И придет ночь - Скай Кристина - Страница 9

Силвер старалась совладать со страхом.

– Но почему? За что? Чего вы хотите этим добиться?..

– Отставить вопросы! – Эта бездушная тварь лишь сильнее вцепилась в нее. – Не послушаешься – хуже будет. Тогда жди разных досадных сюрпризов. Вроде этого.

Ошеломленная Силвер видела, как он кивнул одному из своих спутников. Тот поднял с земли какую-то бочку и выплеснул ее содержимое на лавандовый куст. Затем чиркнул спичкой, и хрупкие листочки мгновенно вспыхнули ярким пламенем.

Силвер начала вырываться:

– Стойте! Вы не можете... – закричала она.

Тот, кто держал ее, ухватил ее сильнее и хорошенько встряхнул.

– Заткнись и слушай внимательно. Через три дня начнутся настоящие неприятности, поняла? А через четыре – станут пропадать разные вещи. Инструменты. Ящики. – Его мутные глаза сощурились от беззвучного, торжествующего смеха. – Короче, у вас осталась неделя.

Силвер каким-то образом извернулась и очутилась с ним лицом к лицу. Она пыталась как можно больнее ударить его ногой, хотя он зажал ее голову как в тисках.

– Вы не посмеете, не посмеете!

– Не посмеем, говоришь? – Он бросил на Силвер холодный взгляд, полный чувства превосходства. – Ну это мы еще посмотрим.

– Но за что? И кто вы такие?

– Умолкни, или я сам заткну тебе глотку!

Силвер почувствовала, что у нее дрожат колени. Она чудом держалась на ногах. Еще чуть-чуть, и она рухнет на землю как подкошенная.

– Если вы пришли за семенами, то я их вам отдам. Прямо сейчас. Вам нужны лавандовые духи или еще какое-нибудь ароматическое масло?

Коричневый капюшон загоготал:

– Семена, мистер Харпер! Эта наглая девка думает, что мы пришли за рассадой! – Его огромное тело так и тряслось от хохота. – Боже всемогущий, какая странная, однако, мысль! Очень нам нужны ваши цветочки, мисс!

Он кивнул, и еще один куст ярко вспыхнул.

В ужасе Силвер смотрела, как лиловые соцветия, охваченные пламенем, сначала стали ярко-оранжевыми, а затем превратились в пепел. Кто они такие? И зачем они это делают?

В ярости она бросилась на своего обидчика, пытаясь расцарапать его шею и плечи. На секунду маска соскользнула с его лица, и ее ногти соприкоснулись с его кожей.

Ругаясь на чем свет стоит, человек в капюшоне толкнул ее, и она упала прямо на куст белых роз. В тело Силвер вонзились шипы, но она тут же вскочила на ноги и снова набросилась на негодяя, который собирался поджечь следующий куст.

Главарь снова схватил ее за руку и отшвырнул назад так легко, словно она была пушинкой.

– А вам лучше не мешать, мисс, если вы не хотите, чтобы ваше милое личико малость обгорело.

В глазах Силвер стояли слезы. Смесь запахов лаванды, едкого дыма и пепла щекотала ее ноздри. Ноги больше не слушались ее: они вдруг стали как ватные.

Ее обидчик лишь рассмеялся.

– Даем вам на все про все ровно семь дней, мисс Сен-Клер. Запомните хорошенько. Иначе в следующий раз все ваши цветочки будут гореть алым пламенем. Как этот кустик. – Он поджег еще один куст, а потом сделал знак своим товарищам, и все четверо снова направились к лесу.

Силвер этого уже не видела. У нее громко стучало в висках. Вскочив на ноги, она бросилась к ручью, моля Бога, чтобы ей удалось спасти свои любимые саженцы лаванды.

В правом ботинке у него была дыра. Силвер это хорошо запомнила. Она выплеснула на кусты последнее ведро воды. От едкого дыма у нее щипало глаза. Перед ее внутренним взором до сих пор стоял его пыльный, рваный ботинок.

Если бы не эта дыра, то он сошел бы за джентльмена. Может, он просто ее пугал. Не исключено, что он отнесется к этому делу так же, как к своему гардеробу. И скоро обо всем забудет.

Она подавила рыдание. Нечего даже и надеяться на это! Они пришли с какой-то определенной целью и не успокоятся, пока не добьются своего.

Но за что?

И тут она забыла о дырявом ботинке. Лиловые поля вдруг словно посходили с ума и начали вращаться вокруг нее. Цветочные кусты кружились все быстрее и быстрее, уже нельзя было отличить розовый куст от лавандового. И внезапно наступила темнота.

