О, этот дивный, юный мир (СИ) - Абердин Александр М. - Страница 90

Жители деревни быстро подготовились к тому, чтобы получить свою порцию лучей. Они затопили на кухнях печи, поставили греться воду, достали из погребов продукты и вернулись на площадь. Бинго выставил на капот «Рейнджровера» большой стационарный кандис, Виктор взлетел на нём повыше и вместе со всей своей командой принялся заливать площадь радужными лучами. Однако, на этом процедура не закончилась. После того, как поселяне утолили голод, он велел им всем выгнать во дворы всю домашнюю живность и принялся методично облетать всю деревню. Ну, а напоследок, по просьбе старосты, волосы которого быстро становились русыми, Виктор ещё и омолодил большой общинный сад, но перед этим роботами пришлось вывести свои мониторы и потрудиться, чтобы провести в него трубы и хорошенько напоить землю водой. Зато сад быстро преобразился у всех на глазах и в нём в считанные часы созрел отличный урожай плодов, похожих на персики, только крупнее.

Глава пятая

Встреча с бароном мин-Барейлем

Виктор не стал задерживаться в деревне. Он и его спутники подарили наиболее понравившимся им жителям, в числе которых был и староста, каждый по одному лечебному комплекту, а старосту деревни одарили ещё и трёхмерником и вечным блоком питания к нему, попросив давать односельчанам возможность посмотреть на то, как живут люди на Виктории и в других мирах, и с несколькими корзинами соринов полетели дальше. Отлетев от деревни километров на пятьдесят, Виктор, выглядев сверху симпатичную поляну у озера, совершил на ней посадку. Роботы быстро установили надувной пластиковый дом, взяли спиннинги и пошли рыбачить. Молодёжь в это время уже купалась в озере, а Виктор завалился на надувную кровать с фантастическим романом в руках и хотя с непривычки ему было довольно трудно разбираться с незнакомыми буквами чужого языка, он с помощью аналитического компьютера вскоре освоил чужую письменность и так увлёкся чтением, что с трудом оторвался от книги, чтобы выйти из своей комнаты и поужинать.

Роботы наловили рыбы, она оказалась довольно крупной, а Мила и Лимия сварили из неё уху и пожарили. Как в варёном, так и в жареном виде рыба оказалась очень недурной на вкус. Ребята взяли охотничьи карабины и вместе с Лимией отправились на охоту, чтобы пополнить запасы продовольствия, а Виктор снова завалился с книгой на кровать и не успокоился, пока не прочитал её от корки до корки, а прочитав — задумался. Барон оказался прекрасным писателем и написал просто замечательный роман. Кавалер мин-Фриар был чем-то похож на Д'Артаньяна, но в целом роман заставлял задуматься. Хотя барон мин-Байрель вроде бы создал своего героя преисполненным патриотизма и верности императору, монарха он изобразил довольно придурковатым и недалёким типом, родившимся не там, где ему следовало бы родиться, а уж как тонко он высмеял в романе церковников, так это и вовсе блеск. Однако, слишком уж много Виктор прочитал между строк такого, что его ещё больше насторожило по поводу персоны короля Лигуэна Пятого, в котором легко было заподозрить злобного, мелочного и завистливого садиста.

Зато кавалер Ром мин-Фриар был настоящим героем и умницей, просчитывающим все свои ходы на двадцать шагов вперёд, который заботился об империи раз в десять больше, чем император со всеми его придворными, министрами и прочими советниками, добрые две трети которых составляли попы. Правда, среди всех этих святош имелся звёздный капеллан Саррош, большой любитель выпивки и женщин, которого прославленный звёздный исследователь считал своим наставником. Он был показан в романе как тонкий психолог, знаток человеческих пороков, можно сказать эксперт. Этот звёздный капеллан видел чужие грехи насквозь и умел найти такие слова, которые дарили надежду разуверившимся во всём людям и был непримирим ко злу. Ну, а ещё у барона мин-Байреля было развито чувство научного предвидения и он очень здорово описал звёздные корабли. Теперь Виктору стало понятно, почему Лимия с таким восторгом встречала каждую новую вещь, которую они доставали из багажника и совершенно не боялась незнакомой техники.

