезавтра, а завтра тяжелая техника закончит свою работу на «Севере» и «Юге». В общем ещё пара, тройка дней, и все космические корабли, кроме двух патрульных крейсеров, которые останутся на орбите, опустятся на поверхность Виктории. Так что мы произведём высадку намного раньше графика.