– Сил, очнись!

Руки. Ее кто-то тряс. Изо всех сил. Она лежала на холодной земле. На твердых камнях.

– О Господи, Сил, скажи, что случилось?

Силвер медленно подняла веки. Она облизала губы и почувствовала вкус крови. Голова у нее ныла так, словно на нее высыпали целую бочку кирпичей.

«Даем вам на все про все ровно семь дней, мисс Сен-Клер. Запомните хорошенько». Она была бледна как полотно.

– Брэм, это ты? Ты в порядке? – Силвер протянула к нему руки, желая убедиться, что мальчик цел и невредим.

Он был цел, но, по-видимому, очень напуган.

– Конечно, со мной все нормально! Но кто-то сжег половину лавандовых саженцев и сровнял два розовых куста с землей!

Силвер с трудом удалось сесть. Брэм присел рядом с ней. – Глаза его были широко распахнуты.

– Черт возьми, Сил, что с твоей головой?

По дрожи в его голосе она поняла, что выглядит ужасно. Да и чувствовала она себя тоже отвратительно. У нее ныло все тело. Она сидела, скрестив на груди руки, и пыталась найти объяснение такой чудовищной жестокости.

«В следующий раз все ваши цветочки будут гореть алым пламенем».

Но за что же, Господи? Почему?

Брэм дотронулся до ее содранной в кровь щеки:

– Кто это сделал, Сил?

Его голос дрожал. Голос мальчишки, который хочет вырасти за одну ночь и стать мужчиной.

Она не ответила. Он еще плотнее сжал кулаки.

– Я делал наброски образцов разных растений в Уолдон-Холле и вдруг смотрю – дым. Я сразу побежал тебя искать.

– Не стоило тебе ходить в Уолдон-Холл, Брэм. Ты же знаешь, что эта земля больше не наша. Я ведь говорила тебе, что теперь все стало по-другому. Ты... мы... Мы больше не можем ходить, где нам вздумается, – машинально объясняла Силвер. – Даже если кажется, что владельца никогда не бывает дома, это еще ничего не значит...

Брэм смотрел на нее так, словно она покрылась зеленой чешуей или вдруг начала изъясняться по-китайски.

– Что здесь произошло, Сил? Хватит уже об Уолдон-Холле и о его таинственном владельце!

Силвер колебалась. Как бы ему обо всем рассказать, чтобы он не очень испугался?

– Н-ничего особенного. – Она медленно поднялась на ноги. – Просто вышла ошибка.

– Ошибка? – Мальчик сжал испачканные землей руки в кулаки. – Не ври мне, Сил!

Силвер изобразила на лице подобие улыбки:

– Я говорю правду, Брэм. Я просто хотела сжечь часть новых саженцев. Те, которые были больные, помнишь? И попросила нескольких крестьян помочь мне. – На секунду ее взгляд застыл. – Но похоже, они сожгли не те растения.

– И за работой они, сами того не заметив, столкнули тебя на землю, да так, что ты разбила себе всю голову в кровь? Логично, ничего не скажешь. – Брэм до того сильно стиснул кулаки, что у него побелели костяшки пальцев. – Просто удивительно: и как мне это сразу в голову не пришло?

– Брэм, прошу тебя! Ты меня не...

Он вскочил на ноги, вытянувшись во все пять футов своего небольшого роста. В его юной душе бушевали нешуточные страсти.

– Да, ты права: я ничего не понял! Я представления не имею, что тут произошло на самом деле. Я не воспринимаю то, о чем ты бормочешь. И мне уж совсем неясно, почему ты мне лжешь!

Силвер посмотрела на него. Он стоял, уперев руки в бока. Его каштановые волосы были растрепаны. Какой же он бледный! И худой. Но в его глазах горел огонь, и упрямая челюсть выдавала представителя отважного рода Сен-Клеров.

Ей придется рассказать ему все. В конце концов, он имеет право это знать. Ведь Лэвиндер-Клоуз принадлежит скорее ее брату, чем ей. Она будет распоряжаться фермой лишь до его совершеннолетия.

Она вздохнула и бессильно уронила руки:

– Их было четверо. Я... я не знаю, были ли это те же самые люди, что преследовали меня прошлой ночью, когда я возвращалась из Кингсдон-Кросса, или нет.

Брэм нахмурился:

– Так я и знал, что что-то случилось. А ты мне и тогда ни о чем не сказала.