Барон в своей трилогии, у Лимии был только её первый том, описал даже роботов и хотя в его транскрипции они походили на рыцарей, закованных в железо, их дружелюбие и преданность выбранному ими герою, его просто восхитили. Теперь Виктору хотелось как можно скорее встретиться с автором этого романа и выразить ему своё восхищение. Поэтому он поднялся утром чуть свет и сразу же принялся готовиться к тому, чтобы устроить его в вездеходе как можно удобнее. Вскоре проснулись его спутники, они позавтракали, съев жаркое из местного кабанчика и отправились в путь. Уже по пути к месту ссылки барона, Виктор узнал неприятную новость, возмутившую его, — фактически церковники превратили его небольшое поместье в тюрьму. Полтора десятка, здоровенных, мордастых монахов в серых рясах со сплетёнными серебряными кольцами, висящими на цепочках у них на груди поселились в красивом, старинном двухэтажном доме, загнав писателя-фантаста в цокольное, полуподвальное помещение. Более того, похоже, что его старуха-мать и ещё одна красивая женщина лет пятидесяти, то ли его жена, то ли сестра были вынуждены готовить и прислуживать этому охамевшему, наглому быдлу.

Поэтому Виктор летел в городок Клейст с населением всего в полтора десятка тысяч человек злой, как чёрт. Ему уже было ясно, что без скандала монахи писателя ему не выдадут, но он как раз только о том и мечтал сейчас, чтобы те сами полезли на рожон и затеяли с ним драку. Желательно с поножовщиной, а то и вовсе набросились на него с топорами или даже начали палить из ружей. Вот тогда бы он их хорошенько ввалил таких чертей, что они надолго запомнили, как превращать чужое поместье в тюрьму. Для того, чтобы его юные спутники не видели, как он будет выколачивать из святош дурь, Виктор велел Лимии лететь в городок вместе с Милой и Сашей, велев тем быть поосторожнее, а сам полетел в поместье, расположенное в трёх с половиной километрах от Клейста. Не долетая до поместья полтора километра, он свернул к узкой дороге, мощёной брусчаткой, пролетел вдоль неё сотню метров, аккуратно приземлился и быстро поехал верёд, таща за собой на буксире космокатер, похожий на жука.

Ажурные чугунные ворота были закрыты наглухо и за ними прогуливались двое монахов с сонными физиономиями. Монахи вытаращили глаза, глядя на подъезжающую к воротам машину, попятились, дружно развернулись и бросились бежать к дому. Бинго вышел из вездехода, ласточкой перемахнул через ворота и открыл их настежь. Не успел Виктор въехать в поместье, как воротам примчалась дюжина монахов, причём вооруженных не только топорами и вилами, но и семью здоровенными армейскими винтовками с длинными штыками. Держали они их в руках довольно умело и сразу же вскинули навскидку. Двое монахов взяли на прицел Бинго, а пятеро нацелились на вездеход. Точнее на его водителя, которого они хорошо видели через большое, плоское ветровое стекло.

Виктор усмехнулся, надел на голову капюшон своего белого нанокомбинезона, на руки перчатки, которые по его приказу появились на бёдрах, и немедленно распорядился, чтобы он сменил свой цвет на лесной камуфляж с крупными пикселями, как у солдат космической пехоты, высадившихся в тропических джунглях. Оба робота проделали то же самое. Превращать капюшоны в шлемы они пока что не торопились. Виктор не спеша выбрался из машины, сделал несколько шагов вперёд и встал перед капотом, оба робота немедленно встали справа и слева от него. Хотя в Викторе Боброве и было росту метр девяносто два, Бинго и Ларри всё же были выше него на полголовы, но и они уступали в росте монахам, которые глядели на них с глумливыми улыбками. Ну, Виктор, глядя на них с презрением, размял пальцы, похлопал кулаками по ладоням и приказал перчаткам увеличиться в размерах, после чего командирским голосом рявкнул:

— Мерзавцы, как вы посмели превратить дом великого писателя в тюрьму? Быстро отвечайте мне, пока я не принялся выколачивать из вас правду вместе с зубами!